Алан Дин Фостер 
Осколок кристалла власти

Звездные войны – 65

WayFinder spellcheck — tymond (tymlib.narod.ru) http://hungryewok.narod.ru
«Star Wars: Осколок Кристалла Власти»: Эксмо-Пресс; Москва; 2002
ISBN 5-04-004812-2
Оригинал: Alan Foster, “Splinter of the Mind's Eye”
Перевод: Беллы Жужунавы Яны Ашмариной 

Аннотация

Новая надежда уже пришла в Галактику, но Империя еще только готовит ответный удар... В поисках новых союзников, готовых поддержать Альянс в борьбе с Империей, принцесса Лейя Органа и Люк Скайуокер отравляются на планету Циркапус, где действует хорошо организованное подполье. Вынужденная посадка на теплую и солнечную планету Мимбан обернулась неожиданным открытием: найден загадочный кристалл, являющийся средоточием Великой Силы. Но в погоне за находкой Люку и принцессе Лейе предстоит столкнуться со своим главным врагом — Дартом Вейдером, организовавшим имперскую экспедицию за кристаллом... Люк Скайуокер и принцесс Лейя Органа, Дарт Вейдер и имперский Мофф Бин Эссада, могучие йюзземы Кии и Хин и ведьма Халла — в пылающих мирах Звездных Войн!

Алан Дин Фостер
Осколок кристалла власти

(Звездные войны)

ГЛАВА 1

Как прекрасен этот мир, подумал Люк. Постоянно меняющийся, сверкающий, великолепный, точно мантия королевы. В его пустоте и уединенности есть какая-то льдисто-черная чистота, так непохожая на непрестанную и пеструю толчею пыли, которую живые существа называют своими мирами, где они, эти зловредные мыслящие бактерии, с успехом произрастают, размножаются и убивают друг друга. Что ни говори, Люку удалось вырваться оттуда и подняться над этой схваткой. В какой-то степени.
В тяжелые минуты он чувствовал уверенность, что какой из этих миров ни возьми, счастливой жизнь в нем никак не назовешь. Чего стоит хотя бы эта зараза — ужасные войны, которые беспрерывно ведут между собой, казалось бы, разумные существа. Кажется, все их цивилизации, разъедаемые раковой опухолью бесконечных междоусобиц, пожирают собственное тело, не в состоянии ни исцелиться, ни умереть.
Особо опасная разновидность такой «заразы» убила сначала отца и мать Люка, а потом тетю Беру и дядю Оуэна. И отняла у него человека, которого он уважал больше, чем кого бы то ни было, — старого магистра Бена Кеноби.
Хотя он собственными глазами видел, как Дарт Вейдер нанес Кеноби удар лазерным мечом на борту Звезды Смерти — ныне не существующей имперской боевой станции, — никакой уверенности в том, что старый чародей мертв, у него не было. Там, куда ударил лазерный луч, осталось лишь пустое место. Ну и что? Бен Кеноби покинул этот план существования, тут никаких сомнений не оставалось. Однако никто не мо г в точности сказать, на какой именно уровень он перешел. Может быть, на тот, который означает смерть, а может быть…
А может быть, и нет.
Временами у Люка возникало ощущение, сопровождающееся приятным покалыванием по всему телу, как будто кто-то крадется у него за спиной. Иногда казалось, что это невидимое нечто движет за него руками, ногами и подсказывает, что делать, когда его собственная голова была пуста. Пуста, как Татуин, мир, где когда-то жил бывший крестьянский парень.
Невидимый дух или кто там еще, рассуждал Люк, но одно не вызывает ни малейших сомнений — неоперившийся юнец, которым я был когда-то, теперь умер и рассыпался в прах. В Альянсе, борющемся против власти Императора, никакого формального титула у него не было. Но никто больше не смеялся над ним, не обзывал Землероем — с тех пор, как он помог уничтожить боевую станцию, тайно построенную Гранд Моффом Таркином и придворным палачом Императора Дартом Вейдером.
Какую роль играют титулы? К чему они? Люк за отсутствием опыта обо всем этом понятия не имел. Когда лидеры повстанцев предложили ему любую награду в пределах своих возможностей, он попросил лишь, чтобы ему позволили по-прежнему пилотировать истребитель Альянса. Кое-кому эта просьба показалась излишне скромной, но нашелся один достаточно дальновидный генерал, который согласился с ним. Он объяснил коллегам, что Люк сможет принести немалую пользу восстанию и без титула или чина, которые между тем превратили бы молодого человека в превосходную мишень для имперских убийц. Вот так Люк и остался пилотом, о чем всегда мечтал, и теперь занимался тем, что совершенствовал свои навыки в этом качестве и продолжал неустанную борьбу с Силой, которую благодаря Бену Кеноби начал понимать.
Сейчас не время предаваться размышлениям, напомнил он себе, глядя на приборы своего «крестокрыла». Прямо по курсу сиял пульсирующий солнечный шар этой системы — Циркарпус Главный. Защитный экран из фитотропного материала позволял смотреть на него, не страдая от разрушительного воздействия излучения.
— Как ты там, Р2? — спросил Люк в микрофон.
Маленький неуклюжий дроид из своего отсека позади пилотской кабины ответил жизнерадостным «би-бип».
Местом их назначения являлась четвертая планета этой системы. Циркарпусиане были напуганы жестокостью имперских властей, но слишком парализованы страхом, чтобы открыто присоединиться к Альянсу. Годами на Циркарпусе медленно ширилось и набирало силу подпольное движение. Чтобы распрямиться в полный рост и помочь своему миру освободиться, ему требовалось совсем немного — поддержка со стороны Альянса.
Люк и принцесса стартовали с крошечной, хорошо замаскированной станции повстанцев на самой внешней планете системы. Предстояла решающе важная встреча с лидерами подполья, на которой предполагалось предложить им столь необходимую поддержку. Бросив взгляд на бортовой хронометр, Люк убедился, что времени у них с избытком. Хватит, чтобы успокоить изрядно нервничающих лидеров подполья.
Слегка наклонившись вперед, по правому борту он мог видеть обтекаемые обводы БТЛ-А4 — изящный силуэт, грубоватое название. Огоньки приборов в его кабине высвечивали силуэты двух фигур. Одна — мерцающий, отливающий золотом Ц3ПО, тоже дроид, хотя и другого типа, чем Р2. Другая…
Когда бы Люк ни глядел на нее, в душе закипали эмоции — точно вода в котелке, стоящем на раскаленной плите. При этом не имело значения, разделял ли их вакуум, вот как сейчас, или она находилась на расстоянии вытянутой руки от него где-нибудь в конференц-зале. Принцесса и сенатор Лейя Органа из ныне исчезнувшего мира Алдераан. Именно ее портрет, а потом и она сама стали причиной того, что Люк присоединился к повстанцам, а потом превратился из крестьянского паренька в пилота истребителя. Сейчас оба они были назначены официальными эмиссарами от правящего совета правительства восставших к подполью на Циркарпусе, все еще продолжавшему проявлять нерешительность.
Рискованно посылать принцессу с такой опасной миссией, сокрушался Люк. Но что поделать? В Альянс уже была готова влиться еще одна система — если бы стало известно, что Циркарпус тоже присоединяется. В то же время прояви эта вторая система открытое неповиновение Империи, и циркарпусианское подполье тут же перешло бы на сторону повстанцев. Таким образом, от успеха миссии зависела судьба не одной, а двух систем. Люк понимал, что потерпи они неудачу, и обе системы с большой степенью вероятности пали бы духом и отказались от помощи, в которой так отчаянно нуждались. Они с принцессой просто обязаны добиться успеха.
Корабль скользил в тишине, отклоняясь всего на четверть градуса от плоскости солнечной И эклиптики, а Люк, выравнивая его, ни на мгновенье не усомнился в том, каким именно будет результат их миссии. Еще не родился на свет тот, кого не сумеет уговорить принцесса Лейя. Его, во всяком случае, она могла убедить в чем угодно. Люк очень дорожил теми редкими мгновеньями, когда она забывала о своем положении и титулах. И мечтал о времени, когда она сможет забыть о них навсегда.
«Би-бип!», раздавшееся у него за спиной, заставило Люка очнуться от своих грез, стерло улыбку с лица. Р2Д2 напоминал о том, что они приближаются к Циркарпусу V. Планета выглядела как огромный затянутый облаками шар. Справочник Люка характеризовал ее как наименее изученную в системе — на ней побывала лишь одна из ранних разведывательных экспедиций циркарпусиан. В компьютерном реестре значилось также ее местное название — Мимбан, и…
Бортовой коммуникатор ожил.
— Слушаю, принцесса.
— У меня вдруг ни с того ни с сего забарахлил левый двигатель, — сердито ответила она.
Совершенно независимо от настроения принцессы, ее голос всегда звучал для Люка точно сладкая музыка.
— Сильно? — он обеспокоенно нахмурился.
— Достаточно, — в ее голосе ощущалось заметное напряжение. — Он не поддается управлению и тарахтит все сильнее. Сомневаюсь, что мне удастся компенсировать эту неисправность. Нужно сесть на первую же базу Мимбана и устранить ее.
— А до Циркарпуса IV не дотянешь? — после мгновенного колебания спросил Люк.
— Не думаю. До их внешней орбиты, может, и не так уж далеко, но тогда нам придется иметь дело с официальными властями и я не смогу сесть там, где собиралась. Эта встреча должна состояться во что бы то ни стало, на нее прибудут представители всех подпольных группировок Циркарпуса. Представляю, в какую панику они впадут, если я не появлюсь. И нам понадобится аж станг времени, чтобы собрать их в следующий раз. А миры Циркарпуса жизненно важны для восстания, Люк, — наставительно закончила она пламенную речь.
— Мне кажется… — начал было Скайуокер, подавив горячее желание спросить, что такое станг.
— Не вынуждай меня действовать в приказном порядке, Люк.
Проглотив недосказанное, он начал торопливо проглядывать компьютерный реестр карт и записей, относящихся к системе.
— Тут у меня нигде не сказано, что на Мимбане есть ремонтная станция, Лейя, — он бросил взгляд на мрачный зеленовато-белый шар, висящий внизу и чуть сбоку. — Может, на Мимбане нет даже аварийной станции.
— Не имеет значения, Люк. Я должна провести эту конференцию и потому сажусь, пока еще могу хоть в какой-то степени управлять кораблем. Не сомневаюсь, что в такой густо населенной системе, как эта, любой мир с пригодной для дыхания атмосферой имеет аппаратуру для аварийного ремонта. Твои данные, должно быть, устарели. Или ты не там ищешь, — после паузы она закончила: — Убедись в этом сам, переключив коммуникатор на частоту 0,461.
Люк повернул регулятор настройки. Мгновенно маленькую кабину заполнил устойчивый воющий звук.
— Узнаешь? — спросила Лейя.
— Направленный посадочный бакен, порядок, — смущенно ответил он.
И все же, продолжая проглядывать компьютерные данные, Люк не обнаружил никаких сведений о станции на Мимбане. Только он хотел сообщить об этом принцессе, как из ее «костыля» вырвалась струя сверкающего газа, распространилась во все стороны и исчезла.
— Лейя! Принцесса Лейя!
Ее маленький корабль по кривой уходил вниз.
— Полностью потерян контроль высоты, Люк! Я падаю!
Вслед за ней и он резко пошел на снижение.
— Бакен ведь есть! Может, нам и повезет! Попытайся снизить мощность левого двигателя!
— Я и так делаю, что могу, — короткое молчание, и потом: — Перестань метаться, Ц-3ПО, и следи за своими манипуляторами!
— Простите, госпожа Лейя, — металлический голос бронзового андроида Ц-3ПО звучал сейчас покаянно. — Но что, если масса Люк прав и здесь нет станции? Мы можем застрять навсегда в этом мире, где нет ничего — ни друзей, ни научной литературы, ни… ни смазки!
— Ты что, не слышишь бакена? — Люк увидел, как на поверхности истребителя принцессы вспыхнул небольшой взрыв.
Некоторое время ответом на его сердитый окрик были лишь разряды статического электричества, потом помехи исчезли.
— … близко, Люк. Я полностью утратила контроль над правым двигателем тоже, а левый работает всего на десять процентов мощности.
— Понятно. Следую за тобой. Ц-3ПО вздохнул и покрепче ухватился за стены крошечной кабины.
— Постарайтесь сесть помягче, госпожа Лейя. Резкое приземление плохо сказывается на моих гироскопах.
— И на моих внутренностях тоже, — отрезала принцесса, плотно стиснув зубы и пытаясь вернуть контроль над двигателями. — Да и вообще тебе беспокоиться не о чем. Дроидов не тошнит.
Ц-3ПО не стал спорить и не произнес ни слова, когда истребитель резко нырнул вниз. Люк повторил этот маневр. Утешало лишь одно: сигнал бакена ему не чудился. Если звук исчезал, стоило лишь покрутить рукоятку, и вой возобновлялся. Может, Лейя и права.
Но на душе у Люка было неспокойно.
— Р2Д2, будь внимателен во время спуска и сразу же сообщи, если заметишь что-нибудь необычное. Воспользуйся всеми своими сенсорами…
В ответ дроид успокаивающе засвистел.
Они находились на высоте двухсот километров и продолжали спускаться, когда Люк от неожиданности подскочил в кресле. Что-то попыталось проникнуть в его сознание. Как будто всколыхнулась сама Сила. Он постарался расслабиться, позволить ей наполнить себя, потечь сквозь него — как учил старый Бен.
Его восприимчивость никогда не была высока, и он искренне сомневался, что когда-либо научится отдавать приказы Силе, как это делал Кеноби, хотя… Хотя старик не раз повторял, что у Люка немалый потенциал. И все же Люк знал достаточно, чтобы понять — это нежное покалывание, которое будило в нем острое, почти осязаемое ощущение тревоги, исходило от источника (или нескольких источников) на поверхности планеты. Однако полной уверенности у него не было, да и поделать с этим он ничего не мог. В данный момент его беспокоило одно — чтобы корабль принцессы приземлился без осложнений.
Однако чем скорее они уберутся с Мимбана, тем лучше.
Несмотря на собственные проблемы, принцесса находила время, чтобы сообщать ему координаты своего движения. Точно он и сам не мог вычислить ее курс. Освободившись от необходимости делать это. он попытался разобраться, что такое странное заметил в облаках внизу, когда они вошли в наружные слои атмосферы… Но так и не понял.
Он спросил принцессу, не видела ли она что-нибудь.
— Люк, перестань тревожиться из-за ерунды, а то до старости не доживешь. Это пустая трата…
Он так и не узнал, пустой тратой чего были его тревоги, потому что как раз в этот момент оба корабля вошли в тропосферу. Окунувшись в более плотный воздух, они среагировали на это немедленно и в высшей степени странно.
Вынырнув из облаков туда, где, по их предположениям, должно было быть лишь чистое небо, голубое, разве что с легким налетом желтизны, они, казалось, погрузились в океан жидкого электричества. Непонятно откуда взявшиеся гигантские разноцветные всполохи энергии обрушивались на корабли, создавая форменный хаос в показаниях приборов, где всего секунду назад царил полный порядок. Всю атмосферу пронизывала странная, мечущаяся туда и обратно энергия, настолько неистовая и яростная, что она казалась почти одушевленной. Из-за спины Люка послышалось нервозное «би-бип» Р2Д2.
Люк не знал, что и думать. Приборы обрушили на него мешанину электронной чепухи. Обезумевший, вставший на дыбы корабль удерживала в своей хватке неизвестная, но очень мощная сила, которая швыряла его точно мячик. Потом так же внезапно радужная буря осталась позади, как будто он только что вынырнул из гигантского водяного смерча. Однако приборы продолжали вытворять черт знает что; скорее всего, электроника вышла из строя.
Беглый взгляд вниз подтвердил, что произошло то, чего Люк опасался больше всего: корабля принцессы нигде не было видно. Не оставляя попыток справиться с внезапно опьяневшим кораблем, не снимая одной руки с клавиатуры, другой Люк включил коммуникатор.
— Лейя! Лейя, как ты?
— Нет… контроля, Люк, — прорвался сквозь статические помехи ее голос. Люк едва мог разобрать, что она говорит. — Приборы… вышли из строя. Если мы. ..
Звук пропал и больше не возобновлялся, сколько он ни терзал коммуникатор. Потом один экран над головой погас; во все стороны брызнул сноп искр и металлических фрагментов, кабина наполнилась едким дымом.
В страхе за принцессу, Люк включил следящее устройство — как правило, оно относилось к разряду наиболее удачных и автономно работающих компонентов аппаратуры. Однако яростная энергия возмущения, свирепствующая вокруг, заставляла и его работать с перегрузкой. Конечно, создатели этого устройства никак не предполагали, что корабль может столкнуться с подобным явлением.
Само по себе следящее устройство сейчас было бесполезно, но сохранилась запись, которая велась автоматически. На экране возникла уходящая вниз спираль, которая могла быть оставлена лишь кораблем принцессы. Использовать автоматику для — посадки в сложившихся условиях Люк не мог, поэтому он вручную направил корабль вниз по этому следу. Точно повторить путь принцессы шансов было мало, если они вообще существовали. Оставалось лишь молиться, чтобы они приземлились хотя бы не на противоположных сторонах планеты. Оставалось лишь молиться, чтобы они вообще приземлились и уцелели.
Рыская то вправо, то влево, точно верблюд-калека во время бури в пустыне, истребитель продолжал падать. Пока плоская, покрытая буйной растительностью поверхность Мимбана мчалась ему навстречу, Люк успел разглядеть на ней пятна зеленого с прожилками грязно-коричневого и голубого.
Он понятия не имел о топографии Мимбана, однако и без этого было ясно, что зелень и голубовато-коричневые пятна — реки, болота, леса — с точки зрения приземления несравненно предпочтительнее, чем, скажем, бескрайняя лазурь открытого моря или серые горные пики. Вода во всех случаях мягче скалы, а болото даже мягче воды, подумал он, чувствуя, что начинает успокаиваться. Может, им и в самом деле удастся уцелеть, ударившись о землю.
Люк прикладывал неимоверные усилия, снова и снова пытаясь оживить следящее устройство, и в какой-то момент преуспел в этом. Экран показал, что истребитель принцессы все еще держит прежний курс. Ну что же, выходит, шансы приземлиться неподалеку от нее не так уж малы.
Приборы один за другим выходили из строя, сознание при этом вопило: сделай же что-нибудь! Но что, хотел бы он знать? И вот еще вопрос — почему радужный — водоворот энергии возник лишь над одной областью планеты, областью, расположенной почти прямо над посадочным бакеном? Этот вопрос породил ряд других, как интригующих, так и тревожных.
Пытаясь свести к минимуму эффект воздействия обезумевших приборов, Люк выключил двигатели и теперь просто планировал вниз. Когда-то на Татуине он не раз устраивал на своем «прыгуне» подобные полеты, но планировать на истребителе — совсем другое дело. Интересно, есть ли у принцессы такой же опыт свободного полета и попытается ли она использовать его? Во всех случаях, подумал Люк, нервно покусывая нижнюю губу, мой корабль приспособлен для планирования гораздо лучше. Хотя бы потому, что у его истребителя есть что-то похожее на крылья.
Если бы только он мог увидеть принцессу, ему уже стало бы намного легче. Однако сколько он ни напрягал зрение, никаких признаков второго истребителя не обнаружил. А вскоре и вовсе ничего не разглядишь: его корабль приближался к толстому слою грязно-серых кучевых облаков.
В воздухе несколько раз с громким треском полыхнуло, только теперь это были обычные молнии. Люк, однако, находился уже глубоко в облаках и не смог ничего разглядеть. Его охватила паника. Если до самой поверхности видимость останется такой же, он может заметить землю чуть-чуть слишком поздно. Мелькнула мысль — может, все-таки попытаться использовать для посадки автоматику, пусть даже и свихнувшуюся? Но тут он как раз прорвал нижний край облаков. Время бежало быстрее, чем уменьшалась высота. Он едва успел бросить взгляд на приборы, контролирующие состояние атмосферы, как послышался треск ломаемых деревьев, и что-то с силой толкнуло истребитель снизу.
Скосив глаза на индикатор скорости, Люк включил тормозные ракеты и как можно мягче повернул корабль носом вниз. Одно хорошо — он мог не беспокоиться о том, как бы не загорелась вся эта зелень вокруг. Все тут промокло насквозь.
Он снова бросил двигатели на реверс. Последовала серия толчков и сотрясений, настолько сильных, что Люка чуть не вырвало из кресла, несмотря на ремни. Зеленые ветки вздыбились над головой, сознание затопила тьма…
Он мигнул. На фоне светлого неба над головой и слева с хрустально геометрической четкостью вырисовывалась разбитая вдребезги передняя часть истребителя. Все было тихо. Наклонившись вперед, Люк почувствовал на лице ласковое прикосновение воды. В голове прояснилось, теперь он смог видеть всю картину яснее. Дождь моросил еле-еле, если только это и в самом деле был дождь, а не исключительно плотный туман.
Вытянув шею, Люк сумел разглядеть, что металл над головой был аккуратно вспорот — точно огромным ключом для открывания консервных банок — толстой, теперь сломанной веткой огромного дерева. Окажись истребитель чуть выше его нынешнего положения, череп Люка вскрыло бы так же аккуратно; пройди корабль немного правее, и Люка расплющило бы о неохватный ствол дерева. Всего метр в ту или иную сторону, и ему пришел бы конец.
С дерева через дыру над головой продолжала капать вода. Почувствовав, что во рту у него пересохло, Люк открыл рот. Солоноватый привкус воды удивил его. Дождевая вода (или вода, конденсирующаяся из тумана) казалась чистой и беспримесной. Солоноватый привкус, понял Люк, объяснялся кровью, тонкой струйкой стекающей вниз из раны на лбу.
Расстегнув ремни, он выскользнул на свободу. Все мышцы болели, несмотря на то что он двигался по возможности медленно и — осторожно. Стараясь не обращать на боль внимания, он огляделся.
Мало того что электронная буря свела с ума все приборы; от удара многие из них превратились просто в хлам, пригодный разве что для лавок старьевщиков.
Извернувшись, он попробовал открыть колпак кабины и ничуть не удивился, когда она не сдвинулась с места. Дважды нажал аварийную кнопку. Панель приподнялась на несколько сантиметров и снова замерла.
Откинувшись в кресле, Люк обхватил себя обеими руками и с досады лягнул приборную панель. Легче от этого не стало; напротив, боль прострелила обе ноги. Оставалось одно — стандартный выход, если только его не защемило слишком сильно. Подняв руки, Люк пошатал механизм туда-обратно и с силой толкнул его. Без толку. Тяжело дыша, он оставил тщетные попытки и стал ломать голову над тем, какие еще у него есть варианты.
И тут колпак кабины начал подниматься сам.
Изогнувшись, Люк полез за пистолетом, однако тут же успокоился, услышав жалобное «би-бип!» — Р2Д2!
Показалась округлая металлическая голова, единственный красный электронный глаз с беспокойством разглядывал его.
— Со мной все в порядке… кажется.
Используя брюшной манипулятор Р2Д2 как скобу, Люк подтянулся, вывалился наружу и огляделся, прислонившись к изгибу огромной, нависающей над ним ветки.
Услышав свист, в котором на этот раз ему послышалось недовольство, Люк перевел взгляд на Р2Д2, прочно уцепившегося за металлический корпус рядом с ним.
— Не понимаю, что ты хочешь сказать, Р2Д2, и Ц-3ПО нет с нами, и перевести некому. Но догадываюсь, — он снова оглянулся. — Не знаю, где он и принцесса. Не знаю даже, где мы сами.
Он медленно спустился на поверхность Мимбана. Буйная зелень вокруг занимала не сплошь все пространство, как обычно бывает в джунглях, а росла большими группами, между которыми виднелись прогалины. Мимбан, или по крайней мере эта его часть, представлял собой отчасти болото, отчасти джунгли.
Справа от корабля жидкая грязь сливалась в извилистый, медленно текущий поток. Слева в туман уходил ствол огромного дерева, в которое корабль едва не врезался. Позади возвышалась группа растений, окаймленная кустами и чахлым папоротником, а еще дальше шла серо-бурая земля. С такого расстояния было невозможно определить, насколько она тверда.
Уцепившись за ветку поменьше, Люк наклонился в попытке рассмотреть, что же у него под ногами. Похоже, истребитель покоился на точно такой же поверхности и не проваливался. Может, и Люк пройдет. Это успокаивало — какой из него летчик без корабля?
Улыбнувшись, он присел на корточки. Двойное крыло с правой стороны было сломано и теперь валялось где-то в лесу; от него остались лишь металлические обломки. Соответственно оба двигателя на этой стороне тоже отсутствовали. Да, вот уж приземлился, ничего не скажешь.
Вернувшись в развороченную кабину. Люк отомкнул сиденье, сдвинул в сторону и принялся рыться в отсеке позади него в поисках того, что следовало взять с собой. Аварийный запас, лазерный меч отца, костюм с термоподогревом… Да, костюм обязательно. Хотя по виду некоторые растения явно относились к тропической зоне, снаружи было прохладно.
Бывают тропические леса, а бывают умеренно тропические. Скорее всего, понастоящему холодно не будет, но, учитывая постоянную сырость, и жарко тоже; запросто можно даже простудиться. На всякий случай лучше прихватить тонкий, почти невесомый костюм. Вместительный, необыкновенно прочный рюкзак был пристегнут к спинке сиденья сзади. Люк отстегнул его и принялся наполнять тем, что отобрал.
Покончив с приготовлениями, он уселся на краешке сиденья и задумался.
На первый взгляд никаких признаков истребителя принцессы он не обнаружил. Однако туман стоял такой густой, что на расстоянии десяти метров уже толком ничего видно не было. Скорее всего, она приземлилась (точнее говоря, рухнула) не так уж далеко впереди, если он мог правильно судить о скорости и направлении собственного падения. Что ему оставалось, учитывая, что никакой возможности связаться с ней не было? Только одно — пешим ходом двигаться вдоль предполагаемой траектории ее падения.
Можно было, конечно, встать на носу корабля и попробовать докричаться до нее, но Люк пришел к выводу, что делать этого не следует. Какофония криков, уханья, воплей, свистов и жужжания, которая доносилась из болот и густой растительности, наводила на мысль, что лучше не привлекать к себе внимания; здесь вполне могли водиться и плотоядные животные.
Снова выбравшись из кабины и держась за ветку, Люк осторожно спустился на землю со стороны обломанных крыльев. Земля оказалось мягкой и слегка пружинила. Подняв одну ногу, он увидел, что подошву ботинка тут же облепила липкая серая грязь, похожая на формовочную глину. Но, самое главное, земля не проваливалась. Спустя мгновение Р2Д2 присоединился к нему.
Падая, дроид переломал столько веток, что посох долго искать не пришлось. Теперь будет и на что опираться, и чем ощупывать почву перед собой.
Направление, куда указывал нос корабля, грубо можно было оценить как верное; Люк сверился с компасом, и, взяв на несколько градусов правее, они с Р2Д2 тронулись в путь.
То ли движение ветвей в кустарнике, то ли Сила, то ли самое обыкновенное предчувствие навели Люка на мысль, что даже Бен Кеноби счел бы, что у него всего один шанс из ста найти корабль принцессы. Ее истребитель мог упасть немного в стороне, и тогда, не заметив его, он пройдет мимо и сможет бродить по поверхности Мимбана хоть тысячу лет, так и не наткнувшись на принцессу.
И все же, если Люк правильно представлял себе ее курс и если она по какой-то непонятной причине не изменила его в последний момент, он должен найти ее в течение недели. А вдруг корабль каким-то образом сам изменил угол падения, а у принцессы не было возможности помешать этому? Лучше выкинуть эти мысли из головы, решил Люк. Ситуация выглядела достаточно скверно и без таких предположений.
Этот не то туман, не то дождь время от времени менял свою плотность, но совсем никогда не прекращался, и очень быстро все неприкрытые участки тела Люка намокли. Больше, однако, похоже на перенасыщенный туман, чем на настоящий дождь, подумал он.
Благодаря костюму тело оставалось сухим, но с лица, рук и волос стекали струйки воды.
И даже когда — очень редко — бывало относительно сухо, все равно то и дело приходилось вытирать лоб и щеки, куда стекала вода, пропитавшая волосы.
Однажды он увидел что-то вроде четырехметровой змеи; при его приближении она скользнула под ветки кустарника.
Настороженно оглядываясь и продолжая шагать своей дорогой, Люк заметил неглубокую канавку, покрытую светящейся слизью, — оставленный этим существом след на мягкой земле. По правде говоря, зоология никогда его особенно не интересовала, даже дома, на Татуине, где хватало всяких допотопных монстров. Главное, чтобы чудище не покушалось на твою жизнь, не пыталось ни съесть, ни порвать когтями; все, на этом интерес к нему Люка исчерпывался.
Сейчас важнее всего было не сбиться с пути. Компас, встроенный в рукав костюма, это, конечно, хорошо, но промахнуться можно, отклонившись всего на десятую долю градуса.
Как-то, когда туман хотя бы отчасти поредел, Люк поднялся на небольшую возвышенность и увидел в отдалении монолитные серо-стальные стены. Сразу же возникло отчетливое ощущение, что они возведены не руками человека.
Казалось, сооружение сложено из блоков игрушечного детского конструктора, выглядевших совершенно единообразно. Впрочем, из-за тумана и дальности расстояния утверждать что-либо с уверенностью было невозможно. Стены венчали серые башни, отделанные черным камнем или, может быть, металлом и увенчанные куполами неопределенной формы.
Он остановился, впервые испытывая искушение свернуть и заняться исследованиями. Здесь можно было обнаружить много интересного. Принцесса, однако, ждала его не в этом городе, от которого веяло странной жутью, и в любой момент на нее могли напасть.
Как будто в ответ на его мысли, впереди, среди ржаво-зеленых кустов, чтото зашевелилось. Насторожившись, Люк опустился на одно колено, передвинул висящий на поясе лазерный меч. В густой зелени послышался сильный шорох. Большой палец Люка лег на активирующую кнопку, Р2Д2 издал нервное «би-бип!» Что бы это ни было, оно двигалось прямо на них. Носом чует, что ли, подумал Люк? По ветру ориентируется? И тут же одернул себя — никакого ветра не было и в помине.
Потом зелень раздалась, и оттуда вышел местный житель, больше всего похожий на большой темно-коричневый шар примерно метр в диаметре, покрытый мехом, с пятнами и полосами зеленого по всему телу. Опирался он на четыре коротких, тоже покрытых мехом ноги, заканчивающихся толстыми двойными пальцами. В верхней части торчали четыре руки. Недлинный и не слишком толстый хвост был гол.
Единственным признаком лица были два вытаращенных глаза, выглядывающие из щетинистого меха. При виде Люка и Р2Д2 они распахнулись еще шире.
Люк напряженно ждал, положив палец на активатор лазерного меча.
Нападения не последовало. Вместо этого создание испустило испуганный приглушенный вскрик, повернулось и, отталкиваясь всеми восемью конечностями, бросилось обратно под защиту кустов.
Выждав несколько минут и убедившись, что все тихо, Люк встал. Нервно улыбаясь, он вернул меч на свое место на поясе.
Первая встреча с обитателем этого мира заставила того в ужасе сбежать от Люка. Неплохо. Может, дикая жизнь, которой кишели джунгли, если не добра, то, по крайней мере, не таит в себе угрозы. Воодушевленный этими наблюдениями, Люк продолжил путь, шагая теперь чуть шире, ступая чуть более уверенно…

ГЛАВА 2

Прическа у Лейи Органы развалилась, волосы рассыпались по плечам. Предприняв еще одну вялую попытку привести их в порядок и убедившись, что ничего не получается, она бросила это дело и перевела взгляд на буйную растительность вокруг. Ей-таки удалось приземлиться в этом влажном аду. Хорошего мало, но успокаивало то, что если Люк уцелел при посадке, он, конечно, тут же отправится разыскивать ее. В конце концов, в этом и состояла его работа — в целости и сохранности доставить ее на Циркарпус IV.
Лейя с досадой вынуждена была признать, что на конференцию она опоздала. Беглый осмотр показал, что фокусы, которые выкидывал левый двигатель, могут ее больше не волновать. Его расплющило, и заставить что-либо двигаться он теперь был не в состоянии. Остальная часть «костыля» выглядела не намного лучше.
Она задумалась — может, имеет смысл самой отправиться на поиски Люка? Но разумнее было одному из них ждать, пока его найдет другой, а Люк тут же отправится ее искать, это не вызывало сомнений.
— Простите, госпожа, — послышался сзади металлический голос, — но как вам кажется, Р2Д2 и Люк сели благополучно в этом ужасном месте?
— Конечно. Люк — лучший пилот из тех, с кем мы летали. Если я села, то, уверена, он и подавно справился.
Лейя, конечно, немного покривила душой. Что если Люк лежит где-то раненый, не в состоянии двигаться, а она будет сидеть здесь и дожидаться его? Нет, лучше не думать об этом. Ее начинало мутить при одной мысли об исковерканном, с переломанными костями Люке, истекающем кровью в кабине своего истребителя.
Она откинула колпак кабины и недовольно сморщила нос при виде болота вокруг. Под деревьями и в кустах что-то безостановочно шебуршало, издавая самые разные звуки, однако разглядеть удалось лишь пару ярко окрашенных квазинасекомых. Ничего, пистолет при ней, как всегда на бедре. Впрочем, пока она не так уж и нуждалась в нем, сидя в кабине, крышку которой можно задвинуть и запереть в считанные секунды. Пока она полностью в безопасности.
Ц-3ПО, однако, не разделял ее оптимизма.
— Мне не нравится это место, госпожа. Совсем не нравится.
— Расслабься. Там, — она кивнула на густые заросли, — нет никого, кто захотел бы тобой закусить.
Внезапно совсем рядом слева прозвучал дикий рев — истошный, пронзительный, очень страшный. Принцесса резко обернулась, испуганно затаив дыхание. Нет, ничего, сколько она ни вглядывалась в коричнево-зеленую стену. Звук не повторился, и она заставила себя расслабиться.
— Ты видишь что-нибудь, Ц-3ПО?
— Нет, госпожа. Ничего крупного. Только несколько маленьких членистоногих, а ведь я сканирую и инфракрасное излучение тоже.
Она разозлилась на себя. Подумать только, простой шум заставил ее запаниковать. Скорее всего, это какое-то безвредное травоядное, а она впала в панику, точно дитя. Нужно взять себя в руки.
Лейя сердилась, да. На то — что бы это ни было, — что стало причиной срыва столь важной конференции на Циркарпусе. Но вдвойне она сердилась на Люка. Сердилась за то, что он не совершил навигационного чуда и не сумел сделать так, чтобы оказавшись без приборов и управления, она приземлилась тихо и спокойно, безо всяких приключений. А еще больше сердилась потому, что он оказался прав. Им действительно не следовало садиться здесь.
Так она сидела и молча дымилась от раздражения, то перебирая в памяти проклятия, которые обрушит на голову своего непутевого провожатого, когда он в конце концов объявится, то беспокоясь, что ей делать, если этого не произойдет.
А-а-х-х-х-ву-у-п!
Опять тот же трубный звук. Какое бы создание его ни издавало, уходить оно явно не собиралось. На этот раз рев прозвучал даже ближе. Лейя схватилась за бластер, снова пристально всматриваясь в джунгли и снова не углядев ничего.
Настороженно водя взглядом по сторонам, она попыталась разобраться в причинах происшедшего с ними. Допустим, то, что она приняла за посадочный бакен, таковым вовсе не являлось. Допустим, это было всего лишь автоматическое устройство и в этом мире нет не только никаких машин, но и благоприятных условий для пребывания тут органических существ.
Если Люк погиб, она останется здесь одна, не зная, что ей делать, как… Снова какой-то треск, на этот раз справа. Крутанувшись на сиденье, она инстинктивно выстрелила на звук и была вознаграждена запахом гари, смешанным с запахом влажной растительности. Пистолет по-прежнему был направлен на обуглившееся пятно. Она надеялась, что попала. К счастью, это оказалось не так.
Послышался крик: — Это мы!
Голос звучал так неуверенно, почти робко, что Лейя едва расслышала его.
— Р2Д2! — Ц-3ПО выбрался из кабины и бросился к своему собрату.
— Р2Д2, как хорошо, что… — Ц-3ПО замолчал, а потом продолжал уже совсем другим тоном: — О чем только ты думаешь, заставляя меня вот так волноваться? Я тут мучаюсь, не знаю, как ты там…
— Люк, с тобой все в порядке? Взобравшись по фюзеляжу истребителя, Скайуокер уселся рядом с открытой кабиной.
— Да. Упал следом за тобой и больше всего боялся, что мы с Р2Д2 можем проскочить мимо.
— А я боялась, что ты… — она замолчала и опустила взгляд, чувствуя, что не в силах посмотреть ему в глаза. — Прости меня, Люк. Я была неправа, настаивая, чтобы мы приземлились здесь.
От смущения он тоже отвел взгляд.
— Невозможно было предвидеть, что возникнет такое мощное атмосферное возмущение, которое заставит нас сесть, Лейя.
Она перевела взгляд на джунгли.
— Мне все-таки удалось засечь местоположение этого посадочного бакена до того, как приборы полностью вышли из строя, — она кивнула куда-то за их спины и влево. — Это назад в ту сторону, откуда ты пришел. Если доберемся до станции, может быть, удастся организовать, чтобы нас вывезли отсюда.
— Если станция существует, — кротко заметил Люк, — и если есть кто-то, способный сделать это.
— У меня уже мелькала мысль, что, возможно, это полностью автоматизированная станция, — призналась она, — но никакого другого выхода я не вижу.
— Согласен, — Люк вздохнул. — Во всяком случае, сидя на одном месте, мы точно ничего не выгадаем. Сожрать нас тут могут с тем же успехом, что и по дороге.
— Ты что, наткнулся на плотоядных? — удрученно спросила принцесса.
— Не знаю в точности, на что я наткнулся. Единственный зверь, который мне встретился, — он еле заметно усмехнулся, — при одном взгляде на меня тут же сбежал, точно увидел привидение, — он скользнул в кабину. — Нужно идти, пока светло. Я помогу тебе собрать рюкзак.
Оказавшись внутри, Люк отодвинул сиденье, и тут до него дошло, в каком тесном пространстве ему предстоит действовать.
Принцесса, казалось, не замечала ни того, что он ее потеснил, ни того, в какой близости друг к другу они оказались. Во влажном воздухе, однако, тепло и запах ее тела ощущались очень сильно, и Люку потребовались дополнительные усилия, чтобы это не отвлекало его от того, чем он занимался.
Выбравшись наружу, принцесса сделала шаг в сторону носа истребителя и протянула руку внутрь кабины.
— Давай его сюда, Люк.
Он поднял туго набитый рюкзак.
— Не слишком тяжелый?
Она забросила рюкзак за спину, вдела руки в лямки и несколько раз встряхнулась, устраивая свою ношу поудобнее.
— Груз ответственности намного тяжелее, — коротко ответила она.
— Пошли.
Принцесса легко спрыгнула на землю, сделала два шага в направлении бакена и… начала погружаться.
— Люк! Ц-3ПО!
— Не волнуйся, принцесса, — он осторожно пополз вдоль крыла, оставаясь лицом к ней.
— Люк!
Она по колени ушла в серую грязь, и в любой момент погружение могло начать убыстряться.
Уцепившись за что-то левой рукой, Люк протянул, принцессе правую.
— Наклонись ко мне. Р2Д2, держись крепко за корабль. Ц-3ПО, дай-ка руку.
Лейя послушалась. Трясина откликнулась на это движение чавкающими звуками, на Люка пахнуло запахом болота. Рука принцессы заметалась, пытаясь дотянуться до него.
Он поспешно вернулся в кабину, схватил оставленный посох и снова распростерся на крыле.
— Наклонись ко мне, — настойчиво повторил он. — Ц-3ПО и Р2Д2, теперь держите меня, да покрепче, а то я нырну туда же.
— Не беспокойтесь, масса Люк, — ответил Ц-3ПО, а Р2Д2 просвистел ободрение.
Принцесса погрузилась уже до пояса. Первая попытка уцепиться за посох окончилась неудачей, однако во второй раз ее пальцы сомкнулись на нем. Она тут же ухватилась за посох и другой рукой.
Люк тоже вцепился в свой конец посоха обеими руками и сел на крыле, откинувшись назад, скребя ногами по гладкой металлической поверхности.
— Р2Д2, Ц-3ПО… Тяните!
Болото не хотело отпускать свою жертву. Напрягая мышцы, Люк тянул и тянул, налегая всем весом и одновременно взывая к Силе.
Наконец послышался хлюпающий звук, и принцесса накренилась вперед. Люк немного ослабил хватку уставших рук, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.
— Потом будешь изображать игрушечный мотор, — укорила его принцесса. — А сейчас тяни.
Он так разозлился, что тут же вытянул ее целиком, откуда только силы взялись. Спустя несколько мгновений они уже сидели рядышком на краю крыла.
Сейчас, когда снизу почти до уровня груди она была покрыта липкой серозеленой грязью и кусочками чего-то, похожего на солому, в облике принцессы не осталось ничего королевского. Она тщетно пыталась счистить с себя грязь, которая быстро высыхала, превращаясь в нечто вроде тонкого слоя асфальта. Лейя молчала, и Люк знал, что любая предложенная им помощь сейчас будет встречена не слишком доброжелательно.
— Пошли, — только и сказал он.
Взял посох, подобрался к задней стороне крыла, свесился с него и ткнул прутом в землю. Она казалась достаточно твердой. Однако, ступая на землю, он продолжал держаться за крыло. Ноги погрузились в пружинистую почву, но не глубже чем на полсантиметра, хотя земля по виду мало отличалась от той, которая едва не засосала принцессу.
Лейя легко спрыгнула вниз, и вскоре они уже пробирались сквозь казавшиеся полузнакомыми растения. Ветки и кустарник мешали идти, колючки так и норовили вцепиться, но предположение Люка, что чем выше растительность, тем тверже под ней земля, неуклонно подтверждалось. Даже тяжелые дроиды здесь не тонули.
Время от времени принцесса с отвращением охлопывала себя по телу, покрытому коркой засохшей грязи. И совершенно непривычно молчала. То ли силы берегла, то ли испытывала смущение по поводу своего вида, Люк точно не знал. Но склонялся к первому. Насколько он ее знал, смущение было для нее не характерно.
Они часто останавливались, описывали круги, а потом сравнивали показания своих компасов, чтобы убедиться, что направление на бакен не утеряно.
— Даже если это автоматическая станция, — заметил он много часов спустя, стараясь подбодрить принцессу, — кто-то ведь установил ее здесь и, надо думать, поддерживает в рабочем состоянии. Хотя, может быть, посещает и не так часто. Мне попались довольно большие развалины неподалеку от того места, где мы приземлились. Может, там еще живут аборигены, а может, и нет никого. Факт тот, что этот бакен, возможно, использовался для ксеноархеологических исследований.
— Не исключено, — оживилась она. — Да… Тогда становится ясно, почему он не указан в реестре. Это мог быть небольшой, чисто изыскательский аванпост, и притом временный!
— И совсем недавно установленный, — добавил Люк, взволнованный правдоподобием собственного предположения. Одна мысль о такой возможности заставила его — нет, заставила их обоих — почувствовать себя лучше. — Если это тот самый случай, тогда даже автоматическая станция, используемая время от времени, должна иметь надежное укрытие и запас провизии на случай аварийной ситуации. Черт, тут даже может оказаться подпространственный планетарный передатчик, чтобы научная экспедиция могла связаться с Циркарпусом IV!
— Не очень-то приятно возвещать о том, что я жива, взывая о помощи, — сказала принцесса, расчесывая темные волосы. — Ну, — тут же добавила она, — я не собираюсь вдаваться в подробности. Просто скажу, что нам требуется помощь.
Они продолжали путь в молчании, пока в сознании Люка не всплыл еще один вопрос.
— Я все еще не понимаю, принцесса, что заставило наши приборы сойти с ума. Мы прошли через такую гигантскую массу свободной энергии… Разряды били по кораблю, а потом от него уходили обратно в небо… Никогда не видел ничего подобного.
— И я тоже, масса Люк, — вмешался Ц-3ПО. — Я подумал, что схожу с ума.
— А я даже никогда не читала о том, что существуют подобные природные феномены, — призналась принцесса. — На некоторых колонизированных газовых гигантах случаются бури и покруче, но эта удивительная игра цвета… И потом, обычно всегда в таких случаях бывают густые грозовые облака, а мы были выше облачного слоя, когда это произошло. И еще, — она заколебалась на мгновенье, — что-то во всем этом мне почудилось странно знакомое.
Р2Д2 издал очередной «би-бип» — в знак согласия.
— Кто бы ни установил здесь этот бакен, он должен был включить в передачу предостережение кораблям о том, что им угрожает опасность.
— Да, — согласилась принцесса. — Трудно представить себе, что научная или какая-то другая экспедиция могла проявить такую небрежность. Это очень серьезное упущение, почти преступное, — она медленно покачала головой. — Этот эффект… Что-то он мне все время напоминает, — она застенчиво улыбнулась. — Голова у меня все еще забита мыслями о конференции.
Так и должно быть, подумал Люк, хотя самого его волновало одно — добраться до этого бакена в надежде, что он окажется не просто грудой машинного оборудования.
Однако он сказал лишь: — Понимаю, принцесса.
Не Сила, а какое-то гораздо более древнее, более высокоразвитое в человеке чувство навело его на мысль, что за ними следят. Он резко обернулся и зашарил взглядом по туману сзади и сбоку. Ничего не увидел, но возникшее ощущение не исчезло.
Лейя тут же заметила, что он вглядывается в пропитанный влагой подлесок.
— Нервничаешь?
Это был отчасти вопрос, отчасти вызов.
— Нервничаю, да! Нервничаю, боюсь и хочу, чтобы мы прямо сейчас убрались отсюда к чертям. В любое другое место Циркарпуса — вместо того чтобы на собственных ногах тащиться по этому болоту.
К принцессе тут же вернулось серьезное настроение.
— Что бы ни случилось в жизни, нужно принимать все как есть и не падать духом, — сказала она, глядя прямо перед собой.
— Что я и делаю, — ответил Люк. — Просто для меня принимать все как есть, не падая духом, это и значит нервничать и бояться.
— Ну, пусть тебя успокоит то, что это я во всем виновата.
— Разве я это имел в виду? Разве я сказал что-нибудь подобное? — возразил Люк, задетый сильнее, чем предполагал.
Заметив ее проницательный взгляд, он мысленно обругал себя за неспособность скрывать свои чувства. Скверный из меня получился бы игрок, в карты, решил он. Или политик.
— Нет, но ты так… — горячо начала было она.
— Принцесса, — мягко прервал он ее, — у нас еще долгий путь впереди, если ты не ошиблась в своих расчетах. Тот факт, что твари с острыми зубами и когтями не бросаются на нас с каждого дерева, вовсе не означает, что их тут нет. Кроме того, на что нам никак не следует тратить время, так это на стычки между собой. И давай забудем о чинах. Сейчас главное — выжить. И мы выживем, если Сила не оставит нас.
Ответа не последовало, что само по себе вселяло надежду. Они продолжали месить грязь, и Люк украдкой бросал на принцессу восхищенные взгляды, когда она не могла этого заметить. Растрепанная и покрытая спекшейся грязью от пояса и ниже, она все равно была прекрасна. Он знал, что она расстроена, но не из-за него, а из-за срыва конференции.
Не бывает ночей темнее тех, когда земля окутана туманом, а на Мимбане все ночи были такие. Постель устраивали в развилке корней большого дерева. Пока принцесса разжигала костер, Люк и дроиды сооружали укрытие от дождя, натягивая над местом ночлега плащи из аварийных комплектов.
Прижимаясь друг к другу, чтобы сохранить тепло, и глядя в ночь, они пытались уснуть рядом с огнем. Несмотря на туман, костер не гас, и его успокаивающее потрескивание вплеталось в хор ночных звуков. Они почти не отличались от дневных, но любая ночь, в особенности в чужом мире, придает всему привкус таинственности и угрозы.
— Спите спокойно, масса Люк, — сказал Ц-3ПО. — Мы с Р2Д2 покараулим. Сон нам не требуется, и к тому же мы несъедобные.
Во тьме послышался звук, похожий на зычное бульканье, и Ц-3ПО вздрогнул. Р2Д2 выдал насмешливое «би-бип», и дроиды растаяли в темноте. — Очень смешно, — Ц-3ПО явно обиделся. — Надеюсь, какой-нибудь местный хищник набросится на тебя и сломает все твои внешние сенсоры.
Р2Д2 засвистел в ответ; чувствовалось, что угроза явно не произвела на него впечатления.
Принцесса придвинулась поближе к Люку. Он попытался успокоить ее, а когда тьма вокруг сгустилась до адской черноты и к ночным звукам добавились замогильные стоны и уханье, его рука непроизвольно обхватила ее за плечи. Она не возражала.
Он почувствовал себя почти хорошо, лежа рядом с ней и пытаясь не обращать внимания на влагу, которой была пропитана земля.
Пронзительный вскрик заставил Люка проснуться. Никакого движения по ту сторону гаснущего костра. Он подкинул свободной рукой несколько веток в огонь, и костер разгорелся снова.
Потом он бросил мимолетный взгляд на лицо своей спутницы. Это было лицо не принцессы, не сенатора и лидера Альянса; это было лицо продрогшего ребенка. Влажные губы манили его. Он наклонился ближе, ища в их гипнотической алости убежище от осточертевшей сырости болота.
И заколебался, отпрянул назад. Что ни говори, она аристократка, лидер повстанцев, а он, несмотря на все его подвиги на Йавине, всего лишь пилот, и к тому же простого происхождения. Крестьянин и принцесса, с отвращением подумал он.
Ему поручено защищать ее, и он не станет злоупотреблять оказанным ему доверием, насколько бы безнадежными ни были его собственные мечты. Он будет защищать ее от всего, что выпрыгивает из мрака, крадется по земле и падает с веток, под которыми они проходят. И сделает это вне зависимости от чувств, которые он к ней испытывает, — уважения, восхищения и, возможно, самой сильной из эмоций — безответной любви.
Я буду защищать ее даже от себя самого, мелькнуло в усталом мозгу. Спустя пять минут Люк уже спал…
Он проснулся первым, что позволило избежать любого намека на неловкость. Убрав руку с плеча принцессы, он мягко потряс ее раз, другой. На третий она села, напряженно выпрямив спину, широко распахнув глаза и оглядываясь с таким выражением, с каким смотрит человек, которого резко разбудили. Повернулась, удивленно глядя на Люка. Потом события последних дней всплыли у нее в памяти, она немного расслабилась.
— Извини. Не сразу сообразила, где я, и немного испугалась.
Она принялась рыться в своем рюкзаке, Люк последовал ее примеру. Ц-3ПО весело прощебетал: — Доброе утро.
Пока где-то за их спинами поднималось затянутое облаками солнце, потихоньку нагревая туман, они перекусили; скудный завтрак, всего лишь концентраты из аварийного запаса.
— Интересно, кто придумал эту гадость? — она скорчила гримасу отвращения, откусив кусочек розового кубика. — Может быть, даже машина. В этой еде нет ни запаха, ни вкуса.
Люк старался не показывать, до какой степени ему самому противна эта еда.
— Понятия не имею. Задача этих кубиков — наше выживание, а вовсе не удовольствие.
— Хочешь еще? — она протянула ему голубой кубик с консистенцией засохшей губки.
Люк взглянул на него с таким видом, точно его слегка затошнило.
— Нет… Как-нибудь потом. Я сыт.
Она понимающе кивнула и улыбнулась, он усмехнулся в ответ.
Костюмы и плащи с подогревом позволяли сохранить тепло, а поздним утром стало так жарко, что пришлось снять плащи, скатать тонкий материал и убрать в карманы костюмов.
Редкие разрывы в тумане никогда не были настолько велики, чтобы позволить увидеть восходящее солнце, хотя Ц-3ПО и Р2Д2 заверили их, что с ним все в порядке. Стало заметно светлее — непроглядная серость сменилась чем-то, что энтузиаст мог бы назвать сумерками.
— Мы, наверно, уже недалеко от бакена, — сказала принцесса где-то в середине дня.
Интересно, подумал Люк, сколько часов мы проспали? На Мимбане дни и ночи длинные.
— Нужно настроить себя на то, что мы можем ничего не найти, принцесса. Никакой станции, никакого бакена.
— Знаю, — спокойно согласилась она. — Но искать все равно нужно. Доберемся до места, которое я засекла, а потом пойдем вокруг по расширяющейся спирали.
Впереди возникла длинная стена деревьев и подлеска. Они без колебаний нырнули туда, зная, что почва там держит лучше.
— Простите, масса Люк.
Люк взглянул немного вперед и вправо. Оба робота остановились, Ц-3ПО наклонился над чем-то.
— Что там, Ц-3ПО?
— Еще раз прошу прощения, но вот это не дерево, — сказал дроид. — Это металл. Мне подумалось, что металл — материал достаточно ценный и стоит привлечь к нему ваше внимание. Может быть… — громкое «би-бип» заставило его взглянуть на Р2Д2. — Слишком много болтаю? Что это значит — слишком много болтаю, ты, недоделанный робот?
— Металл… это металл! — принцесса стояла рядом, дожидаясь, пока Люк продерется сквозь кусты.
— Посмотри-ка, Р2Д2, нельзя ли убрать этот подлесок?
Миниатюрный дроид включил небольшой пламенный резак и выжег часть растительности.
— Хорошо… То, что надо, — бормотал Люк, когда они с принцессой параллельно друг другу смогли двинуться вдоль металлической поверхности.
В конце концов она закончилась, и они вышли из-под деревьев на дорогу. От нее ответвлялась улица — просто хорошо утрамбованная земля, — по обеим сторонам которой тянулись ряды строений, уходящие в густой туман. Из-за плотно закрытых окон изливалось теплое желтое сияние, освещая слегка приподнятые металлические тротуары, над которыми тянулись навесы от дождя.
— Спасибо Силе, — пробормотала принцесса.
— Прежде всего, — начал Люк, — нужно найти место, где мы сможем привести себя в порядок. Потом… — он сделал шаг вперед, но почувствовал на своем плече руку Лейи и с любопытством посмотрел на нее. — Что такое?
— Подожди минуту, Люк, подумай, — мягко, но настойчиво сказала она. — Это не просто место, где установлен посадочный бакен, это нечто большее. Гораздо большее, — она осторожно выглянула из-за угла, всматриваясь в дальний конец улицы. По металлическим тротуарам двигались люди, другие пересекали затянутую туманом улицу. — Для научно-исследовательского объекта все выглядит слишком основательно.
Люк более внимательно посмотрел на окутанную туманом улицу, на этот раз заметив и людей, и грубоватую форму строений.
— Ты права. Это большое поселение Может, какая-то циркарпусианская компания…
— Нет, — она резко взмахнула рукой. — Взгляни вон туда.
Прямо посреди улицы шли двое. Вместо свободной одежды на них были белые с черным металлопластовые доспехи. Слишком хорошо знакомые доспехи.
Оба человека несли шлемы в руках. Один уронил свой, наклонился, чтобы поднять его, случайно толкнул ногой, и тот покатился по улице.
Товарищ заворчал на него. Ругнувшись, неловкий имперец подхватил шлем и догнал своего спутника.
Глаза и у Люка, и у принцессы стали как плошки.
— Имперские штурмовики, здесь! И циркарпусианам ничего не известно об этом, иначе подпольщики рассказали бы нам.
Лейя взволнованно кивнула.
— Если циркарпусиане узнают об этом, они в два счета выйдут из Империи!
— И кто же сообщит им о вторжении? — поинтересовался Люк.
— Мы, конечно… — принцесса с мрачным видом прикусила язык. — Теперь, Люк, мы нуждаемся в помощи не только из-за себя…
— Тс-с-с-с.
Они нырнули подальше во тьму. Из-за угла показалась большая группа мужчин и женщин. Они о чем-то непринужденно болтали, но Люка и принцессу интересовал не их разговор, который они к тому же не слышали. На этих людях была необычная одежда, комбинезоны из какого-то черного, отражающего свет материала; брюки были заправлены в высокие черные сапоги.
Комбинезоны заканчивались капюшоном. У некоторых они были подняты и завязаны, у других свободно откинуты на спину. С широких поясов свисало какоето снаряжение, показавшееся Люку незнакомым.
Принцесса, однако, знала, кто они такие.
— Горнорабочие, судя по костюмам, — сообщила она, провожая взглядом людей, идущих по металлическому тротуару. — Империя обнаружила на этой планете что-то ценное, о чем циркарпусианам неизвестно.
— Откуда такая уверенность?
— Они построили тут целый городок, — убежденно сказала она. — Малоохраняемый, судя по всему. Очевидно, Империя не хочет, чтобы кто-то узнал об этом.
Р2Д2 негромко засвистел с оттенком согласия.
Дальнейший разговор был прерван внезапно возникшим далеким и очень громким воем. Он звучал так, точно демоны устроили парад прямо под поверхностью планеты.
Вой продолжался несколько минут, а потом стих. Он явно произвел на принцессу большое впечатление.
— Энергетические буры! — тяжело дыша от волнения, объяснила она. — Они используют здесь большие генераторы, — после задумчивой паузы она добавила: — Может быть, именно это стало причиной атмосферных вихрей, из-за которых мы оказались тут. Я была уверена, что читала где-то об этом эффекте. Чтобы корабль мог пересечь область, где работает энергетический бур, он должен быть специальным образом изолирован. Побочный продукт, в том числе и избыточные заряды, выбрасывается в небо.
— Но радиоактивные осадки… Если здесь есть аборигены, такие раскопки противозаконны!
— С каких это пор, — с горечью заметила принцесса, — Империю волнует вопрос, что законно, а что нет?
— Ты, конечно, права… Мы не можем стоять тут вечно. Прежде всего нужно раздобыть какой-нибудь по-настоящему питательной еды. На этих концентратах не выжить. И еще, — добавил он, взглянув на грязь, облепившую принцессу, — нужно привести себя в порядок. Нельзя привлекать внимание. После Йавина и Звезды Смерти имперские власти взяли нас обоих на заметку. И расхаживать тут в наших костюмах нельзя. Придется украсть какую-нибудь одежду.
— Украсть? — тут же вскинулась принцесса. — У какого-нибудь честного торговца? Чтобы я, в недавнем прошлом принцесса королевского дома Алдераана, сенатор, опустилась до…
— Я украду, — успокоил ее Люк.
Выглянув из-за утла, он увидел, что затянутая туманом улица опустела, и сделал принцессе знак следовать за собой.
Они двинулись вперед, прижимаясь к стенам домов и стараясь побыстрее пересекать освещенное пространство перед окнами и открытыми дверями. Люк бросал беглый взгляд на витрины всех магазинов, мимо которых они проходили. В конце концов он остановился, заметив вывеску над входом в один из них.
— Снаряжение для горняков, — прошептал он. — То, что нужно. — Пока принцесса следила за улицей, он попытался заглянуть в темное окно. — Может, у них выходной.
— Скорее, так поздно вечером работают только те заведения, которые торгуют спиртным, — принцесса, как всегда, рассуждала более здраво, когда не заботилась о своем высоком происхождении. — И что теперь? — взволнованно спросила она.
Вместо ответа Люк повел ее к задней двери, от всей души надеясь, что она тут имеется. Так и оказалось, но дверь была заперта, усложняло дело и то, что за домом находился довольно широкий двор, открывающийся прямо в джунгли. Если бы кто-то случайно проходил тут мимо, Люк и принцесса оказались бы прямо на виду.
— Интересно, — заметила принцесса, наблюдая за тем, как Люк пытается закрыть ворота, — как мы проникнем внутрь?
Она кивнула на металлическую дверь без каких-либо признаков замка, повидимому, запертую изнутри. В задней части дома окон не было; может быть, именно с целью помешать осуществлению замыслов вроде тех, которые были у них на уме.
Люк взял в руки лазерный меч и медленно передвинул регулятор, встроенный в рукоятку.
— Что ты собираешься делать, Люк?
— Не знаю, насколько велик этот городок, но боюсь, если мы станем вламываться сюда, это может привлечь внимание. Хочу сделать так, чтобы шума было как можно меньше.
Принцесса не стала спорить, нервно поглядывая то направо, то налево с таким видом, точно ожидала, что в любую секунду из-за угла на них может наброситься отряд объятых праведным гневом имперцев. Может быть, тут установлена скрытая сигнализация? И кто знает, каким образом она приводится в действие?
Однако ее ушей достигали только привычные звуки джунглей. Люк активировал меч. Вместо ослепительного луча метровой длины из него вырвался совсем короткий и тонкий, как игла. С видом опытного взломщика Люк шагнул вперед и повел энергетическим лучом вдоль узкой щели между дверью и рамой. Примерно на расстоянии трети высоты снизу послышался щелчок, дверь послушно заскользила в сторону. Люк деактивировал лазерный меч и повесил его на пояс.
— Иди, — сказала ему принцесса. — Мы с дроидами покараулим.
Он кивнул и исчез внутри.
По счастью, то, что Люка интересовало, лежало совсем недалеко от входа. Понадобилось несколько минут, чтобы перебрать груду вещей и найти то, что нужно. Взяв поношенную одежду, он торопливо зашагал к выходу и бросил добычу принцессе. Выскочил наружу, просунул руку внутрь и дотронулся до кнопки с надписью «Закрыто». Дверь заскользила на место. Если повезет, пройдет несколько недель, прежде чем владелец обнаружит пропажу.
Довольный собой, Люк тут же принялся стаскивать летный комбинезон и уже почти разделся, когда заметил, что принцесса удивленно смотрит на него.
— Ну, что же ты? Нам нужно поторопиться.
Уперев руки в изящно очерченные бедра и склонив голову набок, она многозначительно глядела на него.
— Ох, — пробормотал он с легкой улыбкой. И продолжал раздеваться, но уже отвернувшись. Почувствовав, однако, что сзади все пока без изменений, бросил на принцессу взгляд искоса и увидел на ее лице выражение неловкости. — Что опять не так, принцесса?
— Люк, я хорошо отношусь к тебе, — смущенно заговорила она, — и мы знакомы уже целую вечность, но мне хотелось бы…
Он усмехнулся.
— Главное, чтобы штурмовики не застали нас здесь в летных комбинезонах. Можешь в кустах переодеться, — он взмахнул рукой.
Отвернувшись, он продолжал переодеваться. Принцесса посмотрела на джунгли. В кустах мигали крошечные светлые точки — глаза неизвестных созданий, — раздавалось странное шипение и блеянье. Вздохнув, она тоже начала раздеваться, но тут же остановилась.
— Что вы уставились на меня?
— Ох, простите, я… — послышался свист, в котором ощущалось настойчивое требование. — Да, ты прав, Р2Д2.
Дроиды дружно отвернулись.
Вскоре Люк смог повернуться. Вид принцессы ему понравился. Простой, не сильно поношенный костюм был ей немного мал и поэтому обтягивал ее кое-где в интересных местах, но в целом смотрелся совершенно естественно.
— Ну как? — саму принцессу ее новое одеяние явно в восторг не привело. — А что ты на меня уставился?
— Ткань какая-то… — начал было он и тут же вынужден был увернуться от ботинка, который она швырнула в него.
Тот с грохотом ударился о металлическую дверь.
— Прости, — сказал он таким тоном, словно и в самом деле чувствовал себя виноватым.
Подобрав ботинок, он принялся вытаскивать из карманов летного костюма и из рюкзака всякие нужные вещи и запихивать их в сумки, свисающие с пояса горняцкого комбинезона.
Достал кошелек, быстро просмотрел его содержимое, закрыл и сунул в карман.
— У меня есть имперские деньги, на какое-то время нам хватит. А у тебя?
— Зачем деньги представителю Альянса, посланному с дипломатической миссией? — в свою очередь спросила она, пряча взгляд.
Люк вздохнул.
— Ну, мы бы нашли, что с ними делать. Как насчет того, чтобы перекусить? Я, конечно, имею в виду не концентраты.
Она повернулась к нему, явно повеселев.
— Я могла бы слопать целого банту, Люк. И все же, ты уверен, что мы можем рискнуть?
— Не стоит все время прятаться. Вряд ли на нас обратят внимание, если мы не будем выглядеть и вести себя как чужаки. утопив рюкзаки и летные комбинезоны в вязкой трясине, они вернулись на главную улицу. Стало заметно светлее, и Люк почти сразу же остановился.
— Что-то не так? — с тревогой спросила принцесса.
— Две вещи. Прежде всего, твоя походка.
— И что не так с моей походкой?
— Ничего. Но могут возникнуть осложнения. Она нахмурилась, пытаясь понять, что он имеет в виду.
— Ты ходишь, как… как принцесса, — объяснил он. — Не как простая работница. Опусти плечи и шагай не с таким уверенным и независимым видом. Чуть-чуть сгорбись. Как усталая горнодобытчица, а не как член императорской семьи. И второе…
Протянув руку, он принялся что-то делать с ее аккуратно причесанными волосами.
— Эй! — протестующе воскликнула она, пытаясь уклониться.
Когда он наконец отступил, ее волосы представляли собой путаницу непослушных прядей; сложный узел, который она до этого носила, исчез.
— Вот так-то лучше, — заявил он, — но чего-то все равно не хватает.
Еще раз внимательно оглядев принцессу, он нагнулся, зачерпнул немного грязи и шагнул к ней.
— Ох, нет, — она выставила перед собой обе руки и попятилась. — Я и так не вылезаю из грязи уже несколько дней. И не допущу, чтобы ты мазал меня этой пакостью!
— Пусть будет по-твоему, Лейя, — шматок грязи с громким шлепком упал из его руки на землю. — Сделай это сама.
Принцесса заколебалась. Потом поплевала на руки, стерла с лица остатки косметики, зачерпнула самый минимум грязи и слегка измазала лицо.
— Ну как? — настороженно спросила она. Люк одобрительно кивнул.
— Гораздо лучше. Ты похожа на человека, который слишком долго блуждал по пустыне, не имея воды.
— Спасибо, — пробормотала она. — Я уже почти так себя и чувствую.
— Так и должно быть. Мне очень хочется, чтобы мы выбрались отсюда живыми.
— Вряд ли это получится, если в самое ближайшее время мы не поедим как следует.
И она с такой скоростью помчалась по улице, что ему пришлось схватить ее за руку…

ГЛАВА 3

Перешептываясь, они зашагали по металлическому тротуару к зданию, освещенному лучше других. Материализуясь из тумана, на улице появлялись все новые и новые люди.
— Город начинает оживать, — пробормотала Лейя. — Они, скорее всего, работают в три смены. Похоже, одна из них только что освободилась.
— Прямо не знаю, как быть. Нужно тебе что-то сделать со своей походкой. Ссутулься еще немного.
Кивнув, она послушалась. Люк старался не смотреть в лица прохожих, боясь встретиться с ними взглядом.
— Ты все еще слишком напряжена. Расслабься. Ну вот, так лучше.
Они остановились перед зданием, которое выглядело вполне прилично и было, судя по вывеске, таверной.
— Вроде бы все спокойно. Ц-3ПО и Р2Д2, ждите нас здесь. Не напрашивайтесь на неприятности. Забейтесь в темный уголок и спокойно сидите там, пока мы не выйдем.
— Мы все понимаем, господин Люк, — горячо заверил его высокий золотистый дроид. — Пошли, Р2Д2, — они проскользнули в узкий проулок между таверной и соседним домом.
— Ну как, рискнем? Что скажешь, принцесса?
— Я голодна… Хватит попусту тратить время.
Она положила руку на выключатель рядом с дверью, и та тут же открылась.
Отовсюду на них обрушились свет, и шум, и звуки болтовни. Они оказались на виду, и не оставалось ничего другого, как войти, стараясь сделать это как можно более непринужденно.
Внутри в небольших кабинах, похожих на соты, сидели возбужденные люди. Люку чуть плохо не стало от дыма и запаха наркотиков, он с трудом удержался, чтобы не раскашляться.
— Что с тобой? — с тревогой спросила принцесса; на нее атмосфера в таверне явно не оказывала никакого воздействия. — На тебя люди смотрят.
— Это… Это воздух, — объяснил он, стараясь восстановить дыхание. — В нем что-то есть. Точнее, много чего есть.
Принцесса усмехнулась.
— Слишком много для тебя, летчик-истребитель?
Люк не считал, что в признании этого факта есть что-то для него зазорное. Справившись с дыханием и снова обретя возможность нормально говорить, он произнес: — Я жил на ферме, Лейя. И не слишком искушен в ваших городских развлечениях. Она принюхалась.
— Ничего особенно в этих запахах, по-моему, нет.
Где-то почти в центре этого человеческого водоворота они чудом наткнулись на пустой столик. Когда официант подошел к ним, принцесса, не отрываясь, смотрела на крышку стола. Официант, однако, к ним особенно не присматривался.
— Что желаете? — просто спросил он с каким-то отстраненным видом.
Накурился чего-то, и притом на работе, подумал Люк. Странно.
— А что хорошего есть сегодня вечером? — спросил он, стараясь говорить с видом человека, который только что провел десять часов в шахте и, естественно, проголодался.
— Бифштекс из коммеркена, задняя часть; с гарниром из отувергов… как всегда.
— На двоих, — сказал Люк, стараясь свести беседу к минимуму.
По-видимому, это вполне устраивало официанта.
— Будет сделано, — ответил он, проявляя полное отсутствие интереса к своему собеседнику, и растворился.
— Никаких вопросов, — взволнованно пробормотала принцесса. — Он не задал нам ни одного вопроса.
— Нет. Может, все пройдет легче, чем я думал.
В душе у Скайуокера зародилось что-то вроде надежды.
Которая тут же пошла на убыль.
— Что такое, Люк? — спросила Лейя, заметив, что он помрачнел.
И резко обернулась, когда он сделал жест в сторону стойки.
Существо ростом с человека, худое, с ног до головы покрытое светлозеленым мехом, как будто пыталось чего-то добиться от крупного, неуклюжего горняка. Глаза у существа были большие и темные, а с макушки до середины спины сбегал гребень более высокого и темного меха. Вокруг бедер был намотан просто кусок выделанной кожи какого-то животного, с шеи свисали позвякивающие примитивные ожерелья.
Высоким журчащим голосом существо начало издавать мяукающие умоляющие звуки. Слова оно выговаривало невнятно, но в самой интонации звучал оттенок отчаяния.
— Жалста, господина, — умоляло оно, — чут-чут випить. Чи'тильщик, чи'тильщик?
Ответом на причитания был удар ногой, который горняк нанес прямо в лицо существу. Люк вздрогнул и отвернулся, принцесса удивленно посмотрела на него.
— Что с тобой, Люк?
— С души воротит смотреть, как издеваются, — пробормотал он. — Неважно над кем — человеком, животным или чужаком, — он с интересом взглянул на нее. — А тебя, я вижу, это не шокирует?
— Я видела, как погиб мой мир, несколько миллионов человек, — ответила она так прозаически, что у Люка по телу побежали мурашки. — После этого род человеческий ничем не может меня удивить. Разве что тем фактом, что какой-то его представитель все еще способен вот так реагировать на это, — она снова перевела взгляд в сторону стойки.
— Чи'тить бо'отинки! — проверещал абориген. Горняк промычал что-то невразумительное, его спутники захихикали. — Чи'тить, да? — противоестественно изогнув голову и похныкивая, абориген умоляюще смотрел на человека, вытирая кровь с лица. — Чи'тильщик, Чи'тильщик?
— Ладно, читильщик, — согласился горняк, которому эта игра явно поднадоела. — Чисть.
Туземец плюхнулся на живот, вывалил наружу неестественно длинный, змееподобный язык и принялся слизывать с сапог человека грязь и сажу.
— Меня сейчас вырвет, — еле слышно прошептал Люк, в ответ на что принцесса лишь пожала плечами.
— Среди нас есть и демоны, и ангелы, Люк. Нужно быть готовым к тому, что приходится иметь дело и с теми, и с другими.
Когда она опять посмотрела в сторону стойки, туземец выполнил свою унизительную задачу и с беспокойным видом поднял вверх сложенные чашкой руки.
— Чи'тильщик пить, сейчас, сейчас?
— Ладно, ладно.
Горняк потянулся, взял со стойки бутылку необычной формы и нажал кнопку сбоку. В верхнюю часть бутылки заструилась темная жидкость. Когда процесс завершился, раздался щелчок.
Повернувшись к замершему в ожидании аборигену, горняк перевернул бутылку и вылил густую красную жидкость на пол, а не в подставленные руки. Вокруг все, и мужчины и женщины, весело захохотали, а несчастное создание распростерлось на полу и этим своим потрясающим языком быстро-быстро слизало всю жидкость, не дав ей просочиться сквозь щели.
Люк, чувствуя, что не в силах наблюдать дальше эту сцену, обвел взглядом большой задымленный зал. Теперь он заметил еще несколько таких же покрытых зеленым мехом созданий, которые бродили между столиками. Некоторые клянчили выпивку, надеясь, по-видимому, на чудо, другие помогали официантам убирать посуду.
— Первый раз встречаюсь с представителями этой расы.
— И я тоже, — сказала принцесса. — Скорее всего, местные. Никто не может упрекнуть Империю в том, что она нежничает с аборигенами.
Люк открыл было рот, собираясь ответить, но она жестом остановила его. Подошел официант, неся заказанное.
И мясо, и приправы имели специфический вид, но еда была горячей и выглядела аппетитно. Внезапно из середины стола, точно цветы, поднялись три крана. Наполнив стакан из одного, Люк опробовал содержимое и заявил: — Неплохо.
Принцесса тем временем осторожно жевала мясо. И скривилась, проглотив кусок.
— Будь у меня выбор, я бы заказала что-нибудь другое…
— Нет у нас выбора.
— Действительно, нет. Мы… — она замолчала, глядя куда-то ему за спину, и Люк резко обернулся.
Там стоял официант, не сводя с принцессы глаз. Заметив, что она смотрит на него, он тут же исчез.
— Как думаешь, он что-то заподозрил? — озабоченно пробормотала она.
— Откуда? Одета ты как надо. Даже я тебя не узнал бы.
Отчасти успокоившись, Лейя снова склонилась над тарелкой.
— Смотри-ка, вон там! — сказала она спустя некоторое время.
Взглянув в указанном направлении, Люк увидел официанта, который разговаривал с каким-то высоким человеком. Тот отличался вежливыми манерами и, судя по форме, принадлежал к имперским гражданским служащим.
— Они что-то заподозрили! — прошептала принцесса, собираясь встать. — Хватит, Люк. Давай выбираться отсюда.
— Мы не можем вот так взять и уйти. Тем более если за нами следят, — возразил он. — Не паникуй, принцесса.
— Ты как хочешь, а я ухожу, — она сильно нервничала и даже приподнялась, явно собираясь броситься к двери.
Не успев даже до конца понять, что он делает, Люк протянул руку, ударил ее по лицу и громко сказал, когда все головы повернулись в их сторону: — Что за фокусы? Сиди и жди, пока я доем!
Широко распахнув глаза, не в силах произнести ни слова, принцесса прижала руку к пылающей щеке и медленно села обратно. Люк набросился на мясо, а имперский служащий фланирующей походкой двинулся в их сторону в сопровождении официанта, который предусмотрительно держался на расстоянии.
— Если у вас проблемы… — начал было служащий.
— Нет, никаких проблем, — заверил его Люк, заставив себя улыбнуться. Человек не уходил. — Вам что-то от меня нужно?
— Не от вас. То, что вы горняк, не вызывает сомнений, — масленый взгляд служащего переместился на Лейю. — Меня ваша подружка интересует.
Лейя не удостоила его взглядом.
— Почему? — весело спросил Люк. — Какие проблемы?
— Ну, судя по одежде, она из горняцких, но, как заметил Эларлес, — он кивнул на официанта, — руки у нее…
Вздрогнув, Люк перевел взгляд на руки принцессы: мягкие, бледные, без мозолей — чьи угодно руки, только не того, кто ими работает. Годы, проведенные Люком на ферме у дяди, не прошли даром для его тела, в том числе и для рук. Он вполне мог сойти за простого горняка. Принцесса же Органа, скорее всего, в руках ничего тяжелее книг или дискет не держала. Кто же поверит, что она копает или долбит грунт?
Мысли в голове закрутились с умопомрачительной быстротой.
— Нет, она… Знаете ли, я купил ее, — Лейя дернулась и изумленно уставилась на него. — Да, она у меня вроде служанки. Все денежки на нее уходят, — попытавшись произнести все это как можно более равнодушным тоном, Люк вернулся к еде. — Толку от нее, конечно, немного, — плечи принцессы дрогнули. — Но ничего лучшего я позволить себе не могу. И потом, это… забавно, когда она вертится вокруг, хотя у нее есть привычка временами взбрыкивать. Тогда ничего не остается, как только врезать ей хорошенько. Служащий понимающе кивнул и в первый раз за все время улыбнулся.
— Сочувствую, молодой человек. Простите, что оторвал от еды.
— Ничего страшного, — Люк проводил взглядом служащего, который вернулся за свой столик.
Принцесса сердито посмотрела на него.
— Похоже, все это доставляет тебе удовольствие?
— Нет, конечно. Но иначе бы мы попались. Она потерла щеку.
— А к чему эта выдумка про служанку?
— Сходу ничего другого просто в голову не пришло. К тому же это объясняет некоторые твои… особенности, — голос у него был довольный. — Теперь никто не станет к тебе цепляться — все же тут слышали наш разговор.
— Ну и что, если слышали? — она поднялась. — Я что, и в самом деле должна вести себя как твоя служанка? Если ты воображаешь…
— Эй, дорогуша… С тобой все в порядке? — спросил новый голос.
Рядом с Лейей стояла старуха. Положив жесткую руку на плечо принцессы, она мягко, но непререкаемо надавила на него. Слегка ошеломленная, принцесса медленно опустилась на место.
Женщина подвинула стул к их столику и уселась. Люк не сводил с нее настороженного взгляда.
— Мы незнакомы, и я что-то не припомню, будто приглашал вас присоединиться к нам. Будет лучше, если вы оставите нас в покое.
— Со мной у тебя хлопот не будет, парень.
В ее тоне чувствовался намек на что-то, известное только ей. Голова старухи дернулась в сторону принцессы.
— Ничего удивительного, что мы незнакомы. Вы ведь чужаки здесь, правда?
Это заявление, казалось, вывело принцессу из ступора. Она испуганно посмотрела на старуху и отвернулась… чтобы только не встречаться с ее обличающим взглядом.
— Что за чепуху вы несете? С какой стати? — запинаясь спросил Люк.
Старуха наклонилась поближе с видом заговорщицы.
— У старой Халлы очень хорошая память на лица. Вы живете не в этом городе, и ни в одном из других четырех я вас тоже не встречала. Я такая же больная и старая, как этот мир, и мне известны все его обитатели. Кроме вас.
— Мы… мы прибыли с последним кораблем, — сказал Люк первое, что ему пришло в голову.
На старуху его слова явно не произвели впечатления. Она усмехнулась.
— Что ты там бормочешь? Пытаешься обдурить старую Халлу? Да не смотрите так испуганно, вы, оба. Значит, вы и впрямь чужаки… Это хорошо, хорошо. Мне как раз чужаки и нужны. По правде говоря, мне нужна ваша помощь.
Наклонившись к старухе, принцесса удивленно посмотрела на нее.
— Вы хотите, чтобы мы помогли вам?
— Удивительно, правда? — Халла захихикала.
— Помогли в чем? — в смятении спросил Люк.
— Просто помогли, — ответила она, напуская на себя таинственность. — Вы поможете мне, я — вам. А я знаю, что вам нужна помощь, потому что в этом мире не бывает чужаков, и все же вы здесь. Хотите узнать, почему я догадалась, что вы чужаки? — снова наклонившись над столом, она помахала пальцем перед носом Люка. — Потому что в тебе, парень, Сила так и кипит.
Люк слабо улыбнулся.
— Сила — это суеверие, миф, которому когда-то поклонялись люди. Ею детей пугают.
— Ну и что? — Халла откинулась на спинку стула и удовлетворенно сложила руки. — Пусть так. Значит, в тебе так и кипит суеверие. Гораздо сильнее, чем в любом, кого я встречала на этой заброшенной свалке.
Люк резко наклонился к ней.
— Что с тобой, Люк? — спросила принцесса, заметив, как изменилось выражение его лица.
Он как будто не слышал ее.
— Значит, ты — Халла… Женщина медленно кивнула.
— В тебе и самой есть немного Силы.
— Немного — это слабо сказано, парень! — негодующе возразила старуха. — Я — мастер в этом деле, мастер!
Люк молчал.
— Доказать? — продолжала она. — Смотри!
Сосредоточившись на баночке со специями, стоявшей посреди стола рядом с одним из кранов, она заставила ее слегка завибрировать, подпрыгнуть раз, другой и переместиться на несколько сантиметров влево. Откинувшись назад, Халла глубоко вздохнула и вытерла пот со лба.
— Ну, убедился? Немного Силы, скажешь тоже!
— Убедился, — ответил Люк, бросив взгляд на принцессу, с любопытством наблюдавшую за происходящим. Взгляд, в котором можно было прочесть, что такими дешевыми трюками его не проймешь. — В тебе много Силы.
— Я и не то еще могу, если захочу, — с гордостью объявила Халла. — А мы с тобой вдвоем.. Да нам сама судьба велит действовать заодно. Что скажешь?
— Не уверена… — начала было принцесса.
— Не волнуйся из-за меня, душечка. Халла дотронулась до руки принцессы, та попыталась отдернуть руки. Однако старуха крепко схватила ее за запястье и, улыбаясь, пристально посмотрела на Лейю.
— Думаешь, я сумасшедшая, так ведь? Думаешь, что старая Халла выжила из ума. Принцесса покачала головой.
— Нет, я этого не говорила. Ничего такого я не говорила.
— Ох, но подумала, верно? — Лейя промолчала, и Халла пожала плечами. Если она и была задета, то не подала виду. — Неважно, неважно, — она разжала пальцы, Лейя медленно убрала руку и потерла ее.
— Почему ты хочешь помочь нам? — жестко спросил Люк. — Если допустить просто в порядке обсуждения, что мы вообще нуждаемся в какой-то помощи и что твои догадки верны.
— Просто в порядке обсуждения, парень, — передразнила она его. — Дойдет и до этого. Сначала скажи, что вам нужно от меня.
— Сейчас увидишь, старуха, — угрожающе начал было Люк.
Она, однако, не испугалась.
— Так со мной дело не пойдет, сосунки. Вы ведь не хотите, чтобы все узнали, что вы чужаки? — последние слова она произнесла чуть громче предыдущих.
Люк сделал движение, словно собираясь заткнуть ей глотку, и оглянулся, не слышит ли их кто-нибудь.
— Ладно. Раз ты поняла, что мы чужаки, значит, знаешь, что нам нужно. Убраться с этой планеты, — принцесса бросила на него предостерегающий взгляд, но Люк отмахнулся от нее. — Не волнуйся. Вокруг нее и вправду ощущается Сила, — он снова повернулся к старухе. — Кто ты?
— Всего лишь старая Халла, — бесстрастно произнесла она. — А вы всего лишь хотите убраться с Мимбана. Не считайте меня простушкой, однако, — она хитро сощурилась. — Скажем, как вы оказались тут, а? Вам не удастся втереть мне очки, что, дескать, вы прибыли с очередным кораблем, который доставляет сюда припасы.
— Очередной корабль? — воскликнула принцесса. — Вы имеете в виду, что циркарпусиане знают об этом поселении?
— Женщина, разве я сказала, откуда прибывает этот корабль? — Халла насмешливо фыркнула. — Циркарпусиане… Эти местные! У них прямо на заднем дворе творится такое, а они об этом понятия не имеют. Нет, и рудники, и города — дело Империи.
— Мы так и предполагали, — задумчиво сказал Люк.
— Они отслеживают пространство вокруг планеты на расстоянии нескольких диаметров, — продолжала Халла. — У циркарпусиан на Десятке есть славная такая колония. Если какой-то корабль подойдет близко, имперцы отключают все. Рудники, посадочный бакен — все.
— Думаю, теперь понятно, почему они не засекли нас, — высказал предположение Люк.
Лейя, пытаясь удержать его от излишней откровенности, предостерегающе вытянула руку. Он снова отмахнулся. — Либо мы доверяем Халле, либо нет. Того, о чем она уже догадывается, хватит, чтобы отдать нас в руки местных властей. Если она захочет, — он открыто посмотрел на старуху. — Мы летели с Циркарпус X на Циркарпус IV по делу.
— Ты имеешь в виду, что вы взлетели с базы повстанцев на Четырнадцатой, — самодовольно поправила его. старуха. — Вот оно, твое доверие, — Люк сразу не нашелся, что сказать, а она махнула рукой, отметая все это прочь. — Не имеет значения, парень. Единственное правительство, которое я признаю, это я сама. Как ты думаешь, была бы еще на Четырнадцатой эта база, если бы я хотела продать повстанцев?
Люк заставил себя расслабиться и улыбнулся ей.
— Мы летели на двух одноместных истребителях. Если тут стандартные следящие приборы, то они попросту не откалиброваны для распознавания таких небольших объектов. Вот, наверно, почему они не подняли тревогу. Нас просто не заметили.
— И где же ваши корабли? — с беспокойством спросила Халла. — Если недалеко, они могут вскоре найти их.
Люк махнул рукой в неопределенном направлении.
— Где-то там, в нескольких днях пути. Если трясина вообще не поглотила их к этому времени.
Халла удовлетворенно фыркнула.
— Отлично! Здешние люди от своих городков далеко не отходят. Вряд ли корабли найдут. Как вы ухитрились приземлиться без посадочного поля и бакена?
— Приземлиться! — вмешалась принцесса. — Это только так говорится. В атмосфере начались ужасные искажения. Готова поспорить, их создает энергетический бур. Наши приборы вышли из строя. Корабль, по-видимому, должен иметь специальную защиту, чтобы проходить через атмосферу, до такой степени насыщенную энергией. Я считаю, нам еще повезло, что мы не сели прямо на имперское поле, — закончила она.
— Видишь, Халла, — сказал Люк. — Нам нужна помощь, чтобы выбраться отсюда.
— Это почти невозможно, парень. Придумай что-нибудь попроще. Вы здесь нелегально, и никаких документов у вас нет. В любой момент, как только ктонибудь попросит предъявить их, вас тут же отволокут на допрос к местным властям. А за главного у них тип по имени Граммель, очень мерзкий человек, — она торжествующе перевела взгляд с одного на другого. — Из тех, от кого лучше держаться подальше.
— Ладно, — не стал упираться Люк, — раз нельзя убраться отсюда через обычные каналы, тогда помоги нам украсть корабль.
Впервые с тех пор, как она подсела к ним, Халла потеряла дар речи.
— Что еще желаешь, милок? — в конце концов поинтересовалась она. — Форменный плащ Граммеля или, может быть, сосуды мужской силы Императора? Украсть корабль? Ты, наверно, сбрендил, парень.
— В таком случае, мы в подходящей компании, — с удовлетворением вставила принцесса. Халла повернулась к ней.
— Заткнись, милашка. Твоя помощь мне не требуется.
— Вы имеете хоть малейшее представление о том, кто я такая? — взорвалась принцесса, но тут же взяла себя в руки. — Ладно, — =»то неважно. Важно лишь, можете вы сделать это или нет.
Халла собралась было возразить, но принцесса с вызовом перебила ее: — Так можете или нет?
— Нельзя сказать, что я этого сделать не могу, красавица, — тщательно подбирая слова, заговорила Халла. — Другое дело, стоит ли идти на такой риск, — она с явной неохотой перевела взгляд на Люка. — Ладно, парень, и ты, дамочка. Я помогу вам украсть корабль.
Люк взволнованно посмотрел на принцессу, которая по-прежнему не сводила взгляда с Халлы.
— На одном условии. Принцесса понимающе кивнула.
— На каком? — официальным тоном спросила она.
— Сначала вы мне поможете.
— По-моему, у нас нет выбора, — вмешался Люк. — Чего ты хочешь от нас?
— Найти кое-что. С твоим владением Силой, парень, да если его объединить с моим, это будет раз плюнуть. Но одной у меня силенок не хватает, и довериться никому я не могу. Вот вам я доверять могу, потому что если вы попытаетесь обдурить меня, я заложу вас Граммелю.
— Разумно, — согласилась принцесса. — Говорите, это будет просто. А что именно нужно найти?
С шутливо-серьезным видом оглянувшись по сторонам, Халла спросила: — Приходилось ли вам, дети мои, слышать что-нибудь о кристалле Кайбурр?
— Первый раз слышу, — призналась принцесса.
— Ничего удивительного, — продолжала свои объяснения Халла. — Только очень немногие, кто имел отношение к исследованиям на Мимбане, слышали о нем. К примеру, ксеноархеологи во время своей первой и единственной исследовательской экспедиции на эту планету. Они, конечно, решили, что это сказка, миф, придуманный местными жителями в надежде выманить у них побольше горячительного. И тут же забыли о нем. Но в имперских отчетах, связанных со здешними разработками, о нем упоминается.
— Согласно этому мифу, кристалл находится в храме Помойемы. Это местное божество, как рассказывают зеленявки, с которыми я об этом говорила.
— Звучит вполне правдоподобно, — признал Люк. — И где этот храм?
— По словам тех же местных, довольно далеко отсюда. Мне удалось сложить все разрозненные обрывки вместе. В этом мире полно храмов. И потом, этот Помойема — третьеразрядный бог. Поэтому поиски его храма никого не заинтересовали.
— Храмы, боги, кристаллы, — проворчала принцесса. — Ладно, допустим, это легендарное место и вправду существует, — она обвиняюще ткнула пальцем в сторону Халлы. — Что из себя представляет этот кристалл Кайбурр? В каком-то смысле, просто большой драгоценный камень?
— В каком-то смысле, — Халла улыбнулась с хитрецой. — Что, заинтересовалась против собственной воли, правда?
Принцесса отвела взгляд.
— Нас интересует все, что может помочь выбраться отсюда, — заявил Люк. — Однако должен признать, что эта история о кристалле звучит интригующе сама по себе. И как же он выглядит?
— Фу! Меня мало волнует, какое из него может получиться украшение для избалованной богачки, — Халла замолчала, многозначительно глядя на принцессу. — Гораздо больше меня интересует кое-какое свойство, которым, как говорят, он обладает.
— Опять сказки, — заворчала принцесса. — Почему вы так верите местным слухам, а не заключению ксеноархеологов?
— Потому! — с победным видом объявила Халла. — У меня есть доказательство.
Откуда-то из-за пазухи она достала сверток из изолирующего материала, положила его на стол и развернула. Там оказалась крошечная металлическая коробочка. Ногтем мизинца Халла несколько раз повернула миниатюрный секретный замок. С легким хлопком крошечная крышка открылась.
Люк и принцесса склонились над коробочкой, чуть не стукнувшись головами.
Их взору предстал осколок чего-то, похожего на мягко мерцающее красное стекло. Цвет был глубже и сочнее, чем у красного корунда. Осколок отливал стеклянным блеском и несколько напоминал кристаллизованный мед.
— Ну, — спросила Халла, дав им вдоволь наглядеться, — теперь вы верите, что я говорю правду?
Явно не убежденная, принцесса откинулась назад и вопросительно посмотрела на старуху.
— Маленький кусок лучистого стекла, или пластика, или обычного силиката, обработанного до блеска. Почему мы должны воспринять это как доказательство?
— Это осколок самого кристалла Кайбурр! — похоже, Халлу все-таки задело ее недоверие.
— Ладно, ладно, — не стала настаивать принцесса. — Откуда он у вас?
— Выменяла у зеленявки на бутылку спиртного.
Лейя испытующе посмотрела на нее.
— Вы хотите сказать, что примитивный, суеверный туземец, владеющий осколком некой полулегендарной драгоценности из одного из своих храмов, отдал его в обмен на какую-то вшивую бутылку спиртного?
— Это не его бог и не храм его предков, — с презрением в голосе возразила Халла. — Но даже будь это и так, значения бы это не имело. Взгляните на эти ничтожества.
Она сделала жест рукой, и они увидели опустившихся, раболепствующих попрошаек, готовых по желанию клиентов сделать что угодно в обмен на глоток алкоголя.
— Ради выпивки они разве что самих себя не убьют. За полстакана выполнят любую самую грязную работу.
— Может быть, вы и правы, — вынуждена была согласиться Лейя — Может быть, это действительно осколок того, о чем вы говорите. Все равно пока непонятно, зачем он вам нужен. В особенности учитывая ваши слова, что как драгоценность он вас не интересует.
— Все еще не понимаете? — проворчала Халла и резко повернулась к Люку. — Дотронься до нею, парень.
Люк заколебался, перебегая взглядом с принцессы на Халлу и обратно. Старуха вынула осколок из коробочки и протянула Люку на сложенной чашечкой ладони.
— Смотри, он не жжется, — сказала она. — Давай, прикоснись к нему и убедись сам. Или ты боишься?
Люк никак не мог решиться.
— Я дотронусь до него, — принцесса протянула руку, но Халла тут же отдернула свою.
— Нет, это не для тебя. Прикосновение к нему тебе ничего не докажет, — она снова протянула ладонь Люку. — Давай, парень Он тебе вреда не причинит.
Облизнув нижнюю губу, Люк осторожно коснулся осколка пальцем. На ощупь он был тем, чем и представлялся, — куском мерцающего, лишенного жара стекла. Однако чувства, которые он вызывал, исходили не от нервных окончаний кожи Люка. Он быстро отдернул палец, как будто прикоснулся к живому существу.
— Ну что, Люк? — в голосе принцессы послышалось беспокойство, она сердито взглянула на Халлу. — Вы причинили ему вред!
— Нет, болтушка, никакого вреда. Он испуган и удивлен, он в шоке — в точности как я, когда впервые вступила в контакт с кристаллом.
Лейя повернулась к Люку.
— Что ты почувствовал?
— Если говорить о чувствах, то ничего, — попытался объяснить он, теперь уже нисколько не сомневаясь в искренности старухи. — Но я кое-что… испытал. Эта штука, — он указал на кусок красного минерала, — усиливает восприятие Силы. Увеличивает его и проясняет… пропорционально собственному размеру и плотности, так мне кажется, — он перевел взгляд на Халлу. — Всякий, кто завладеет всем кристаллом, а он, как я понимаю, гораздо больше этого фрагмента, получит доступ к такому потоку Силы, что сможет сделать почти все. Да что там — вообще все.
— Я того же мнения, сынок, — согласилась Халла, убрала осколок в коробку, защелкнула крышку, завернула в мягкую ткань и вручила сверток Люку. — Ты лучше поймешь, что я имею в виду, если он будет храниться у тебя. Ну, давай, бери его, — Люк послушался и засунул сверток в карман. — А теперь, по-моему, вам не остается ничего другого, как только помочь мне, и не мешкая.
— Кто это говорит? — вызывающе спросила принцесса.
— Никто это не говорит, красотуля. Факты это говорят, только факты. Когда Люк дотронулся до осколка, Сила зашевелилась, хоть и несильно, но ощутимо. Я, по крайней мере, почувствовала это. Может, этот всплеск ощущается только здесь, в таверне, а может, и в половине Галактики. На службе у Империи есть люди, способные воспринять это шевеление.
Она пожала плечами и, помолчав, продолжала: — И все же, как я уже сказала, это ощущение может распространяться не дальше этого столика. Но разве вы можете так рисковать? Вы ведь из Альянса, теперь я в этом не сомневаюсь, а раз так, здешние имперцы могут очень заинтересоваться Люком. Насколько я слышала, им не нравится мысль, что среди восставших могут быть люди, способные управляться с Силой.
— Кроме того, парень, ты уже понял, какой вред может причинить тот, у кого в руках окажется весь кристалл. Стоит ли рисковать тем, что имперцы могут первыми найти его? — вид у нее стал почти извиняющийся. — Простите, но я должна была сделать что-то, что лишило бы вас возможности отступить. Как я могла поступить иначе? Вы ведь первые люди, которые на самом деле в состоянии мне помочь.
— Она права, Лейя, — сказал Люк. — Мы не можем допустить, чтобы кристалл попал в руки имперцев.
— Все так, Люк, но…
— Кроме того, Лейя, у нас нет выбора. Только Халла может помочь нам покинуть планету, а она не станет ничего делать, пока мы не раздобудем кристалл, — он с надеждой посмотрел на принцессу. — Согласна?
— Ай-ай, что это? Горняк спрашивает разрешения у своей служанки? — сварливо проворчала Халла. Ни тот, ни другая не могли заставить себя встретиться с ней взглядом. — Успокойтесь, детки. Я вас не выдам, — она оглянулась. — Давайте сваливать отсюда, это не самое укромное местечко для таких дел. Если вы закончили свой ужин, лучше продолжить разговор где-нибудь еще.
Люк кивнул.
— Заодно пора успокоить Р2Д2 и Ц-3ПО.
— Постой-ка, — Халла предостерегающе подняла руку. — Я думала, вас тут только двое.
— Это два дроида. Я их… унаследовал, можно сказать.
— А, ну тогда все в порядке. Никогда не могла позволить себе иметь личного дроида.
Оплачивая счет, Люк поискал взглядом имперского служащего. Этот человек явно не проявлял к ним ни малейшего интереса, даже не смотрел в их сторону. История со взбалмошной служанкой, по-видимому, убедила его.
Как только они оказались снаружи и двойная металлическая дверь захлопнулась за ними, Лейя ногой резко ударила Люка в голень. Он пошатнулся и свалился прямо в полный грязи ров между тротуаром и мостовой. Придя в себя, он удивленно посмотрел на принцессу.
— Теперь ты больше похож на горняка, — усмехнулась она, глядя на него. — Это за то, что ты ударил меня там, внутри. Неприятное ощущение, не правда ли?
Люк вытер испачканные руки о грудь и в свою очередь улыбнулся ей.
— Неприятное, что правда, то правда.
Он протянул к ней руку, принцесса левой рукой ухватилась за опорный столб, а правую протянула, чтобы помочь Люку встать. увы, столб ей не помог. Люк дернул посильнее и она рухнула в ров рядом с ним. Усмехаясь, он смотрел, как она с огорченным видом оглядывает себя со всех сторон.
— Посмотри на меня! Посмотри, что ты наделал!
— Теперь ты больше похожа на служанку, — с улыбкой ответил он. — Никто здесь не выглядит так аккуратно, ты же понимаешь.
— Ну, раз так…
Люк увернулся от шматка грязи, которым она бросила в него, поймал на лету второй и швырнул в нее.
Посмеиваясь, Халла не спускала с них глаз. Потом из таверны за ее спиной вышли несколько человек. Они остановились, с интересом наблюдая за состязанием в канаве. Слишком пьяные, чтобы быть опасными, они почему-то с каждым мгновением становились все спокойнее.
Слишком спокойные, как показалось Халле…

ГЛАВА 4

— Ради спасения ваших душ и здоровья, — торопливо зашептала она, обращаясь к участникам сражения, — прекратите, вы, двое! Ни Люк, ни принцесса ее, однако, не слышали. Может, у них уши грязью забило?
Один из мужчин наклонился, сплюнул и заметил: — Рабочему люду не пристало драться.
— Да уж, — согласился его спутник.
— Вдобавок, — добавил первый, — драться в общественных местах запрещено городским указом.
— Точно, — снова поддакнул второй. — Может, нам стоит привести их в чувство, пока стража не сцапала. Думаю, мы окажем им добрую услугу, — он наклонился к Люку. — Цепляйся, парень. Мы не допустим, чтобы она причинила тебе вред.
Усмехаясь и обмениваясь шуточками, пятеро мужчин сошли с тротуара. Видя, что никто не обращает на нее внимания, Халла предусмотрительно шмыгнула в тень.
— Что мы можем сделать, мадам? — прошептал незнакомый голос прямо ей в ухо. Она подпрыгнула. Ц-3ПО тоже.
— Как ты посмел так напугать меня?
— Я извиняюсь, но мои хозяева…
— О! Ты Ц-3ПО? Дроид кивнул.
— А это, наверно, Р2Д2? Неясно различимая фигура рядом издала свое обычное «би-бип».
— Боюсь, пока ничего сделать нельзя, — она посмотрела в сторону улицы. — Может, эти громилы просто дразнят их.
Двое мужчин тем временем оттащили Лейю от Люка, что позволило им в первый раз как следует рассмотреть ее. Если поначалу они престо развлекались, то теперь на поверхность всплыли совсем другие эмоции.
— Вот как, — пробормотал один из них с грудью, точно пивной бочонок, и манчийскими усами. — Это вовсе не дроид, уж будьте уверены.
До Лейи наконец дошло, что горняки во все глаза пялятся на нее. Пока она сражалась с Люком, некоторые пряжки и ремни на плотно обтягивающем костюме расстегнулись. То, что в результате приоткрылось, хоть и было облеплено грязью, привлекло к себе слишком много внимания. Возникло ощущение, будто липкие взгляды проникают даже под одежду.
Не обращая внимания на грязь, она начала торопливо застегиваться, выпрямилась и заявила — не слишком уверенно, но с достоинством: — Большое спасибо. Это личные проблемы. Теперь, если вы будете так добры, я попрошу вас уйти. Мы сами разберемся.
— Большое спасибо, это личные проблемы, — жеманно повторил один из мужчин.
Остальные загоготали. Другой, с бородой, с вожделением посмотрел на нее.
— Ты в городе не зарегистрирована, девочка по вызову, — он указал на ее плечо. — Ни ярлыка с именем, ничего. Драться в публичном месте противозаконно. И еще в нашем законе сказано, что нужно задерживать любого, когда бы и где бы он ни нарушил закон. Мы имеем полное право задержать тебя, — он протянул к ней массивную лапу.
Быстро отскочив, принцесса переводила сердитый взгляд с одного лица на другое, но с каждым мгновением ее уверенность таяла, точно снег на жарком солнце.
— Я не могу сказать вам, кто я такая, но если кто-то из вас тронет меня хоть пальцем, вам придется отвечать за это.
Тот, с грудью наподобие пивного бочонка, подошел поближе. Он больше не улыбался, в голосе не было даже намека на шутку: — Дурочка, можешь не сомневаться, я дотронусь до тебя не только пальцем… Люк вклинился между ними.
— Это личное дело, мы сами разберемся, друг.
— Я тебе не друг, сынок, — ответил мужчина, протянул руку и отпихнул Люка. — Стой где стоишь. Твои дела больше значения не имеют.
Принцесса испуганно ойкнула. Один из мужчин проскользнул ей за спину и обхватил левой рукой за грудь. Люк тут же оказался рядом и ребром ладони сильно ударил его по запястью. Издав крик боли и держась за руку, горняк отскочил.
На улице наступила мертвая тишина, если не считать отдаленных звуков, доносившихся из джунглей. Теперь все взгляды были обращены на Люка.
— Сынку поразмяться захотелось, — захихикал тот, кого Люк ударил по руке. — Так. Теперь еще и сопротивление при задержании в публичном месте.
Он взмахнул правой рукой. Послышался лязгающий звук, и из рукава выскользнул стилет с двойным лезвием. Низко пригнувшись, горняк двинулся на Люка. Свет, падающий из окон таверны, угрожающе вспыхнул на клинках.
Принцесса не произнесла ни слова, просто стояла и смотрела. Точно так же, как Халла, Ц-3ПО и Р2Д2 из своего укрытия в тени.
— Давай, сынок, — сказал горняк, делая невооруженной рукой жест, подбадривая Люка подойти ближе. Потом он взмахнул этой рукой, и из второго рукава выскочило новое двойное лезвие. Топнул правой ногой — из подошвы сапога вылезло еще одно; топнул левой — то же самое. — Давай-ка, попляши. Я позабочусь, чтобы это было в последний раз.
Стараясь не спускать глаз со всех восьми лезвий сразу, Люк попытался отвлечь нападающего.
— У нас с дамой возникла небольшая размолвка, но мы разберемся сами.
— Слишком поздно, сынок, — мужчина ухмыльнулся. — Теперь размолвка у нас с тобой, вот так.
Его товарищи наблюдали за происходящим, посмеиваясь и пихая локтями друг друга. Судя по всему, это зрелище доставляло им отменное удовольствие.
Прыгнув вперед, вооруженный ножами горняк замахнулся на Люка левой рукой, но удар не достиг цели — Люк отпрянул, в свою очередь ударил противника ногой и, круто развернувшись, схватил его за правую руку. Послышалось глухое «Ву-уу-ш!», когда двойное лезвие прорезало влажный ночной воздух.
— Нам не нужны никакие неприятности, — сказал Люк, с явной неохотой передвинув лазерный меч так, чтобы было удобнее им воспользоваться.
— Через пару минут тебе вообще не о чем будет беспокоиться, — заверил его противник.
Он с криком бросился на Люка, но тот ловко увернулся от удара.
— Люк, сзади! — закричала принцесса. увы, слишком поздно. Один из зрителей подобрался к Люку со спины и обхватил его обеими руками. Тот, у кого были ножи, не спеша приблизился. Улыбка сбежала с его лица, он угрожающе вращал кулаками, клинки посверкивали, точно его глаза.
— Ну, как тебе танец, парень? Занятный, правда? Знаешь, мне надоело гоняться за тобой.
— Сделай его не спеша, Джейк, — посоветовал один из зрителей. — Больно умный сопляк, как я погляжу.
— Я сказал, — Люк не отрывал взгляда от типа с ножами, медленно опуская руку к поясу, — что мы не хотим никаких неприятностей.
Он активировал лазерный меч, не снимая его с пояса, — клинок смотрел вниз и в сторону и прошил бедро человека, который держал Люка сзади. Тот взвыл, отпустил Люка и рухнул на землю, схватившись за ногу.
Тип с ножами на мгновение окаменел, но тут же рванулся вперед, однако серия сложных дуг и кругов, которые в почти полной темноте лазерным лучом описывал Люк, заставила его остановиться. Человек, лежащий на земле, стонал не переставая.
Люк сделал выпад в сторону любителя «танцев» с ножами, преследуя одну цель — заставить его отступить.
— Вы, все… Теперь убирайтесь.
Вместо того чтобы прислушаться к его совету, квартет горняков, до этого стоявших в стороне, продемонстрировал целый арсенал ножей и другого оружия. Они принялись маневрировать, пытаясь окружить Люка и держась вне досягаемости мечущегося смертоносного луча.
Лейя несколько изменила соотношение сил, прыгнув на спину ближайшего мужчины и вцепившись ногтями ему в лицо. Трое оставшихся продолжали кружить вокруг Люка, с профессиональной сноровкой проверяя его на скорость и рефлексы, обмениваясь замечаниями относительно его способностей и прикидывая, как лучше подобраться. Если они рассчитывали, что четвертый товарищ присоединится к ним, их ожидало разочарование. Ему хватало возни с принцессой, которая, кроме всего прочего, обрушила на них поток брани во всю мощь своих легких.
Халла с тревогой наблюдала за происходящим из своего укрытия, когда внезапно ее внимание привлекло какое-то движение в дальнем конце улицы. К таверне быстрым шагом приближалась группа людей, одетых в белые доспехи.
Сражение между тем продолжалось. Один из нападающих бросился на Люка сзади. Тот подпрыгнул от толчка и полоснул лучом по запястью нападавшего. Отрезанная и обожженная рука полетела в грязь, испуская легкий дым. Человек упал на спину, потеряв дар речи и с ужасом глядя на обуглившийся обрубок руки.
Теперь военные были уже совсем рядом. Халла выбралась из своего убежища, сделала знак Ц-3ПО и Р2Д2 следовать за ней, нырнула в проулок между домами и растаяла в ночи. Дроиды замешкались на мгновение, но, сообразив, что могут попасться, бросились догонять ее.
Оба оставшихся нападающих продолжали кружить вокруг Люка, действуя теперь более осторожно. Принцесса вывела из строя своего противника, нажав на нужную болевую точку, и оглянулась, выбирая следующую жертву, когда внезапно в центре группы с громким хлопком и выбросом ослепительного света что-то взорвалось. Все ошеломленно повернулись, мигая полуослепшими глазами, и увидели направленные на них дула энергетических ружей.
— Бросьте оружие, — отрывисто приказал сержант. — В тусклом свете можно было разглядеть треугольные знаки на его рукаве и шлеме, — Именем Императора вы арестованы за вооруженную драку в публичном месте.
Пока горняки освобождались от своего многочисленного оружия, Люк деактивировал лазерный меч. Двое военных подобрали с земли небольшой арсенал. Заметив, что ее жертва очнулась, принцесса ударила горняка ногой.
— Вы, там, прекратите это! — приказал сержант.
— Простите, — вежливо ответила она.
Они под конвоем прошли через весь город. Люк воспользовался случаем, чтобы повнимательнее приглядеться к окружающим зданиям, однако почти все они были выдержаны в том же духе, как и те, которые ему уже приходилось видеть. По-видимому, в городках вроде этого возможность взаимозаменяемости диктовалась экономической целесообразностью.
Жители, которые попадались им по дороге, жались к стенам, перешептывались, а иногда и указывали пальцами на незадачливых забияк.. Надо думать, они догадывались, что ожидало нарушителей порядка.
Хотелось бы и Люку представлять себе это.
— Как ты думаешь, куда они нас ведут? — быстрым шепотом спросил он у принцессы.
— В местную тюрьму, куда же еще? Люк кивнул, указывая вперед.
— Если это она и есть, то, признаюсь, я поражен.
Они приближались к ступенчатой пирамидальной башне, массивной, непривлекательной на вид и явно относящейся к древней мимбанской архитектуре. Построенная из серого и черного камня, она очень напоминала те развалины, которые Люк заметил, когда искал корабль принцессы. Башня возвышалась над всеми другими зданиями горняцкого городка.
— Те тюрьмы, которые мне приходилось видеть раньше, блекнут перед этой, — прокомментировал свои впечатления Люк.
Они вошли под массивную каменную арку у входа. Внезапно решившись, Люк спросил у ближайшего военного: — Что это за место?
Солдат в шлеме повернулся к нему и изрек: — Пленникам и нарушителям спокойствия разговаривать запрещается.
Но когда они уже шли по каменному коридору, вдоль которого тянулись вполне современные трубы и располагались различные электронные устройства, солдат по собственной инициативе снизошел до объяснений: — Это одна из самых древних башен, построенная туземцами.
— Вы имеете в виду тех жалких бедняг, которые выпрашивают выпивку? — искренне удивился Люк.
В ответ человек рассмеялся, чего Люк никак не ожидал.
— Отлично, у вас есть чувство юмора. Оно вам пригодится. Чтобы зеленявки построили это? Вы, наверно, из шахты не вылезаете и ничего не видите вокруг, раз такое в голову приходит. Не то что я, — солдат просто разбух от самодовольства. — Никогда не упускаю случая подучиться. Как вам известно, в этом мире кроме зеленявок существуют еще несколько рас, в той или иной степени обладающих разумом. Некоторые выродились больше, другие меньше. Но какая бы раса ни построила это и другие здания в том же духе, — он ткнул ружьем в каменный потолок, дугой изогнувшийся над их головами, — она давным-давно вымерла. По крайнем мере, такого мнения придерживаются имперские исследователи.
Они уже в который раз завернули за угол, и Люк подивился размерам здания.
— В этой башне располагаются администрация рудника и штаб-квартира Империи на Мимбане, — солдат покачал головой. — Вы, горняки, кроме своей работы ничем не интересуетесь.
— Да, это правда, — согласился Люк, мысленно проклиная всех здешних горняков и не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. С тех пор как он оказался среди них, они вели себя с ним не слишком гостеприимно. — Мы из другого города, — добавил он для ясности.
Панибратство, в которое на мгновение впал солдат, тут же сменилось обычной холодностью.
— Может, так, а может, и нет. Вы — известные скандалисты, склонные приврать. Скажите спасибо, что Империя в какой-то степени мирится с вашими безобразиями, понимая, что людям нужно время от времени выпускать пар. Но это не повод для того, чтобы злоупотреблять своими привилегиями. Вы усложняете жизнь своим же товарищам, — он мотнул головой, указывая вперед, на солдата, который тащил ранец с конфискованным оружием. — Если дело доходит до оружия, это уже не вопрос соблюдения рабочей дисциплины. Вам будет предъявлено обвинение по всей строгости закона. Надеюсь, вы получите то, что заслуживаете.
— Спасибо, — сухо сказал Люк. Один из горняков проворчал: — Мы не виноваты. Этот, с лазером, и его женщина первые начали.
— Заткнитесь, — приказал сержант. — У вас будет возможность высказаться, когда вы предстанете перед капитан-интендантом Граммелем.
И Люк, и Лейя вздрогнули. Именно относительно этого человека предостерегала их Халла.
— Может, он проявит великодушие, — пустился в философские рассуждения сержант. — Здесь ценят хороших рабочих. Не исключено, что вам оставят большинство пальцев.
— Жаль, что мы получше не расспросили Халлу об этом Граммеле, — пробормотал Люк.
— Да, Халла, — голос принцессы звучал так, будто она совсем пала духом. — Похоже, она палец о палец не ударила, чтобы спасти нас?
— А что она могла сделать против имперских? — возразил Люк.
— Наверно, ты прав. Но можно было хотя бы попытаться, — Лейя пожала плечами. — Конечно, нельзя винить ее за то, что она спасала себя.
— По крайней мере, Ц-3ПО и Р2Д2 тоже удрали.
— Эй, если я услышу еще хоть слово, то кое-кому отрублю пальцы собственноручно, — предостерег их сержант.
— Неужели вам захочется на целый час похоронить себя под этими четырьмя футами грязи? — огрызнулась принцесса.
— Нет, — холодно ответил сержант. — А вам захочется, чтобы ваш хорошенький язычок выжгли бластером?
Лейя примолкла. У них и так забот хватало. Провоцируя конвойных еще больше, она ничего не выгадает. Сосредоточив взгляд на затылке сержанта, принцесса попыталась внушить ему, что он не в своем уме. Никакого видимого результата. Наверно, под шлемом у него сплошные кости, рассудила она.
Последний поворот, и они оказались в просторной комнате. После спартанской простоты серого камня внутри и снаружи сибаритская обстановка этого помещения вызывала шок. При ее создании широко использовался как настоящий, так и искусственный мех. Уровень удобств ассоциировался у Люка с гораздо более развитым миром по сравнению с тем, что представлял собой Мимбан. Тут, однако, не было ничего кричащего, выставленного напоказ; по-видимому, таково было естественное окружение того, кому эта комната принадлежала.
За столом — вполне заурядным, чисто функциональным — сидел человек.
— Давайте их сюда, сержант.
Голос у него был скучающий, ломкий и какой-то хрустящий. Люк подумал, что у этого человека, должно быть, повреждены голосовые связки.
Сержант махнул рукой, и семеро пленников — включая того, который припадал на наспех перевязанную ногу, — столпились перед столом.
Поразительнее всего в Траммеле было то, думал Люк, как на него среагировали горняки. Весь их кураж и развязность мгновенно исчезли. Они стояли, глядя в пол, на стены, друг на друга — куда угодно, только не на человека, сидящего за столом. И смущенно переминались с ноги на ногу.
Стараясь не смотреть на него прямо, Люк попытался уловить, чем было вызвано это уважение и даже раболепие со стороны таких грубых, ожесточенных людей, какими были эти пятеро горняков. Граммель сидел за столом, обхватив голову руками и изучая какую-то бумагу. В конце концов он потер глаза, сложил руки, опираясь локтями о стол, и вперил взор в стоящих перед, ним.
По сравнению с обстановкой Граммель казался бесцветным. Лицо бледное, как яичная скорлупа. Весь облик имперского офицера померк, когда он поднялся и стало заметно внушительное брюшко, стянутое где-то пониже талии форменным ремнем.
Сама серебристо-серая форма выглядела чистой и опрятной — словно в попытке закамуфлировать скрывающийся под ней живот. Шею туго стягивал высокий воротник, на который опускалась квадратная челюсть со свисающими по сторонам рта усами. Их форма подчеркивала суровое выражение лица капитан-интенданта — обычное для него, как предположил Люк. Небольшие, но проницательные глаза смотрели из-под нависших, словно гранитные гребни, бровей; голову венчали черные волосы, пересыпанные сединой.
Это было лицо человека, который редко смеялся, подумал Люк, а если это и происходило, то совсем не над тем, что обычно вызывает смех.
Граммель пристально разглядывал по очереди каждого из стоящих перед ним. Решив, что горняки знают, что делают, Люк не сводил взгляда с пятна на покрытом мехом полу.
— Так это, значит, и есть те нарушители спокойствия, которые устроили драку с применением оружия, — осуждающе подвел Граммель итог своему осмотру.
Этот голос снова резанул слух Люка — словно скрип заржавленного механизма, который давным-давно не смазывали. Его мрачное звучание идеально соответствовало облику Граммеля.
Сержант тут же сделал шаг вперед и доложил: — Да, капитан-интендант, сэр. Прошу вашего позволения доставить двоих раненых в больницу.
— Разрешаю, — ответил Граммель. Без улыбки, однако линия его угрюмо сложенных губ слегка распрямилась. — Им повезло по сравнению с теми, кто останется здесь.
Двоих горняков — того, что лишился руки, и другого, прихрамывающего на одну ногу, — под охраной вывели из комнаты. Граммель снова испытующе уставился на оставшихся. Когда дошла очередь до Люка и принцессы, рот Граммеля изогнулся, будто кто-то ткнул интенданта булавкой.
— Этих двоих я не знаю. Кто вы? — он вышел из-за стола и встал чуть ли не нос к носу с Люком. — Ты, парень! Кто такой?
— Просто горняк по контракту, господин капитан-интендант, — запинаясь, пробормотал Люк, стремясь показать, как он напуган.
Это было не так уж трудно. Поневоле ужаснешься, если твоя жизнь висит на волоске.
Граммель перевел взгляд на принцессу. И улыбнулся — еле-еле, точно нужное для этого усилие причиняло ему боль.
— А вы, моя дорогая? Надо думать, тоже работаете в шахте?
— Нет, — Лейя не смотрела на Граммеля. — Я его… — она кивнула на Люка, — служанка.
— Это правда, — быстро вмешался Люк. — Она всего лишь моя…
— Я не глухой, парень, — продолжая рассматривать Лейю, он провел пальцем по ее щеке. — Хорошенькая женщина… — она увернулась от его руки. — И горячая, — он посмотрел на Люка. — Одобряю твой вкус, парень.
— Спасибо, сэр.
Лейя сердито посмотрела на него, но что еще мог он сказать?
— Ваши манеры полетать вашей некомпетентности, — бросила Граммелю принцесса. Тот удовлетворенно кивнул.
— Манеры, — повторил он. — Некомпетентность. Странный подбор слов для служанки, — и рявкнул, обращаясь к сержанту, стоящему рядом навытяжку: — Вы спрашивали документы у этих двоих?
— Документы, господин капитан-интендант? Мы подумали, что у них все в порядке, сэр.
— Значит, вы не проверили у них документы, сержант? — медленно повторил Граммель.
Производя впечатление человека, истекающего потом под своими доспехами, тот вынужден был подтвердить свою промашку: — Нет, сэр. Мы предполагали…
— Никогда нельзя ничего предполагать, сержант. Во Вселенной полно людей, которые мертвы только потому, что жили, строя всякие предположения, — повернувшись к Люку и Лейе, он вежливо сказал: — Ваши документы, будьте любезны.
Люк сделал вид, что роется в карманах и крайне удивлен, не обнаружив там несуществующих документов. Принцесса предприняла попытку сделать то же самое.
— Мы, наверно, потеряли их во время драки, — сообщил Люк и попытался сменить тему разговора: — Эти пятеро — сейчас трое — напали на нас безо всякого повода с нашей стороны…
— Ложь! — воскликнул один из горняков. И посмотрел на Граммеля в поисках сочувствия, но безрезультатно.
— Ты, — очень спокойно сказал ему Граммель, — заткнись Горняк с готовностью подчинился.
В комнату вошел солдат и спросил заискивающе: — Капитан-интендант? Сэр? Граммеля явно разозлило то, что его прерывают.
— Ну, что такое?
Подойдя вплотную, солдат прошептал что-то Граммелю на ухо. Тот как будто сильно удивился.
— Хорошо, я поговорю с ним, — он направился к двери.
В комнату вошел какой-то коротышка, закутанный в плащ, и заговорил с Граммелем. Очень тихо, до Люка долетали лишь отдельные слова. Наклонившись к принцессе, он прошептал: — Не нравится мне все это.
— Удивительно здорово у тебя получается, Люк, — зашептала принцесса в ответ, — сводить самые тяжелые обстоятельства к чему-то обыденному.
Люк поглядел на нее с таким выражением, точно это замечание его обидело. Капитан-интендант закончил разговор с таинственным коротышкой, который поклонился и выскользнул из комнаты. Люка заинтересовало, был ли он человеком или, может быть, одним из туземцев. Его размышления были прерваны возвращением Граммеля.
— Драку начали вы, горняки, — заявил он непререкаемым тоном, подчеркнуто исключая Люка и Лейю из этой категории.
— Ох, господин капитан-интендант, — подобострастно загудел самый крупный из оставшейся тройки, — нас же спровоцировали. Мы знаем, что городской закон запрещает драки, и попытались вмешаться, когда увидели, что он нарушается.
— В свою очередь нарушив его, — возразил Граммель, — и напав на молодую даму?
— Мы же ничего плохого не хотели, — отважился поспорить с ним горняк. — Только немного позабавиться.
— Эти забавы будут стоить каждому из вас половину дневного заработка, — объявил Граммель. — Я решил проявить в отношении вас снисходительность, — горняки едва осмеливались верить, что все этим и закончится. — Здешние законы достаточно снисходительны по отношению к горнякам и допускают возможность существенного маневра в сторону послабления. Однако нападение с целью убийства не входит в имперское представление о продуктивном досуге, — с недовольным видом добавил он после небольшой паузы. — Как бы то ни было, я имею право принимать решения лично.
Приободрившись, один из горняков решил попытать удачи. Сделав шаг вперед, он заявил: — Господин капитан-интендант Граммель, я апеллирую к решению суда.
Граммель посмотрел на него с таким выражением, с каким ботаник рассматривает новый вид сорной травы.
— Ты имеешь такое право. На каком основании?
— Слишком поспешное… поспешное судебное, разбирательство без соблюдения формальностей, — запинаясь, произнес человек.
— Прекрасно. Поскольку я олицетворяю здесь имперский закон, я сам и рассмотрю твою апелляцию, — помолчав, Граммель объявил: — Твоя апелляция отклонена.
— Тогда я подам апелляцию уполномоченному имперского департамента ресурсов, отвечающего за горные разработки, — парировал горняк. — Я хочу, чтобы суд рассмотрел это дело как положено.
— Конечно, — согласился Граммель. Подойдя к стене позади письменного стола, он достал с полки длинный тонкий стержень из пластика, нажал на кнопку на одном из его концов и снова обошел стол. — Разговор записан, — сообщил он.
Он нажал другую кнопку, и по поверхности бруска заскользили слова. Когда воспроизведение записи закончилось, Граммель поднял брусок и резким движением воткнул его жесткий конец в левый глаз заспорившего с ним горняка.
Во все стороны брызнула кровь и мягкая кашица раздавленных тканей. Несчастный с воплем рухнул на пол. Похолодев от ужаса, один из товарищей склонился над ним, пытаясь остановить поток крови из развороченной глазницы, который заливал лицо горняка и комбинезон.
— С вами, троими, я закончил, — небрежно произнес Граммель, как будто не произошло ничего из ряда вон выходящего. — Сержант?
— Капитан-интенедант? Сэр?
— Отведите этих троих в камеры и проследите, чтобы оба их товарища оказались там же, как только оправятся. Пусть посидят и поразмышляют. Перепишите их имена и идентификационные коды, чтобы не возникло никаких проблем с уплатой штрафа. Разве что, — зловеще закончил он, постукивая записывающим устройством по ладони, — имеются еще желающие подать апелляцию?
Когда два горняка под охраной наполовину понесли, наполовину потащили своего потерявшего сознание товарища к выходу, Граммель махнул в их сторону своим стержнем.
— У него остался еще один глаз, как вам известно. Все зафиксировано здесь. Приведите его обратно, когда он придет в себя, пусть еще раз полюбуется.
Сержант вывел горняков и охранников из комнаты, тут же вернулся и занял позицию около двери.
— Мне самому не нравится заниматься всякими административными мелочами, — любезно обратился Граммель к Люку и Лейе, — но это чужой, плохо изученный мир, и у меня нет возможности попусту тратить время. Иногда приходится принимать быстрые и жесткие решения. Тех полулюдей-полуживотных, которые работают здесь, отличает от туземцев лишь степень их способности изобретать для себя более утонченные унижения. Изобретательность такого рода является неотъемлемым и весьма прискорбным качеством человеческого рода вот уже на протяжении тысячелетий. Уверен, вы отдаете себе в этом отчет и потому поведете себя более благоразумно, чем эти недоразвитые личности, которые только что покинули нас.
Он уселся на край стола, похлопывая себя по бедру записывающим стержнем, на одном из концов которого запеклась кровь. Люк с волнением наблюдал за ним.
— Я уже говорил вам, старший инспектор, — повторил Скайуокер, — что мы, наверно, потеряли свои документы во время драки. Скорее всего, они валяются в грязи. Если бы мы смогли вернуться туда, то наверняка нашли бы их. Если только, — добавил он с притворным беспокойством, — кто-нибудь не украл их после того, как мы ушли.
— Ну, не думаю, что кто-нибудь из жителей нашего города станет копаться в грязи, — сказал Граммель, отвернувшись, а потом резко бросил через плечо: — И в то же время не думаю, что они лежат там. Для того, чтобы потерять документы, надо их иметь, не так ли? А вот как раз это, по моему разумению, к вам обоим не относится. Мне сообщили, что вы в этом городе чужаки. И не в том смысле, что вы из другого города. Вы не имеете никакого отношения к шахтам. Вы чужаки по отношению ко всему этому миру. Не могу представить себе, как вам удалось пробраться сюда незамеченными, — он заскрежетал зубами и добавил угрожающе — Однако я, без сомнения, выясню это. Я всегда выясняю все, что хочу.
— Странно, — заметила принцесса. — Вы произвели на меня впечатление человека, чьи способности с точки зрения дознания весьма ограничены.
Граммель и ухом не повел. Напротив, ее оскорбления, казалось, доставляли ему удовольствие.
— Совсем недавно, девушка, вы обозвали меня некомпетентным. Теперь вы принижаете мои умственные способности. Я, конечно, не какой-нибудь там интеллектуал, но я человек и компетентный, и образованный. И стал таковым, обучаясь добиваться ответов на поставленные мною вопросы. Однако ваше первое замечание было точным — то, которое касалось моих манер.
Подняв ногу, он ударил принцессу в левое бедро носком сапога. Застонав от боли, она схватилась за ушибленное место и стала заваливаться на одно колено. Но сумела удержать равновесие. Люка трясло от ярости, но он заставил себя не двигаться, глядя прямо перед собой. Сейчас было не время и не место рисковать жизнью.
— Я человек простой, — продолжал Граммель, сверху вниз глядя на принцессу.
И снова с размаху нанес удар ногой, теперь уже по правой руке. Принцесса все же упала, перекатилась и села, все еще держась за бедро. Капитан-интендант ударил ее еще раз, по пояснице, достаточно резко, но не так сильно, чтобы парализовать ее. Лейя закричала, схватилась обеими руками за спину, упала на бок и осталась лежать, постанывая.
Граммель снова занес ногу для удара. Не в силах больше сдержаться, Люк встал между ним и принцессой и торопливо заговорил: — Если я расскажу вам правду, господин капитан-интендант, вы попросту не поверите мне.
Заявление прозвучало достаточно интригующе, чтобы Граммель на какое-то время забыл о принцессе.
— И все же мне хотелось бы послушать, молодой человек.
Люк с несчастным видом вздохнул и опустил взгляд.
— Мы — беглые преступники с Циркарпуса, — как бы пересиливая себя, признался он. — Там мы занимались вымогательством и шантажом, — он кивнул в сторону распростертой на полу принцессы. — Эта девушка — мой партнер, она служит в качестве приманки. Мы допустили ошибку, угрожая репутации нескольких людей, которые оказались более важными персонами, чем мы думали. Никаких серьезных преступлении мы не совершили, но ухитрились вызвать гнев очень важных шишек, — он замолчал.
— Продолжай, — произнес Граммель тоном, не позволяющим судить о его реакции на сказанное.
— У циркарпусиан еще не отменена смертная казнь, — заговорил Люк. — Жалкий мир, где личная инициатива считается преступлением.
— О Циркарпусе мне известно все, — нетерпеливо оборвал его капитанинтендант. Люк торопливо продолжил свой рассказ: — Мы украли небольшой корабль. До нас дошли слухи о маленьких колониях на Двенадцатой и Десятой.
— Значит, вы попытались сбежать туда, — вставил Граммель. — Логично.
— В надежде позже найти способ вообще убраться из системы, — торопливо закончил Люк. Его энтузиазм ожил, потому что Граммель, по крайней мере пока, не отвергал рассказанную им историю как таковую. — Мы даже, — добавил Люк, решив, что это лишь усилит впечатление правдивости, — подумывали о том, чтобы присоединиться к повстанцам, если бы это помогло нам избавиться от преследования.
— Повстанцы бы просто посмеялись над вами, — заявил Граммель. — Они не допускают в свои ряды преступников. Странно, если задуматься, ведь сами они совершают худшее изо всех возможных преступлений. Стоит лишь взглянуть на вас, и сразу же становится ясно, что они ни за что не приняли бы вас.
Не было бы счастья, да несчастье помогло, подумал Люк. Если бы принцессе не было так больно, она непременно в этом месте захихикала бы.
— Я склонен думать, юноша, что эта ваша история, на первый взгляд правдоподобная, на самом деле сплошная ложь.
Люк похолодел.
— Но… Может быть, она и правдива. Если это так, если вы в самом деле те, за кого себя выдаете, мы можем даже посмотреть сквозь пальцы не некоторые ваши делишки. Мне нравятся предприимчивые люди. Можно даже найти вам какое-то применение тут, на Мимбане. Среди горняков, работающих на Империю, есть немало недовольных. С пятерыми из них вы уже столкнулись. Конечно, — подвел он итог своим рассуждениям, — я всегда буду иметь возможность отправить вас обратно на Циркарпус, чтобы вами занялось правосудие.
— Ох нет, господин капитан-интендант! — воскликнул Люк, упал на колени и в притворном отчаянии вцепился в ноги Граммеля. — Пожалуйста, только не это! Они нас казнят. Пожалуйста, мы будем работать до упаду, только не отправляйте нас обратно! — он сумел даже расплакаться.
— Оставь в покое мои сапоги, — с презрительным видом приказал Граммель.
Когда Люк послушался, капитан-интендант наклонился и тщательно почистил брюки там, где их коснулись руки Люка.
Вытирая слезы, которые он с таким трудом выдавил из глаз, Люк изо всех сил старался, чтобы Граммель не заметил вспыхнувшей в нем надежды. Принцесса между тем снова села, все еще потирая ушибленную поясницу и избегая взгляда Граммеля.
— Как я уже говорил, все, что ты рассказал мне, возможно, хотя и маловероятно, — продолжал старший инспектор, глядя на Люка с усмешкой. — Однако есть еще одна вещь, которая меня интересует. Если ты будешь честен со мной в этом вопросе, я расценю это как знак того, что тебе можно доверять.
— Не понимаю, старший инспектор… — озадаченно забормотал Люк.
— Мне сообщили, — продолжал Граммель, — что у тебя находится небольшой драгоценный камень…
Люк замер.

ГЛАВА 5

— Господин капитан-интендант, — сумел наконец выговорить он, — что вы имеете в виду? — Прошу вас, — во властном голосе Граммеля впервые прозвучали нотки подлинной человеческой эмоции, — не надо играть со мной в прятки. Было замечено, что вы разговаривали с одной из местных жительниц, — последние слова он произнес с нескрываемой брезгливостью, — чье присутствие здесь — бельмо на глазу у Империи. От правонарушения ее все время отделяет один-единственный крошечный шаг. Несмотря на мое крайне негативное личное к ней отношение, выслать ее отсюда в обход закона и без крайней необходимости означало бы вызвать смуту среди простых людей, которым она кажется забавной. Кроме того, это обойдется слишком дорого. Было замечено также, что вы показывали ей блестящий красный камень. Что-то из благоприобретенного во время «работы» на Циркарпусе?
В голове Люка царило смятение. Без сомнения, кто-то из стукачей Граммеля — может быть, тот самый коротышка в плаще, с которым старший инспектор разговаривал совсем недавно, — углядел осколок кристалла Кайбурр, отданный им Халлой. Однако шпион упустил тот момент, когда Халла достала камень, чтобы показать его Люку.
Вот почему он, а вслед за ним и Граммель, решил, будто камень принес с собой Люк и именно он показывал его Халле, а не наоборот! Хорошо хоть старуха оказывается в стороне, подумал Люк. Ни к чему втягивать ее в то, что происходит сейчас.
И тут Люка пронзила ужасная мысль — а вдруг Граммель восприимчив к Силе, обладает необходимыми знаниями и способностью оперировать кристаллом или, по крайней мере, ощущать его особые свойства? Люк прощупал сознание Граммеля и с облегчением обнаружил там характерную для обычных людей пресную пустоту, в которой плавали обрывки мыслей. Стало ясно, что Граммель понятия не имеет об истинной ценности осколка. И все же Люку претила сама мысль о том, что драгоценный обломок может оказаться в руках тех, кто служит Империи.
Граммель явно не любил зря терять время.
— Ну же, юноша. Ты производишь впечатление разумного человека. Вряд ли этот камень значит для тебя так много, чтобы стоило наживать себе из-за него лишние неприятности.
— Право же, — гнул свое Люк, — я действительно не понимаю, о чем вы толкуете.
— Ну что же, если ты меня вынуждаешь, — Граммель, который выглядел не слишком разочарованным, повернулся к принцессе. Она все еще сидела на полу, потирая ушибленные места. — Надо полагать, эта молодая дама не просто твой партнер по бизнесу? Она для тебя что-то значит?
Люк как можно выразительнее пожал плечами.
— Ничего она для меня не значит.
— Отлично, — сказал капитан-интендант. — В таком случае ты не будешь против того, что произойдет дальше.
Он подал знак сержанту. Тот подошел к принцессе и протянул ей руку. Ухватившись за нее, принцесса рванула его на себя, одновременно нанеся удар ногой. Сержант рухнул на пол, а Лейя бросилась к двери, крикнув Люку, чтобы он не отставал.
Все впустую. Сколько она ни билась, замок не открывался.
— Вы зря тратите время, моя милая, — прокомментировал происходящее Граммель. — Нужно было вырвать у него оружие. Эта дверь открывается, только если к ней подхожу я, либо некоторые из моих приближенных, либо солдаты, у которых в доспехи вмонтированы соответствующие резонаторы. Боюсь, вас нельзя отнести ни к одной из этих категорий.
К этому моменту сержант поднялся и, широко раскинув руки, двинулся в сторону принцессы. Она хотела было проскочить мимо, но споткнулась и растянулась на полу. Граммель навис над ней, подняв кулак.
— Нет! — закричал Люк в самый последний момент.
Рука Граммеля замерла в воздухе.
— Вот так-то лучше, — усмехнулся он, повернувшись к Люку. — Лучше быть разумным, чем упрямым. Я бы, конечно, так или иначе все равно получил камень, но тебе бы этот процесс удовольствия не доставил.
Люк расстегнул карман.
— Нет!
Принцесса, сверкая глазами, сердито смотрела на него. Значит, она всетаки хотя бы отчасти поверила в историю, рассказанную Халлой. Или, может быть, подумал Люк, просто добросовестно играла роль мелкой воровки, не желающей расставаться с нелегко доставшимся добром.
— У нас нет выбора.
Развернув коробочку, Люк протянул ее Граммелю. Тот внимательно осмотрел ее и задал вопрос, к которому Люк не был готов: — Какая комбинация?
На секунду Люка охватила паника. Признайся он, что комбинация ему неизвестна, и вся версия в то же мгновенье распадется. Поэтому он сделал то, что в данный момент представлялось единственно возможным.
— Коробка не заперта, — сказал он.
Оба — и Люк, и Лейя — затаили дыхание, когда Граммель дотронулся до крохотной защелки. Получив от Халлы коробку, Люк не успел заменить прежний набор цифр другим. Послышался отчетливо различимый щелчок.
Капитан-интендант Граммель как зачарованный смотрел на алый светящийся осколок.
— Красиво. Что это?
— Не знаю, — солгал Люк. — Не имею ни малейшего представления, что это за камень. Граммель бросил на него суровый взгляд.
— Это правда. Я не специалист по драгоценным камням и не химик, — в этой части ему даже врать не пришлось.
— Интересно, он сам по себе светится или это результат внешнего воздействия? — Граммель осторожно подвигал камень в коробке.
— Понятия не имею. С тех пор как камень оказался у нас, он вот так и светится. Рискну высказать догадку, что это внутреннее свечение — естественное свойство камня.
Улыбка, которой одарил его капитан-интендант, Люку не понравилась.
— Если вы практически ничего не знаете об этой вещице, то зачем украли ее?
— А разве я говорил, что мы украли камень? — Граммель издал иронический смешок, и Люк, подыгрывая ему, тут же занял оборонительную позицию. — Ладноладно, украли, не спорю. Он показался мне таким красивым, ни на что не похожим. Наверняка ценный, подумал я.
— Судя по твоим словам, вы занимались в основном вымогательством, а отнюдь не кражами, — нащупал новую неувязку Граммель.
— Вещица заинтересовала меня, и раз была возможность ее стянуть, почему бы этого не сделать? — с оттенком воинственной бравады ответил Люк.
Судя по всему, этот ход оказался верным.
— Звучит логично, — уступил Граммель и снова посмотрел на алый осколок. — Я тоже не могу сказать, что это такое. Как драгоценность он особого впечатления не производит… Без огранки, даже не отшлифован. Однако он необычен, тут я с тобой согласен. Взять хотя бы это его излучение, — он резко отдернул руку, которой снова и снова переворачивал камень. — Оно ведь не вредно?
— Пока не замечал, — ответил Люк, пытаясь в то же время придать лицу выражение озабоченности.
Пусть-ка Граммель немного попотеет!
— Вы не испытывали ничего неприятного с тех пор, как камень попал вам в руки?
— Нет, пока нас не доставили к вам. Эта фраза едва не заставила сурового чиновника рассмеяться.
— Думаю, — медленно произнес он, ставя коробку на стол и отодвигая ее от себя, — что прежде чем делать выводы, нужно показать его специалистам, — он поглядел на Люка почти дружелюбно. — Камень конфискован, разумеется. Можешь считать его штрафом за участие в драке.
— Но ведь это на нас напали! — возразил Люк, до конца разыгрывая свою роль.
— Ты оспариваешь мое решение? — в голосе Граммеля зазвучали угрожающие нотки.
— г Нет, господин капитан-интендант!
— Это хорошо. Теперь я вижу, что ты и впрямь разумный молодой человек. Жаль, что твоя партнерша работает лишь языком, а не головой, — Лейя бросила на него огненный взгляд, но на этот раз у нее хватило ума промолчать. — Полагаю, мы с этим так или иначе разберемся. Между тем факт остается фактом — вы двое находитесь в этом мире нелегально, вопреки усилиям Империи сохранить в тайне существование здешних разработок. Придется вас задержать до подтверждения сообщенных тобой сведений.
Люк попытался было возразить, но Граммель жестом заставил его умолкнуть.
— Не надо, не трудись называть ваши имена. Они наверняка будут вымышленные. Мы возьмем у вам пробы сетчатки, отпечатки пальцев и прочее в том же духе. У меня на Циркарпусе есть контакты, и не только легальные. Если на запрос мне сообщат, что вы двое известны в том мире как мелкие преступники — а судя по твоему рассказу, именно такой ответ я и должен получить, — значит, ты не солгал. В таком случае мы уладим наши дела соответственно — и совсем не обязательно, чтобы с ущербом для вас. Если же о вас попросту ничего не известно или полученная мной информация будет противоречить твоему рассказу, тогда придется сделать вывод, что изложенная тобой версия сфабрикована от начала до конца. При таком раскладе я буду вынужден прибегнуть к менее деликатным способам выяснения истины, — при этих словах на лице Грамме-ля возникло пустое, лишенное всего человеческого выражение, и Люк содрогнулся. — Пока, однако, у нас нет никаких оснований портить отношения. Сержант!
— Да, господин капитан-интендант? — тут же откликнулся тот, щеголевато щелкнув каблуками.
— Проследите, чтобы этих двоих доставили в место заключения.
— В какую камеру, сэр?
— Самого что ни на есть строгого режима, — ответил Граммель с непроницаемым лицом. Сержант заколебался.
— Но, сэр, эта камера уже занята. И те, кто там сидят, очень опасны. Троих уже пришлось перевести в больницу.
— Ерунда,, — все так же бесстрастно гнул свое Граммель. — Уверен, что эти двое смогут постоять за себя. Кроме того, закон запрещает заключенным драться с другими заключенными. И они его не нарушают… как правило.
— С кем это вы хотите нас запереть? — требовательно спросила принцесса, которая была на ногах.
— Скоро узнаете, — любезно пообещал ей Граммель.
В комнату вошли несколько солдат и окружили Люка и Лейю.
— Пожалуйста, постарайтесь уцелеть до окончания проверки. Я буду искренне огорчен, если она подтвердит правдивость ваших слов, но вы, не сумев уцелеть в обществе своих сокамерников, не дождетесь освобождения.
— Мы не врали вам! — в голосе Люка прозвучало отчаяние.
— Сержант!
Пока тот вел узников к выходу, Граммель был глух к мольбам Люка хотя бы объяснить, с чем им придется столкнуться.
Когда дверь за ними закрылась, капитан-интендант на несколько минут снова погрузился в созерцание мерцающего кристаллического обломка. Потом нажал на кнопку, расположенную позади письменного стола. Открылась еще одна дверь, и в комнату снова проскользнул коротышка в плаще.
— Это та вещь, которую ты видел, Бот? — Граммель сделал жест в сторону открытой коробочки на столе. Фигура в плаще кивнула. — Тебе известно, что это такое?
Последовало отрицательное покачивание головой.
— И мне тоже, — признался Граммель. — Думаю, молодой человек недооценивает необычность этого предмета. Я никогда не видел и не слышал ни о чем подобном. А ты?
Снова отрицательное покачивание головой.
Граммель бросил взгляд в сторону закрытой двери, за которой скрылись Лейя и Люк в сопровождении охранников.
— Эти двое и впрямь могут оказаться теми, за кого себя выдают. Однако меня не покидает ощущение, что их история немного слишком… гладкая, слишком подогнанная. Как будто молодой человек рассказал то, что я хотел бы от него услышать. Не могу решить, кто он — действительно незадачливый жулик или фантастически умелый лжец. И еще. Он, казалось, был абсолютно уверен в том, что им ничего не стоило вступить в контакт с повстанцами на Десятой или Двенадцатой. А ведь ни одному из наших агентов это не удалось.
Коротышка в плаще что-то пропищал, Граммель кивнул в ответ.
— Мне известно, что повстанцы умеют отличать перебежчиков от наших людей, однако меня беспокоит уверенность юноши. В мелком воришке она выглядит по меньшей мере неуместно. Да и в девушке ощущается характер, обычно не свойственный людям такого типа. Я в недоумении, Бот. Но мне кажется… Мне кажется, что за всем этим может скрываться что-то важное. У меня просто нет на руках фактов, которые позволили бы склеить все это воедино… Пока нет. Это может много значить для нас обоих.
Фигура в плаще энергично и с явно довольным видом закивала.
Граммель принял решение.
— Придется связываться с более высокими инстанциями. Меня, конечно, не радует перспектива делиться с кем-то этим лакомым кусочком, но другого выхода я не вижу, — он презрительно мотнул головой в сторону двери. — г Во всех случаях мы вырвем у них правду до того, как любая важная персона сюда доберется.
Он подошел к стене позади письменного стола и нажал на рычаг. Часть стены растаяла, на ее месте возник отсвечивающий золотом экран. Граммель нажал еще какую-то кнопку, и из стены под экраном выскользнула панель. Набрав на ней нужный код, он заговорил в выступающий из стены микрофон: — Прошу обеспечить внеочередную пространственную связь с губернатором Бином Эссадой, территориальная администрация мира Гиндин.
Словно ища поддержки, он оглянулся на закутанную в плащ фигуру и был вознагражден одобрительным кивком.
— Запрос принят, — ответил бесстрастный компьютерный голос.
На мгновенье экран покрылся рябью, но почти сразу же очистился. По масштабам Империи, Гиндин находился не так уж далеко.
На экране возникло изображение смуглолицего мужчины, самой выдающейся особенностью которого была целая серия жирных подбородков, спускающихся на верхнюю часть рубашки. Кудрявые темные волосы, седые на висках и подкрашенные оранжевым на завитом хохолке, венчали голову, точно водоросли отшлифованный волнами валун. Темные глаза с розовыми зрачками,. особенно чувствительными к свету, заметно косили.
— Я занят по горло, — буркнул губернатор Эссада; его низкий голос отдаленно напоминал, хрюканье. — Кто вызывает, и зачем?
Самодовольство и мощь человека, глыбой нависшего над ним с экрана, заставили Граммеля утратить значительную часть присущей ему самоуверенности. Сейчас его собственный голос звучал неуверенно, даже приниженно.
— Это всего лишь я, губернатор. Смиренный слуга Императора, капитанинтендант Граммель.
— Не знаю никакого капитан-интенданта Граммеля, — последовал ответ.
— Я возглавляю секретные разработки на Циркарпусе V, сэр, — с надеждой в голосе пояснил Граммель.
Эссада мгновенно оторвался от бумаг, которые до этого изучал.
— Мне известно, чем мы занимаемся в этой системе, — настороженно ответил он. — Что за дело потребовало внеочередного вызова? — огромная туша наклонилась вперед. — Для вас будет лучше, если проблема и в самом деле окажется важной. Теперь я вас вспомнил, капитан-интендант Граммель.
— Да, сэр, — Граммель истово закивал, не спуская взгляда с экрана. — Проблема касается двух чужаков, которые каким-то образом умудрились незамеченными приземлиться здесь. Двух чужаков и любопытного обломка кристалла, найденного при них. Эти люди особого значения не имеют, но вот камень… Поскольку вы, сэр, широко известны в качестве эксперта в области необычных излучений, я подумал, что, может быть…
— Не тратьте мое время на льстивые заверения, — предостерег его Эссада. — С тех пор как Император распустил Сенат, мы, региональные губернаторы, просто завалены работой.
— Понимаю, сэр, — поспешил заверить его Граммель, быстро схватил коробку с камнем и расположил ее таким образом, чтобы ее содержимое попало в поле зрения его собеседника. — Вот он.
Эссада воззрился на камень.
— Странно… Никогда не видел ничего подобного. Излучение идет изнутри?
— Да, сэр, я уверен.
— А я нет, — отрезал губернатор, — но признаю, что впечатление создается именно такое. Расскажите-ка о тех людях, у которых он оказался.
Граммель пожал плечами.
— Всего лишь пара мелких воришек. Эту драгоценность они украли, сэр.
— Пара мелких воришек сумела тайно приземлиться на Циркарпусе V? — в голосе губернатора отчетливо прозвучало недоверие.
— По-видимому, так, сэр. Юноша и молодая женщина…
— Молодая женщина, — задумчиво повторил Эссада. — До нас дошли слухи, что на Циркарпусе IV должна была состояться важная встреча лидеров Альянса с… Молодая женщина, вы сказали? Темноволосая, вспыльчивая, со склонностью к иронии?
— Очень похоже, сэр, — ошеломленно произнес Граммель.
— Вы установили их личности?
— Нет, сэр, не успели. Они в тюрьме. В камере вместе…
— Избавьте меня от ваших подробностей, Граммель! — взорвался Эссада. — Лучше покажите изображения обоих.
— Это несложно, — в голосе Граммеля послышалось облегчение. Он взял со стола записывающий стержень и неуверенно протянул его к экрану. — Информация еще на носителе, сэр. Полагаете, вы сможете разглядеть образы, воспроизведенные непосредственно оттуда?
— Я много чего могу разглядеть, даже то, что творится в глубине вашей темной души. Поместите стержень ближе к камере.
Капитан-интендант прикоснулся к нужной клавише и придвинул длинную, зеркально поблескивающую трубку к экрану. Нажал кнопку воспроизведения, и внутри стержня возникли двумерные образы. Выждав некоторое время, он переместил стержень, демонстрируя изображения объектов в полный рост.
— Клянусь Силой, это, скорее всего, она, — возбужденно пробормотал губернатор Эссада. — Юноша мне не известен, но он тоже может оказаться важной птицей. Прекрасно.
— Важной, сэр? Вы их знаете?
— Надеюсь, я получу свою часть награды за участие в их пленении и казни — по крайней мере, женщины, — Эссада пронзительно взглянул на растерянного офицера. — Смотрите, Граммель, чтобы до прибытия представителя власти с ними ничего не случилось.
— Как прикажете, сэр, — капитан-интендант почувствовал, что у него голова идет кругом. — Но я не понимаю. Кто они такие, и как попали в поле зрения человека вашего…
— От вас требуется одно — исполнять приказы. Никаких вопросов, Граммель.
— Есть, сэр! — по-солдатски рявкнул Граммель.
Эссада смягчился.
— Вы очень мудро поступили, связавшись непосредственно со мной, хотя и не по той причине, которая подтолкнула вас к этому. Как только эти двое попадут в руки имперских властей, вам будет присвоено звание полковника, Граммель.
— Губернатор! — голова у того кружилась без остановки. — Сэр, вы слишком великодушны. Не знаю, что и сказать…
— Ничего не говорите, — посоветовал Эссада. — Так с вами приятнее иметь дело. Приложите все усилия, чтобы эти двое были живы и здоровы. От того, насколько хорошо вы выполните это приказание, будет зависеть, куда вы потом попадете — в ад или в рай. Во всем остальном можете обращаться с ними по своему усмотрению.
— Да, сэр. Могу я, сэр… Но губернатор Эссада думал уже о чем угодно, только не о Граммеле.
— Есть кое-кто, кого эта информация в особенности заинтересует. Это может оказаться очень полезным для меня, да, — внезапно он заметил, что связь еще не прервана. — Они нужны мне живыми, Граммель. Зарубите это себе на носу.
— Но, сэр, не могли бы вы объяснить…
Экран погас.
На несколько долгих минут капитан-интендант замер перед темным четырехугольником. Потом убрал панель, закрыл экран и сказал, обращаясь к закутанной в плащ фигуре, которая выползла из-за большого кресла: — Похоже, мы наткнулись на что-то столь важное, что нам и не снилось, Бот. «Полковникинтендант Граммель». Это звучит!
Он перевел взгляд на камень в своей руке. Все опасения о возможной смертоносной природе кристалла отступили перед открывающимися радужными перспективами.
— Теперь нужно только не упустить свой шанс.
Закутанная в плащ фигура энергично закивала…

ГЛАВА 6

— Полегче! — огрызнулся Люк, вырвавшись из рук солдата, который вел их по длинному, узкому каменному коридору.
Высокие стены, кое-где поросшие мхом, сочились вездесущей мимбанской влагой, которая проникала даже сюда.
— Что, у Империи денег мало? Могли бы построить что-нибудь посовременнее, — буркнул он.
— С какой стати, — среагировал идущий впереди младший офицер, — если древние обитатели этого мира оставили нам такие надежные сооружения?
— Это же храм, место поклонения, а его превратили в контору и тюрьму, — возмутилась принцесса.
На этот раз Люк промолчал, решив не напоминать ей, во что ее возлюбленный Альянс превратил храм на Йавине.
— Империя не тратит денег попусту, — заметил офицер флегматичным тоном, который наверняка так нравился его начальникам. — Насколько мне известно, подземные разработки — предприятие дорогостоящее. Империя проявляет мудрость, экономя там, где это возможно, — с гордостью закончил он.
— Вероятно, это касается также ваших жалований и пенсий, — с иронией заметила принцесса.
— Заключенным разговаривать запрещается! — взвился офицер, недовольный тем оборотом, который принял разговор. Свернув за угол, они увидели в конце коридора частую решетку. — Вот ваше новое жилище. Хватит времени поразмышлять о том, какое будущее уготовила вам Империя, — он приложил ладонь к стене справа от решетки, и в центре ее открылось отверстие эллиптической формы. — Шевелитесь! — стражник, стоящий рядом с Люком, подтолкнул его ружьем.
— Вроде бы говорили, что у нас тут будет компания, — отважился сказать Люк, с большой неохотой протискиваясь в отверстие.
Его слова заметно развеселили солдат.
— Ты скоро ее обнаружишь, — усмехнулся младший офицер, — или она тебя.
Как только узники оказались в камере, он снова приложил ладонь к управляющему решеткой фотоэлементу. С отчетливым лязганьем прутья мгновенно встали на место.
— Компанию ему надо, — сказал один из солдат, когда они двинулись в обратный путь по коридору.
Все дружно рассмеялись.
— А вот мне почему-то не смешно, — проворчал Люк. Прутья решетки были толщиной с ладонь. Он постучал по одному ногтем, прут зазвенел, как колокол. — Сплошные, не полые, — сообщил он. — Эта камера явно предназначена не для обычных людей. Хотелось бы знать, кого же…
Лейя, тяжело дыша и тыча пальцем в темноту, пятилась к ближайшей стене. Под единственным окном камеры лежало что-то, похожее на две большие груды тряпья. Обе равномерно вздымались то вверх, то вниз.
— успокойся… успокойся… — Люк придвинулся к принцессе и обнял ее за плечи. Она прильнула к нему. — Нужно сначала выяснить, кто это.
— Нужно сначала выяснить, что это, — испуганно прошептала принцесса. — По-моему, они просыпаются.
Одна глыба зашевелилась, встала, потянулась и издала мощный рык — словно вулкан, прочищающий глотку. Повернулась и заметила их.
Глаза у Люка чуть не выскочили из орбит. Тем не менее, он начал медленно приближаться к непонятному существу. Принцесса попыталась было удержать его, но он стряхнул ее руку.
— Ты в своем уме, Люк? Они же разорвут тебя на клочки.
Люк не остановился. Создание была не намного выше него, но выглядело гораздо массивнее. Волосатые руки свисали до пола, задевая камень. Из середины лица выступало длинное рыло, почти хобот, загораживавшее рот, если таковой вообще имелся. Два огромных черных глаза выжидательно смотрели на Скайуокера.
— Люк, вернись… Не надо…
Он уже стоял рядом со страшилищем; оно зарычало — звук больше всего напоминал рев подземной реки. Принцесса затихла и, со страхом прижимаясь к холодному камню, ускользнула в самый дальний угол.
Люк во все глаза рассматривал неуклюжее создание. С ним надо подружиться, и как можно быстрее, подумал он, иначе проблема того, как убраться с Мимбана, для нас с принцессой вообще перестанет существовать. Разве что их будут транспортировать отсюда по частям. Он уверенно прикоснулся к руке чудовища, глядя в блестящие черные глаза, которые отвечали ему таким же неотрывным взглядом.
Существо, очень плотное, коренастое, в несколько раз тяжелее Люка, резко отскочило назад и проскрипело что-то. В потолок камеры были вделаны светильники, забранные густыми решетками, и в их тусклом свете отчетливо проступали похожие на веревки плечевые мускулы и руки, вдвое длиннее человеческих.
К Люку протянулась пара ладоней размером с тарелку. Скайуокер отозвался серией низких звуков. Тряся головой и раскачивая хоботом, существо потопталось на одном месте, но потом снова зарычало. Люк ответил какой-то тарабарщиной, на этот раз громче.
Зверь схватил Люка обеими руками и поднял над головой, словно собираясь швырнуть на каменный пол. Принцесса завизжала. Существо притянуло Люка к себе, близко, еще ближе и… влажно расцеловало в обе щеки. После чего бережно поставило на пол.
Принцесса, не веря своим глазам, смотрела на тающее от неясности создание, которого только что воспринимала как потенциального убийцу Люка.
— Почему оно не оторвало тебе голову? Ты… — она восхищенно взглянула на Люка, — ты разговаривал с ним.
— Да, — признался Люк. — Дома, на Татуине, я когда-то изучал всякие миры. Только этим и спасался на ферме — к тому же, занятие весьма поучительное, — он кивнул на могучее создание, чьи длинные массивные руки покоились на голове Люка, потряхивая его с явно дружелюбным видом, — это йюззем.
— Я слышала о них, но вижу впервые.
— Они очень легко возбудимы, поэтому я решил, что лучше поприветствовать его первым, используя свои скромные познания в области их языка, — он протрещал что-то, и существо радостно заскрипело в ответ. — Где-нибудь в другом месте он мог бы меня и убить, но здесь относится как к союзнику. Ведь мы тоже заключенные.
Йюззем неуклюже развернулся, отошел к стене и принялся трясти своего все еще спящего товарища. Второй йюззем проснулся, перевернулся и замахнулся на первого. Массивный кулак пролетел мимо и с огромной силой врезался в стену. Йюззем сел и, держась за голову, заверещал что-то, обращаясь к своему сородичу.
— Слушай, — воскликнула Лейя, когда до нее дошло, что именно происходит, — да они оба пьяны!
Второму йюззему удалось наконец встать на ноги. Он зарычал на принцессу.
— Не обижайся, — торопливо добавила она, обращаясь к чудовищу.
— Того, с кем я говорил, зовут… Ну, примерно так — Хин. А этот, который прислонился к стене, мечтая о том, чтобы оказаться где угодно, только не здесь, — Кии, — Люк затрещал, обращаясь к Хину, и выслушал его ответ.
— Насколько я понял, они работали тут на Империю. Но примерно неделю назад решили, что сыты по горло, и принялись крушить все вокруг. Тогда их посадили за решетку. С тех пор они здесь.
— Вот не знала, что Империя нанимает не только людей.
— Похоже, у этих двоих не было выбора, — объяснил Люк, выслушав Хина. — Империя нравится им не больше, чем нам. Я попытался убедить их, что не все люди такие, как те, кто служит Империи. И, похоже, преуспел в этом.
— Хочется надеяться, — сказала Лейя, разглядывая могучие длиннорукие создания.
— Хин и Кии примерно нашего возраста. И не слишком искушены в делах Империи. Они доверчиво подписали бумаги, в результате чего оказались… Ну, не то чтобы в рабстве, но, по крайней мере, на каторге. И это еще, наверно, мягко сказано. Когда они возмутились, чиновники стали размахивать перед ними бумагами и насмехаться. Тогда они начали засыпать шахту, вместо того чтобы раскапывать ее. Хин говорит, что тут бы им и крышка. Граммель только потому не приказал застрелить их, что каждый из них выполняет работу трех человек; к тому же, они были пьяны и ничего не соображали. По-видимому, у йюзземов, — неуверенно добавил Люк, — похмелье продолжается очень долго. Хин считает, что имперцы намерены предоставить им еще один шанс, но не уверен, что захочет им воспользоваться.
— Они здесь потому, что обычную камеру разнесли бы в клочья. Давай поприветствуй их.
Принцесса заколебалась, и Люк прошептал ей на ухо: — Все в порядке. Думаю, мы можем рассчитывать на них. Но не стоит говорить им, кто мы такие.
Она кивнула, подошла и протянула руку, которая тут же утонула в огромной лапе. Хин защебетал, умильно глядя на нее.
— И я тоже рада, — сказала принцесса, быстро обретая уверенность.
Кии застонал, и все посмотрели на Хина, который залепетал что-то, обращаясь к Люку.
— Он говорит, всю эту неделю голова у Кии болит так, будто ее сверлят горнодобывающим буром.
Лейя подошла к единственному окну, тоже забранному прочной решеткой. За ним раскинулась панорама тонущих в тумане городских огней.
— Я знаю кое-кого, кому уж точно не мешало бы просверлить буром голову, — огорченно пробормотала она.
— Ты имеешь в виду Халлу? Она ничем не могла нам помочь. В ее положении я, скорее всего, тоже сбежал бы.
Взглянув на него, принцесса улыбнулась.
— Ты знаешь, что это не так, Люк. Ты слишком верный и ответственный человек, — она снова перевела взгляд на крыши раскинувшегося вдалеке города. — Если бы мы не увлеклись так, когда вышли из таверны, то не обратили бы на себя внимание этих горняков и не оказались бы сейчас здесь. Это я во всем виновата.
Он положил руку ей на плечо успокаивающим жестом.
— Перестань, Лейя… принцесса. Тут нет ничьей вины. Кроме всего прочего, можно же хотя бы иногда позволить себе удовольствие увлечься.
Она задумчиво улыбнулась.
— Знаешь, Люк, повстанцам повезло, что ты с ними. Ты — хороший человек.
— Ну да, — он отвернулся. — Повстанцам повезло, это точно.
Услышав в глубине камеры щебетание, Лейя вопросительно посмотрела на Люка.
— Кии говорит, что кто-то идет, — перевел он.
И люди, и йюзземы посмотрели в сторону коридора. Теперь отчетливо стали слышны быстрые шаги. Появились несколько штурмовиков во главе с обеспокоенным Граммелем. При виде пленников он, казалось, расслабился.
— С вами все в порядке? Люк кивнул.
— Отлично, — с видимым облегчением заявил Граммель, переводя взгляд с йюзземов на Люка и обратно. — Похоже, вы тут в мире и согласии… пока. Это хорошо. У меня возникла мысль, что следует перевести вас отсюда, но раз йюзземы не возражают против вашего присутствия, думаю, вы можете тут и остаться. Здесь вы будете в безопасности. Дело приняло такой оборот, что вами заинтересовался кое-кто еще.
Люк вопросительно посмотрел на принцессу, которая ответила ему таким же непонимающим взглядом.
— Вы имеете в виду власти на Циркарпусе, откуда мы сбежали? — решился высказать предположение Люк.
— Не совсем так, — на лице Граммеля возникла загадочная полуулыбка, от которой у Люка мурашки побежали по спине. — Сюда направлен представитель имперских властей, который собирается лично допросить вас. Я свое дело сделал и теперь могу отойти в сторону. Поэтому пока никаких запросов на Циркарпус делать не буду. До последующих распоряжений.
— Ох! — вырвалось у Люка.
Что еще он мог сказать? Услышанное и обрадовало, и обеспокоило его. Обрадовало, потому что, судя по всему, в ближайшее время проверки их маленькой «сказочки» о беглых преступниках не предвиделось; обеспокоило, потому что он не мог даже близко представить себе, что такое в рассказе Граммеля могло вызвать повышенный интерес имперских властей. Может, они сами как-то ненароком сболтнули лишнее? Но что?
— С чего это имперские власти так заинтересовались нами? — спросил он, надеясь выудить хоть какую-то информацию.
— Это и мне хотелось бы знать, — ответил Граммель и подошел к самой решетке. — Может, просветите меня на этот счет?
— Не понимаю, что вы имеете в виду, — ответил Люк, отступая от решетки.
— Я мог бы заставить вас говорить, — проворчал Граммель, — но мне было строго приказано… — чувствовалось, что он просто силой заставляет себя отойти от решетки, — не трогать вас. Только советую особенно не обольщаться. У меня создалось впечатление, что этот представитель — кстати, очень важная персона — имеет в отношении вас собственные планы. И что они могут обернуться для вас несравненно хуже, чем все, что я тут в простоте своей в состоянии придумать.
— Что вы, что любой другой имперский офицер, — Люк пожал плечами, изображая безразличие, — нам все едино, лишь бы на Циркарпус не возвращаться. Хотя мне интересно, с чего это вокруг нас поднялась такая суета.
Граммель медленно покачал головой.
— Вам удалось произвести на меня впечатление, должен признаться. Хотелось бы услышать, кто вы такие и что все это значит, — он достал из кармана коробочку с осколком кристалла Кайбурр. — Но мне почему-то кажется, что вы этого делать не станете, — он со вздохом убрал коробку обратно. — Жаль, руки у меня связаны, и я не могу применить к вам силу. Ума не приложу, что мофф Эссада в вас такого разглядел.
— Имперский губернатор… — пробормотала Лейя, тяжело дыша и прижав ладони к щекам.
На лбу у нее выступили капли пота.
Граммель не сводил с принцессы пристального взгляда.
— Да, интересно… Почему это вас так обеспокоило? — он перевел пронзительный взгляд на Люка. — Что тут происходит?
Не обращая на него внимания, Люк подошел к принцессе.
— успокойся, Лейя. Может быть, это еще ничего не значит.
— Имперские губернаторы обычными ворами не интересуются, Люк, — напряженно зашептала она. Горло у нее перехватило. — Меня снова будут допрашивать… как тогда… как тогда, — она бросилась в темный угол камеры.
Под «тогда» она имела в виду то, что произошло на Звезде Смерти. В мозг принцессы вгрызались маленькие черные черви. По настоянию другого губернатора, ныне покойного Таркина, в ее камере установили пыточную машину. Безжалостную черную машину, тайно разработанную имперскими учеными вопреки всем законам чести и морали. Машина опускалась на нее, металлические захваты действовали эффективно и бесстрастно — так, как их запрограммировали те нелюди.
Тогда она кричала, кричала, кричала — и никак не могла остановиться…
Почувствовав резкий толчок, принцесса заморгала, обернулась и увидела, что Люк с тревогой смотрит на нее. Соскользнув вдоль стены, она опустилась на пол. Подошел могучий, черноглазый Хин и заботливо склонился над ней. С любопытством дотронулся длинной рукой, обнюхал гибким рылом.
— С ней все в порядке, Хин, — на языке йюзземов успокоил его Люк, помогая Лейе вытереть слезы. — Просто Империя славится своей жестокостью, — объяснил он Граммелю; слова прозвучали неубедительно даже для него самого. Граммель снова прижался к решетке.
— Ее уже допрашивали, это ясно. И она что-то знает, — чувствовалось, что он взволнован. — Кто она? Кто вы такие? Расскажите мне! — он ударил по решетке кулаком. — Расскажите! — теперь его голос звучал вкрадчиво и обманчиво мягко. — Может, мне удастся заступиться за вас перед имперским представителем. Я хочу заработать на всем этом как можно больше, слышите? Вы — мой билет из этого захолустья. Я хочу выбраться отсюда, хочу получить обещанное Эссадой повышение, но, если есть возможность, я хочу большего! Расскажите мне, кто вы такие, что вам известно. Мы заключим с вами соглашение. Сообщите мне необходимую информацию, чтобы было чем торговаться с тем, кто будет вас допрашивать!
Люк с сожалением посмотрел на Граммеля.
— Кто вы? — в голосе последнего зазвучала злость — злость на собственную беспомощность, на то, что в его распоряжении осталась одна возможность — умолять; позиция в высшей степени для него непривычная. — Почему вы так важны для него? Расскажи мне все, парень, или я разорву эту женщину на части у тебя на глазах вопреки приказу Эссады! Расскажи, расскажи, расскажи… Ой!
Сквозь решетку протиснулась огромная лапа и схватила Граммеля за горло… почти. Отчаянным рывком капитан-интендант сумел освободиться. Вслед за первой протянулась вторая огромная лапа. Какой-то из солдат опустился на одно колено и выстрелил из ружья. Заряд угодил ошеломленному Кии в бок и отбросил его в сторону. На фоне черного меха появилась опаленное пятно. Кии повернулся, держась за обожженное место, тяжело дыша и изумленно глядя сквозь решетку. Доковыляв до раненого товарища, Хин принялся осматривать рану, время от времени бросая сердитые взгляды на Граммеля. Потом он подошел к решетке.
Граммель стоял сейчас вне пределов досягаемости, массируя шею. Огромная лапа просунулась сквозь прутья и замолотила воздух в нескольких сантиметрах от старшего инспектора. Потом, вцепившись в прутья, йюззем с силой потянул их в разные стороны.
Наблюдая за всем этим с чисто академическим интересом, Граммель успокаивающе сказал стоящему рядом младшему офицеру: — Никакой опасности, Паддра. Даже дюжи — не йюзземов не удастся сломать прутья этой решетки.
И все же создалось впечатление, что Хину ценой огромных усилий удалось немного согнуть один прут. И только. Потом он отступил, тяжело дыша и глядя на Граммеля с выражением неприкрытой ненависти.
Капитан-интендант облегченно вздохнул — вопреки только что продемонстрированной собственной уверенности.
— Видишь? Я же говорил, — сказал он младшему офицеру.
— С вами все в порядке, сэр? — спросил тот.
— Теперь да, Паддра, — успокоил он офицера и демонстративно сморщил нос. — Если не считать этого «аромата», конечно, — потом он посмотрел на Люка. — Бы, наверно, какие-то особенные люди. Никто не в состоянии выносить вони йюзземов… — состроив гримасу, он в притворном изумлении покачал головой. — Чтобы вытерпеть ее дольше нескольких минут, безусловно, требуются некоторые особые качества.
В виде «благодарности» Хин бешено завыл.
— Можешь злиться сколько угодно, — любезно сообщил ему Граммель. — Как только мне удастся убедить управляющего горными разработками, что не стоит рисковать, снова допуская вас к работе, я лично разрублю тебя на куски. После того как опрыскаю дезодорантом, конечно, — он повернулся, собираясь уйти.
В этот момент Хин издал странный звук, что-то вроде мощного «Фу!», вырвавшегося из его длинного рыла. В заднюю часть шеи Граммеля, как раз над высоким воротником, угодил огромный плевок.
— Смейся, смейся, не пришлось бы плакать, ты, скверная пародия на человека. Скоро, очень скоро, обещаю тебе, — он махнул рукой солдатам, и все вместе они растворились в полумраке коридора.
Отцепившись от решетки, Хин подошел к принцессе. Она была без сознания; Люк одной рукой поддерживал ее. Йюззем заворчал, Люк ответил понимающе: — Да, наш тюремщик — выдающийся деятель, правда?
Вместо ответа Хин подхватил с пола небольшой камешек, двумя длинными пальцами раскрошил его и уронил пыль на пол.
— Надеюсь, Хин, в один прекрасный день ты так с ним и обойдешься, — сказал Люк. — Боюсь, однако, что в данный момент наши шансы выбраться отсюда и, следовательно, рассчитаться со старшим инспектором не слишком велики.
Принцесса со стоном потянулась к Люку, он взял ее руки в свои. Она открыла глаза, бросила по сторонам неуверенный, удивленный взгляд и заметила Хина, который с любопытством уставился на нее огромными глазищами.
— Прошу прощения, Люк. Он помог ей встать.
— Мысль о том, чтобы снова пройти через имперский допрос… Я не смогла справиться с собой.
— Что вполне понятно. Тебе не придется вновь проходить через это, обещаю.
Она. улыбнулась ему. Он так уверен… Зачем обескураживать человека?
Подойдя к окну, Люк с силой подергал решетку.
— Ничего не получится, — проворчал он.
— Йюзземы, наверно, уже пытались сделать это, — резонно заметила принцесса.
Небольшая часть каменной стены внезапно заскользила в сторону. Принцесса от неожиданности подпрыгнула. Йюзземы жестами успокоили их, и Люк расслабился. В камеру въехали гладкие металлические подносы, уставленные чашками и тарелками, от которых шел пар, после чего каменная панель скользнула на прежнее место.
Судя по поведению Хина и Кии, стало ясно, что это за тарелки. Сграбастав каждый по штуке, Йюзземы начали с жадность пожирать их содержимое.
— Не думаю, чтобы их обучали хорошим манерам, — заметил Люк. — Если мы хотим, чтобы нам хоть что-то осталось, нужно поторопиться.
Обменявшись взглядами, Люк и принцесса обратили взоры на два оставшихся подноса. Люк понюхал содержимое одной тарелки, пожал плечами и зачерпнул полную ложку.
— Какой-то вид тушеного мяса, — заявил он. — Для тюрьмы не так уж плохо.
— Помнишь? — сказала Лейя. — Граммелю ведено содержать нас в добром здравии. До прибытия имперского представителя.
— Если у нас появится возможность сбежать, — ответил Люк с набитым ртом, — то, по крайней мере, это произойдет не на голодный желудок.
Покончив с едой, он встал, подошел к решетке и попытался взглянуть на то место каменной стены, где был установлен фотоэлемент, открывающий камеру, Лейя проводила его взглядом.
Если бы только нам удалось чем-то перекрыть луч, воздействующий на фотоэлемент, подумал он, скользя взглядом по камере. Металлические подносы, на которых им доставили еду, гладкие и твердые. Одного не хватит, чтобы дотянуться до нужного места, а соединить их друг с другом невозможно. Даже йюзземы не смогли бы дотянуться, куда следует.
— Нужно приложить к фотоэлементу ладонь или что-то еще, — огорченно пробормотал Люк.
— Или что-то еще, мальчик Люк.
Все вздрогнули при звуках этого голоса, в особенности темпераментные йюзземы. Хин метнулся к окну, но, к счастью, Люк оказался там раньше него.
— Нет… Это друг, Хин.
Йюззем взволнованно защелкал в ответ, но потом все же отступил. Люк подошел к окну, ухватился за прутья решетки и, поднявшись на цыпочки, выглянул наружу. На него с улыбкой смотрело изрезанное морщинами лицо.
— Халла! — воскликнул он. — Значит, ты вовсе не бросила, нас! — он зашарил взглядом по сторонам. — А где Ц-3ПО и Р2Д2?
— С твоими дроидами все в полном порядке, парень. Что касается меня, я своих партнеров никогда не бросаю. Кроме того, вы мне нужны. Так что не возводи на меня напраслину. Я хочу добраться до кристалла, — улыбка сбежала с ее лица. — Вы не разговаривали обо мне с тухлым Граммелем?
— Нет, — успокоил ее Люк. Услышал покашливание и поймал пристальный взгляд принцессы. — Ну, не совсем так, — поправил он себя. — Граммель думает, что это мы пытались продать обломок кристалла тебе.
Халла захихикала.
— Теперь понятно, почему меня не поволокли на допрос. Граммель всегда чуть-чуть да ошибется. Он забрал осколок, надо думать?
— Прости, — Люк опустил взгляд. — С этим мы ничего не смогли поделать.
— Неважно, парень. Очень скоро у нас в руках окажется весь кристалл. Как только вы выберетесь отсюда.
— Как? Ты знаешь способ разрушить эти стены?
— Ну, об этом бессмысленно и думать, парень. Разве ты не придумал, как выбраться отсюда? Скажи, — спросила она после паузы, — ты ведь не можешь из этого окна смотреть вниз, правда?
— Нет, только по прямой.
— Как же ты меня видишь, а, парень? Я стою на выступе в десять сантиметров шириной над сорокаметровым рвом. На другой стороне установлен барьер, который не пропустит сюда никого с энергетическим оружием или взрывчаткой. Или ты воображаешь, что я жмусь к стене только ради того, чтобы почувствовать, как у тебя изо рта пахнет?
— Халла, ты сумасшедшая! Что, если ты соскользнешь?
— Всплеск будет совсем слабый, парнишка. Что касается первого, то раз уж все так уверены, что я сумасшедшая, почему бы мне и в самом деле не вести себя в этом духе? Только сумасшедшая старуха додумается до того, чтобы лазить по этому выступу. Нет, парень, взорвать тюрьму мы не сможем. Единственный способ для вас выбраться отсюда — выйти из нее тем же путем, каким сюда пришли.
В глубине камеры послышалось громкое ворчание. Подошел Хин, положил руку на плечо Люка и умоляюще посмотрел на Халлу. Он и Люк по очереди застрекотали. Потом Хин вернулся к Кии и о чем-то заговорил с ним.
— Что тут происходит? — неуверенно спросила Халла. — Что сказала эта обезьяна? Я ни слова не поняла.
— Хин говорит, — объяснил ей Люк, — что если мы выберемся из камеры, они с Кии выведут нас из здания.
— Как думаешь, и вправду выведут? — Халла нервно облизнула губы.
— Если бы мне пришлось делать ставки, то я не ставил бы против пары доведенных до отчаяния йюзземов, — уверенно заявил Люк. — И вот еще что. Если мы поможем им сбежать, они помогут нам добраться до кристалла.
— От них и впрямь может быть толк, — легко согласилась Халла. — И я понимаю, почему они так рвутся уйти с нами. Если они все тут в тюрьме переломают, им уж точно крышка.
— Как ты предполагаешь вытащить нас отсюда?
Халла чуть-чуть пододвинулась, едва не свалившись, и с гордостью объявила: — Я ведь говорила тебе, что во владении Силой я — мастер. Отодвинься-ка немножко в сторону, юноша.
Теряясь в догадках по поводу того, что она задумала, Люк выполнил ее просьбу. Сложив руки, принцесса наблюдала за происходящим со сложным выражением скептицизма и тревоги одновременно.
Прикрыв глаза, Халла вошла в некое подобие транса.
Почувствовав, как исказилась матрица Силы, Люк понял, что старуха манипулирует ею — так, как он никогда не умел. Не то чтобы Халла делала это лучше, просто… по-другому. Больше всего Люка волновало, что увлекшись, она могла ослабить хватку и попросту свалиться. Но Халла стояла, будто окаменев — и сведя от напряжения брови.
Услышав изумленный вздох, он резко обернулся и взглянул в ту сторону, куда указывала принцесса. Один из металлических подносов поднялся в воздух и медленно поплыл по камере в направлении выходной решетки. Люк снова посмотрел на Халлу. Опять все тот же простенький трюк, который, тем не менее, сам он никогда не смог бы повторить. Левитация не относилась к числу навыков, в овладении которыми он преуспел. Если честно, он вообще не умел этого делать. Может, Халла просто ничего больше не умеет делать? Он вспомнил баночку со специями на столе в таверне и затаил дыхание.
Обливаясь потом, с искаженным от усилий лицом, Халла продолжала перемещать поднос. Люк сморщился, подумав, что тот никак по ширине не пройдет между прутьями. Но поднос повернулся под нужным углом и с легким царапающим звуком проскользнул между ними. Слегка подрагивая, он продолжал перемещаться вдоль стены.
Халла уже едва дышала от титанических усилий, которые ей приходилось прикладывать. В какой-то момент поднос опустился, потом еще раз, но в конце концов снова пополз вверх.
— Ну-ка, парень, — чуть слышно прошелестела старуха, по-прежнему не открывая глаз, — ты должен помочь мне.
— Не могу, Халла, — напряженно ответил он. — Я в этом деле не мастак.
— Давай-давай, парень. Меня надолго не хватит, — при последних словах поднос рухнул вниз и с лязгающим звуком ударился о пол, но тут же взмыл снова.
Закрыв глаза, Люк попытался сконцентрироваться на подносе, выкинув из головы и камеру, и принцессу, и вообще все, кроме плывущей в воздухе тонкой металлической плоскости. В сознании зазвучал хорошо знакомый голос, который словно старался напомнить ему что-то. Не нужно прикладывать столько усилий, Люк, произнес этот голос. Вспомни, чему я учил тебя. Расслабься, расслабься, дай Силе сделать всю работу за тебя и через тебя. Не пытайся давить на Силу.
Вспомнились и другие советы, которым он изо всех сил постарался следовать. Внезапно ему стало хорошо, легко, приятно. Люк улыбнулся. Поднос поднялся до прежней высоты и продолжал перемещаться со все возрастающей скоростью.
Взгляд принцессы метался от Халлы к Люку и обратно. Ударяясь о стену, поднос продолжал подниматься, добрался до участка, осуществляющего управление решеткой, развернулся параллельно стене и перекрыл световой луч.
Халла испустила долгий, медленный вздох, пошатнулась и едва не упала. Но пришла в себя, заметив, что поднос устремился к полу. Хин, Кии, а вслед за ними и принцесса изумленно раскрыли рты.
Люк наклонился вперед, его брови резко взлетели вверх. Остановившись в сантиметре от каменного пола, поднос мягко, беззвучно опустился на него.
Первыми из камеры вышли йюзземы, сразу же вслед за ними принцесса. Оказавшись снаружи, она позвала Люка: — Чего ты дожидаешься? Давай! Однако Люк был уже у окна.
— С тобой все в порядке, бабушка?
— Будет в порядке, — ехидно ответила она, — если ты не станешь называть меня так слишком часто. Без твоей помощи я бы не справилась, парень. Ты молодчина.
— Что я? Ты оказалась на высоте, вот это правда, — мягко ответил он. — Ты указала мне путь. Я везунчик — у меня хорошие учителя.
Протиснув между прутьями решетки руку, она похлопала его по плечу.
— Ты добрый мальчик, Люк. Здесь неподалеку есть гараж для наземного транспорта. Как выберешься из этого мавзолея, сверни направо и иди мимо административных курятников. Иди, иди и иди, пока не дойдешь до небольшого искусственного канала. Еще раз поверни направо и двигай вдоль него, мимо более крупных зданий. В конце концов увидишь армейский склад. Гараж — в большом здании слева от него. Мы с дроидами будем ждать там.
— И что мы там будем делать?
— Что? Неужели непонятно? Украдем краулер или какую-нибудь другую машину. Или, по-твоему, мы на своих ногах потопаем за кристаллом? Только не в этом мире! Дошло?
— Все правильно.
— Быстрее, Люк! — окликнула его принцесса, опасаясь, что в любой момент может появиться охрана.
Не дождавшись ответа, она бросилась назад в камеру, схватила его за руку и потащила за собой. Он все время оглядывался на окно, хотя Халла уже исчезла.
Впереди послышались звуки суматохи, Люк охнул.
— Что там такое? — принцесса осторожно выглянула из-за угла.
— Это йюзземы.
— Развлекаются от души, — пробормотала она, услышав особенно впечатляющий грохот, эхо которого прокатилось по коридору.
— Нужно было постараться выскользнуть отсюда незамеченными.
— Это с йюзземами-то? Может, тебе пригнать сюда еще и эскадрон истребителей? — иронически спросила она.
Подняла с пола поднос, поднесла его к месту, где находился фотоэлемент, и бросила внутрь камеры.
— Теперь им будет о чем подумать, — удовлетворенно заявила она. — Пусть решат, будто мы просто сумели сделать так, что прутья решетки на время дематериализовались. Граммелю, возможно, на такие мелочи наплевать, но его охранники понервничают. Хочу как можно больше усложнить работу всем, кто станет меня разыскивать.
Бок о бок они зашагали по коридору.
Хин и Ки ожидали их за вторым углом. Первый йюззем стоял над безвольно лежащими телами трех охранников и в данный момент избивал четвертого, используя в качестве дубинки дроида, держа его за одну ногу. И солдату, и дроиду приходилось нелегко.
Кии прижимал к себе целую охапку оружия, по-видимому, отнятого у поверженных противников. Люк поймал брошенный ему пистолет, Лейя сделала то же самое.
Кии замер, прислушиваясь, повернулся и бросился к дальней двери.
— Нет, не сейчас! — запротестовал Люк.
И сумел схватить Кии за шкирку, но в руке у него осталась лишь горстка темной шерсти. Что, конечно, не остановило йюззема.
— Этого я и боялся, — простонал Люк.
Не успела дверь за Кии захлопнуться, как все остальные последовали за ним.
Большое помещение представляло собой центр связи; не исключено, что главный в этом здании. Кии метался по залу, одной рукой паля во все стороны из винтовки, а другой рукой круша приборы, установки и операторов. Похоже, ему было наплевать, что перед ним — живое существо или неодушевленный предмет.
Люк подбежал к нему и прокричал на языке йюзземов: — Послушай, нам нужно выбираться отсюда, Кии!
Без толку. Удивительное создание явно слетело с катушек. Люк бросился вон из комнаты, и в этот момент в стену прямо над ним ударил энергетический заряд. Рухнув на одно колено, он обернулся и выстрелом из пистолета уложил имперского солдата, выскочившего из бокового коридора. Другого прямо посреди комнаты подстрелила Лейя, а двое оставшихся спрятались и принялись палить из укрытия.
— Охрана зашевелилась, Люк! — закричала принцесса. — Нельзя тут оставаться… Нужно уходить!
— Ясное дело, — нервничая, буркнул Люк. Прижавшись к стене, оттолкнулся от нее и с силой налетел на Хина, стараясь привлечь его внимание. — Давай, Хин, пошевели мозгами, вместо того чтобы крушить тут все подряд!
Огромный йюззем угрожающе зарычал на него. Люк, однако, не испугался.
— Я согласен, что это дрянное место. И сам бы рад разнести его в клочья, но мы в явном меньшинстве.
Хин обнажил острые клыки и схватил Люка за шею. Люк бесстрашно смотрел прямо в его пылающие яростью глаза. Внезапно длинная рука разжалась, Хин медленно кивнул и виновато ухмыльнулся.
— Порядок, — Люк вздохнул. — Приведи Кии.
Еще один заряд выбил осколки из каменной стены над ними, Люк молниеносно развернулся и выстрелил в ответ. По коридору топали имперские солдаты. Отступая, Люк окликнул Лейю и прикрывал ее, пока она бежала к нему. Потом они вместе прикрывали огнем отступление йюзземов.
Как только Кии выбежал из зала, за его спиной прогремел оглушительный взрыв, разнесший вдребезги дверь. Из дверного проема вырвалось пламя, повалил дым, вылетели клочья опаленного меха; однако на время они оказались отрезаны от преследовавших их солдат.
Хин преподнес Люку сюрприз в виде его лазерного меча.
— Надо же! Где ты нашел его?
Йюззем объяснил, что солдату, у которого он отобрал это оружие, оно больше не понадобится.
Люк пристегнул вновь обретенный меч к поясу, и все четверо выбежали из здания, оставив позади огонь, трупы и всеобщую неразбериху.

ГЛАВА 7

Граммель выскочил в коридор в сопровождении нескольких охранников. Застегивая пряжку на поясе брюк, капитан-интендант закричал, обращаясь к сбегавшимся со всех сторон солдатам: — Что тут за столпотворение?
— Пригнитесь, пригнитесь, сэр! — завопил в ответ младший офицер.
— С какой стати, идиот? — взревел Граммель. — Неужели не понятно, что они хотят сбежать, а вовсе не убить вас? — выхватив из кобуры пистолет, он поймал пробегавшего мимо сержанта. — Идите туда, — взмахнув пистолетом, он сделал жест в сторону центра связи, — и скажите, чтобы перекрыли все выходы. Никто не должен ни входить, ни выходить из здания без моего личного разрешения.
— Есть, сэр!
Сержант бросился исполнять приказание, а Граммель повел свой теперь уже внушительный отряд по задымленному коридору.
Сержант почти сразу же вернулся и прокричал им вслед, что центр связи разнесен в клочья, а все, кто находились внутри, погибли. Но Граммель ушел далеко и не мог его слышать. Сержант бросился вдогонку. *** Люк поднял руку, и все четверо беглецов остановились.
— Вон выход, — сообщил он, указывая за угол.
Перед ними находилась состоящая из двух панелей дверь, ведущая наружу, в сырость и туман, которые теперь казались такими желанными. Рядом с дверью за письменным столом сидел и что-то писал безоружный солдат.
— Сигнал тревоги сюда еще не дошел, — прошептал Люк.
— Долго ждать не придется, — уверенно заявила принцесса. — Он не один, — она указала на двух охранников по обеим сторонам выхода.
Каждый был вооружен до зубов.
Люк прислонился к стене, напряженно размышляя. Чтобы добраться до двери, пришлось бы пересечь довольно большое открытое пространство.
— Мы могли бы прикрыть йюзземов, — предложила принцесса, — если они нападут на сидящего за столом, прежде чем он сможет поднять тревогу.
— Нет, — возразил Люк. — Слишком рискованно. Эти два охранника успеют убить Хина и Кии. Может, нам с тобой стоит спрятать оружие и сделать вид, будто с одним из нас что-то случилось… Нет. А если, — задумчиво продолжал он после некоторой паузы, — если мы поднимем тут шум, то охранники бросятся выяснять, что произошло…
Послушав с минуту, как люди тарахтят между собой, Хин и Кии обменялись взглядами. Хин ухмыльнулся, Кии кивнул в ответ.
Резкий вопль заставил и Люка, и принцессу подскочить. Угрожающе размахивая ружьями, похожими в их руках на игрушечные, оба йюззема косматой лавиной пронеслись мимо них и свернули за угол.
Тактика оказалась не слишком утонченной, но зато действенной. Зрелище гигантов, несущихся прямо на них, парализовало всех трех охранников. Солдат за столом дрожащей рукой нажал две кнопки… увы, не те, что следовало.
Хин добрался до одного из охранников у дверей прежде, чем тот успел поднять свое тяжелое ружье. Оно выстрелило, проделав дыру в полу. Не потрудившись вырвать у него оружие, Хин просто разорвал несчастного на части.
Кии поднял письменный стол вместе с пультом связи и швырнул его в объятого ужасом солдата. Второй охранник в конце концов наконец-то прицелился в охваченного яростью ближайшего йюззема.
— Кии, берегись! — крикнул Люк, выскочив вместе с Лейей из-за угла.
Энергетический заряд, ионизируя воздух, пронесся над головой йюззема и врезался в дальнюю стену. Люк одним выстрелом из пистолета уложил охранника.
К этому моменту принцесса уже добралась до двери и яростно пыталась открыть ее.
— Ничего не получается, Люк! Она, наверно, управляется дистанционно. Скорее всего, оттуда, — показала она на разбитый стол.
Люк осмотрел убитого им солдата. На поясе у того висели несколько гладких, округлых металлических коробок размером с ладонь; Люк осторожно снял их.
Хин между тем продолжал действовать в своем духе. Сорвав с убитого шлем, он нацепил его на кулак и принялся молотить по двери. Однако несмотря на всю мощь йюззема, хрупкий на вид материал не поддавался.
— Зря стараешься, Хин, — Люк торопливо подошел к нему. — Надежная штука.. . Тебе ее не проломить. Идите за угол. И ты тоже, принцесса.
Она не стала спорить и вместе с обоими йюзземами бросилась туда, откуда они только что пришли.
Люк повернул циферблат в верхней части металлической коробки и вдавил внутрь маленький цилиндр. Быстро положил коробку у места стыка дверных панелей и отбежал к своим товарищам.
Спустя несколько секунд раздался такой мощный взрыв, будто прямо рядом с ними ударила молния. Из-за угла вырвалось зеленое пламя, повалил едкий дым. Вернувшись в караульное помещение, они увидели, что дверь, а вместе с ней и некоторая часть стены попросту исчезли.
— Неплохо они усовершенствовали эти штуки, — тоном крутого специалиста объявил Люк. Специалистом он не был, просто кто-то из техников не так давно показывал ему эти игрушки, и уж больно хотелось вселить в свой маленький отряд, да и в себя самого капельку уверенности.
Принцессе лишняя уверенность не требовалась. Она не стала дожидаться, когда развеется дым, и через груду булыжника полезла наружу, устремляясь к желанной свободе. Хин и Кии не отставали.
Над головой Люка прогремел выстрел, он инстинктивно присел. Лейя уже добралась до дыры, зияющей на месте двери, остановилась и замахала ему рукой.
— Давай, Люк!
Но тот будто не слышал. Ползая на коленях по полу и не обращая внимания на рвущиеся вокруг заряды, он активировал три оставшиеся гранаты. Только еще больше пригнулся, когда один выстрел ударил совсем рядом. Потом бросил гранаты навстречу погоне, поднялся и бросился догонять остальных.
Граммель со своими солдатами появились как раз в тот момент, когда навстречу им выкатились гранаты. Увидев их, все тут же с нечеловеческой скоростью шарахнулись обратно. Мгновенье — и коридор опустел.
Люк пронесся сквозь развороченную дверь, вслух ведя отсчет. Досчитав до шести, он бросился на землю и обхватил руками голову. За спиной три раза рвануло, во все стороны с оглушительным воем полетели осколки древних камней и вполне современных металла, стекла и пластика.
Когда прекратился дождь из осколков, Скайуокер поднялся на ноги и побежал что было мочи. Лейя и йюзземы, которые до этого прятались под деревьями, выскочили ему навстречу.
— Цел и невредим, — успокоил их Люк в ответ на невысказанный вопрос, стряхивая с комбинезона пыль и обломки пластика. — Только чувствую себя грязным с ног до головы.
— Забавно, но точно такое же чувство возникает у меня всякий раз, когда я оказываюсь под взглядом Граммеля, — сказала принцесса. — Еще пара минут, и они будут здесь.
Люк, не спрашивая, много ли раз ей довелось становиться предметом лицезрения капитан-интенданта, обернулся. Вход в бывший храм полностью обрушился. Из щелей в стенах и крыше выбивались дым и пламя. По всему городу выли сирены.
Четверка беглецов рысцой побежали в направлении, указанном Халлой. Йюзземы старались приноровиться к человеческому шагу. У канала они свернули и помчались вдоль него. Наконец добрались до армейского склада, который оказался гораздо больше, чем ожидал Люк. Сейчас он был погружен во тьму. Огромное безмолвное пространство двора перед ним, поделенное на секции, было заставлено горнодобывающим оборудованием и портативными конвейерами; некоторые лежали на специальных подмостках в полуразобранном виде.
— Я никого не вижу, — прошептал Люк. Принцессой снова овладела подозрительность.
— Думаешь, она ушла, не дождавшись нас? Люк бросил на нее сердитый взгляд.
— Она рисковала жизнью, чтобы вытащить нас из тюрьмы.
— Даже герой способен удариться в панику, — холодно возразила принцесса.
— Я и впрямь ударюсь в панику, — произнес голос, заставивший всех испуганно вздрогнуть, — если мы не уберемся отсюда и как можно быстрее!
Из тени большого сарая выступила Халла.
Ее сопровождали две фигуры, одна человекоподобная, другая — нет.
— Ц-3ПО… Р2Д2!
— Масса Люк! — воскликнул Ц-3ПО. — Мы так беспокоились о том, удастся ли вам освободиться…
Ц-3ПО изумленно уставился на две приземистые, плотные фигуры за спиной Люка и принцессы.
— Не волнуйся, это йюзземы Хин и Кии. Они с нами.
Р2Д2 издал сердитое «би-бип».
— Они и впрямь выглядят свирепыми, но без них нам не удалось бы сбежать.
Послышалось довольное посвистывание. Халла восхищенно посмотрела на Люка.
— Что это ты натворил, парень? — спросила она, когда земля содрогнулась, точно от слабого взрыва, эпицентром которого была расположенная в башне штабквартира. — Точно сама шахта взлетела на воздух.
— Просто попытался немного задержать наших преследователей, — заскромничал Скайуокер. Новый взрыв заставил всех вздрогнуть. В ночное небо, пронзая туман, вырвался столб желтого пламени. — Я немного разбираюсь в этом.
Халла повела их в глубь открытого сарая, между рядами массивных темных глыб, туда, где стоял краулер с надувными колесами. Все забрались внутрь, Халла уселась на место водителя.
— Поначалу я не знала, как оживить этого зверя, — объяснила она. — Но ваш маленький дружок позаботился об этом. Р2Д2, включай.
Приземистый Р2Д2 вытянул манипулятор, который сейчас заканчивался какимто инструментом, и вставил его в щель зажигания. Двигатель тут же ожил.
— Изредка, — вынужден был признать Ц-3ПО, — и от него бывает толк.
— Вы уверены, что сможете вести машину такого размера? — спросила принцесса.
— Нет, но мне приходилось водить машины поменьше, а учусь я быстро.
Халла ткнула пальцем в панель управления, и краулер рванул вперед с ускорением, которого трудно было ожидать от такой массивной машины. Они выскочили из гаража, едва не сбив с ног нескольких механиков, решившим выяснить, с чего это вдруг заработал двигатель. Механики отскочили в разные стороны, один со злостью и огорчением швырнул вслед им свой шлем, другие бросились докладывать начальству.
Халла крепко держала в руках рулевое колесо. Краулер сбил проволочное заграждение и уже спустя несколько секунд оказался там, где вместо ровной дороги под колесами была трясина, а вокруг стеной стояли джунгли. Машина, приспособленная для езды по болотам, отважно мчалась сквозь кусты и деревья; для нее не было разницы — ехать по твердой земле или по бездонному торфяному болоту.
Они уже с полчаса мчались сквозь ночную тьму, разгоняемую лишь противотуманными фарами машины, когда Люк положил руку на плечо Халлы.
— Думаю, теперь можно остановиться, — сказал он, оглянувшись назад, туда, откуда они приехали.
Впрочем, сказать с уверенностью, откуда именно они приехали, не представлялось возможным. Халла сделала по дороге столько умопомрачительных поворотов, что он полностью утратил какую-либо ориентацию.
— Да, я тоже так считаю, — вмешалась принцесса. — Скорее всего, у тех, кто мог организовать погоню, теперь благодаря Люку и без нас хватает хлопот.
Халла откинула с глаз прядь седых волос и сбросила скорость. С помощью лампы на гибком шнуре, установленной со стороны водителя на борту открытой кабины, она пыталась рассмотреть хоть что-нибудь в густом тумане, пока не обнаружила заросли. Загнав туда краулер, Халла выключила двигатель, оставив гореть освещение внутри кабины.
— Ну вот, — она устало откинулась на спинку сиденья. — Даже если они висят у нас на хвосте, против чего я готова поставить что угодно, здесь они нас сто лет не найдут.
Огни в кабине и впрямь еле-еле просвечивали сквозь плотный, клубящийся туман.
С заднего сиденья донесся жалобный щебет.
— Кии интересуется, нет ли какой-нибудь еды, — перевел Люк. Ворчливый щебет повторился. — И Хин тоже.
— Не слышала ни об одном йюзземе, который не был бы вечно голоден, — ответила Халла. Повернувшись на сиденье, она указала куда-то в заднюю часть машины. — Вон там есть большой холодильник, а в нем полно продуктов, — она самодовольно усмехнулась. — Я хорошенько пошарила у них во дворе, прежде чем занялась этой штукой, способной вытрясти из человека все мозги. Баки полны, хватит на несколько недель. Есть и еда, и всякое снаряжение. С водой проблем на Мимбане не бывает, разве что прежде чем напиться, нужно убить тварь, которая в ней живет.
— Впечатляет, — призналась принцесса. — Непонятно только, как это человек вроде вас — не имеющий никакого официального статуса — может ухитриться угнать полностью заправленную и оборудованную всем необходимым машину?
— Сразу видно, что вы тут чужаки, — объяснила Халла. — Здесь охраняются только личные вещи. Куда сбежишь с украденным большего размера? Единственный способ убраться с планеты контролирует Империя, а ее мальчики тщательно досматривают всех, кто улетает отсюда. Можно, конечно, удрать на таком вот краулере или грузовом автомобиле. Но куда? Нет, у любого вора тут одна дорога — обратно в любой из пяти шахтерских городов и… в лапы Граммеля.
Принцесса кивнула.
— Я и сама голодна. Люк?
— Сейчас-сейчас.
Пока она перебиралась в заднюю часть машины, чтобы достать какой-нибудь еды. Люк повернулся к Халде.
— Как ты считаешь, далеко еще до храма?
— Судя по тому, что рассказывали туземцы… О, ты лучше поймешь, если я тебе покажу.
Она вытащила из-за пазухи небольшой футляр, набитый бумагами. Порывшись среди них, отобрала один листок, развернула его и протянула Люку.
В тусклом свете освещения кабины он внимательно вгляделся в рисунок.
— Ничего не разберешь.
— Я не художник, — проворчала она, — и туземец, который мне объяснял, тоже.
— Да, ты не художник, — Люк пристально посмотрел на загадочную старую женщину. — А кто ты, Халла? Какая ты?
Она широко улыбнулась, ощерив зубы.
— Я честолюбивая, парень, а больше тебе ничего и знать не надо, — она взяла карту, проверила показания некоторых приборов на пульте и кивнула во тьму. — От недели до десяти дней по местному времени. На этой машине, конечно.
— И все? — удивленно воскликнул Люк. — Так близко к шахте? Тогда получается, что любой корабль при посадке может обнаружить храм.
— Даже если и сможет — сквозь такой-то густой туман, — ответила Халла, — это вовсе не означает, что кого-то храм заинтересует. В ближайших окрестностях шахтерских городов, наверно, не меньше ста храмов, а в джунглях неподалеку и того больше. С какой стати волноваться именно из-за этого. Не далее пяти метров от храма может пройти тысяча людей и ничего не заметить.
— Понятно, — Люк откинулся на спинку сиденья и задумался. — Что это за место? Оно похоже на тот храм, который имперцы заняли под свою штаб-квартиру?
— Этого не знает никто, даже среди местных. Ни один человек никогда не видел храм Помойемы. Вспомни, у туземцев, которые строили эти храмы, были тысячи богов и божков, и у каждого — свое собственное святилище. Однажды в руки мне попали записи — не какие-нибудь там секретные, нет, — так вот, там сказано, что этот Помойема был не такой уж значительный бог, но в то же время мог наделять своих жрецов способностью творить чудеса. Исцелять больных или что-то вроде этого. Конечно, всегда считалось, что половина мимбанских богов способны творить чудеса. Кому охота, чтобы у его бога репутация была хуже, чем у соседского? Однако что касается Помойемы, эти легенды, может быть, и не врут. Все дело в кристалле Кайбурр.
— Если он попадет в руки Граммеля или Эссады, — огорченно пробормотал Люк, — то станет убивать, а не исцелять.
Халла нахмурилась.
— Эссада? Кто это? — она перевела взгляд с Люка на принцессу. — Вы ведь мне не все рассказали, правда?
— Губернатор, — принцесса беспокойно заерзала при одном лишь упоминании о нем.
— Губернатор? Имперский мофф? — настроение у Халлы заметно испортилось. Люк кивнул. — Мофф гонится за вами обоими? — развернувшись в кресле, она включила двигатель. — Наше путешествие закончено, парень! Все! До меня доходили слухи о том, что по приказу губернаторов делают с простыми гражданами. Я не хочу принимать в этом участия.
— Перестань, Халла! Перестань! — Люк попытался перехватить у нее управление. В конце концов ему это удалось, и он тут же заглушил двигатель. — Р2Д2, не включай зажигание до тех пор, пока я не позволю.
Послышалось ответное «би-бип!» Халла устало откинулась в кресле.
— Оставь меня в покое, парень. Я — старуха, да, но еще не умерла. И не собираюсь, даже ради возможности заполучить кристалл.
— Халла, мы должны найти кристалл и сделать это до того, как Граммель схватит нас или на Мимбан прибудет представитель, посланный этим губернатором.
— Граммель, — понимающе проворчала она. — Он, должно быть, знал, что это за осколок. И тут же связался с Эссадой.
— Да, связался, — признал Люк, — но вовсе не потому, что понимает ценность кристалла. Как и Эссада. Нельзя упускать такой шанс. Мы должны найти камень первыми, потому что если нас прежде схватят, они вытянут из нас всю правду о кристалле… как бы мы ни старались не выдать тайны.
— Это уж точно, — согласилась она.
— А если мы не сможем скрыться с ним, — беспощадно продолжал Люк, — то должны уничтожить его. Нельзя допустить, чтобы им завладела Империя.
— Семь лет, парень, семь лет, — пробормотала Халла. — Нет, не могу обещать, что готова уничтожить кристалл, если он попадет мне в руки.
— Ладно, — согласился Люк. — Но только давай не будем беспокоиться раньше времени. Сейчас важнее всего найти кристалл до того, как Граммель сцапает нас.
— От недели до десяти дней, — повторила Халла, — и это если местность будет не слишком трудно проходима и у нас не возникнет осложнений с туземцами.
— С туземцами? — скептически спросила принцесса. — Вы имеете в виду жалкие создания, которые там, в городе, пресмыкаются перед людьми и выпрашивают у них выпивку?
— Не все расы Мимбана так сильно деградировали из-за тесных контактов с людьми, как зеленявки, — объяснила Халла. — Некоторые вполне еще могут постоять за себя. И, кстати, стремятся к этому. Вспомните, какая, в сущности, незначительная часть этого мира освоена. Никто на самом деле понятия не имеет, что творится там, — она махнула рукой во тьму, — за пределами шахтерских городов. Ни археологи, ни антропологи… Никто. Тут, неподалеку, есть маленькая научная станция, по горло заваленная работой. И у них, красавица, нет ни времени, ни даже необходимости шастать по этой грязи, чтобы делать открытие за открытием. К чему, если интересные экземпляры сами то и дело забредают в город? Мы окажемся в местах, где ни у кого прежде не возникало повода побывать, и наверняка столкнемся с тем, с чем до сих пор не сталкивался никто. Это здоровый мир, в котором кишмя кишит живность, а мы — кусок вкусного мяса. Мне приходилось видеть изображения некоторых хищников Мимбана и читать о том, как они расправляются со своими жертвами. Она повернулась к Люку.
— Пошарь под креслом, парень.
Он послушался и обнаружил отделение, в котором лежали две лазерные винтовки и четыре пистолета.
— Все они заряжены и могут уложить любого зверя.
Винтовки Люк отдал йюзземам, которым не стоило труда справиться с этим тяжелым оружием. Один пистолет он взял себе, вторым завладела принцесса, третьим — Халла, а четвертый оставили про запас.
Хин принялся вертеть винтовку, разглядывая ее, эта модель была снабжена предохранителем, расположенным совсем рядом со спусковым крючком. Слишком близко для толстых пальцев йюзземов. Хину пришлось использовать обе руки, чтобы надавить туда, куда требовалось. Сняв, наконец, винтовку с предохранителя, он с довольным видом положил палец на спусковой крючок.
Люк прицелился из своего пистолета в ближайшие кусты и выстрелил. Последовала яркая вспышка, часть кустов испарилась. Неплохо, подумал он, поставил пистолет на предохранитель и прицепил к поясу.
Оставалось сделать еще кое-что. Достав пистолет, который он принес с собой, Люк легким ударом открыл его с торца, перевел управляющий рычаг с положения «подзарядка» в положение «разгрузка» и подсоединил его к соответствующему гнезду на рукояти лазерного меча.
Потом он откинулся назад и стал смотреть в туман, пока древнее оружие его отца всасывало энергию из пистолета.

ГЛАВА 8

Заменив костный мозг, доктор нарастила кость, уложила на место мышцы, кожу. Потом залила все это слоем эпидермальной жидкости. Теперь можно было не волноваться — новая кожа не будет отторгнута организмом. На этом операция завершилась.
Доктор применила местную анестезию, и хотя та уже начала отходить, чувствительность в правой руке старшего инспектора Граммеля все еще не восстановилась. Зато он мог видеть свою покалеченную и восстановленную руку. Придерживая ее левой, он так и поступил — внимательно рассмотрел ее.
Попытался пошевелить пальцами, и это ему удалось. Пальцы реагировали слабо, но, главное, реагировали.
— Серьезных повреждений нервов нет, — сообщила доктор, когда Граммель собрался покинуть хирургический кабинет. — Я просто вложила их обратно и накрепко спаяла кость. Рука будет как новенькая. И чувствительность, и способность действовать полностью восстановятся в течение пяти дней. Только вот что… Старший инспектор посмотрел на нее.
— Потеть эта рука больше не будет, — говорила доктор, складывая свои инструменты. — У вас было разворочено все предплечье — можно сказать, верхняя половина правой руки целиком, — и пришлось очень значительный участок закрыть искусственной кожей. Но ничего страшного, тело достаточно легко компенсирует этот маленький недостаток.
Она протянула руку и ощупала правую сторону лица Граммеля.
— Как вы слышите с этой стороны?
— Нормально, — отрывисто ответил Граммель. — Вы хороший специалист, доктор. Я прослежу, чтобы вы получили достойное вознаграждение.
— Есть способ сделать это.
— Чего бы вам хотелось?
Она сняла запятнанный халат и аккуратно сложила его. Старая женщина, слух и зрение у нее уже были не те, что когда-то. И, уж конечно, хуже, чем у старшего инспектора Граммеля, даже с учетом того, что ей пришлось заменить ему барабанную перепонку.
Как человек, которому не повезло в жизни, она растрачивала свои способности на службе Империи. Такое часто случается с людьми, которыми овладевает безразличие к собственной судьбе. Именно это произошло и с ней, когда около сорока лет назад один очень милый молодой человек сел за руль машины и разбился на ней. С тех пор она принадлежала Империи, которая если и не наполнила смыслом ее жизнь, то по крайней мере давала возможность приносить хоть какую-то пользу.
Доктор косо взглянула на Граммеля.
— Не казните этих солдатиков. Они из тылового отделения.
— Вот поистине поразительная просьба о вознаграждении, — задумчиво произнес Граммель. — Нет, — угрюмо ответил он и увидел, как изменилось выражение ее лица. — Нет и еще раз нет, даже несмотря на то, что эта просьба исходит от вас. Вынужден отказать.
Он провел рукой вдоль шва, тонкого, как рыболовная леска, сбегавшего с верхней части кое-где выбритого черепа вниз, к восстановленному уху, и дальше к нижней челюсти. Органический имплант, вживленный в шов, будет удерживать челюсть на месте и позволит ей нормально функционировать до тех пор, пока лицо полностью не заживет. Когда процесс исцеления завершится, имплант рассосется.
— Они не справились со своей задачей, — закончил он.
— Им просто не повезло. Доктор была единственным человеком на Мимбане, который осмеливался спорить со старшим инспектором. Те, кто лечит других, могут позволить себе некоторую долю независимости. Попробуй надави на них, а вдруг завтра придется обращаться к ним за помощью? С точки зрения Граммеля, этот маленький разлад мог стоить ему случайной оплошности при очередном заваривании кости.
Отвернувшись, он посмотрел на себя в зеркало.
— Шесть идиотов, которые позволили пленникам сбежать.
Как обычно, доктор не знала, о чем Граммель сейчас думает. Вполне возможно, что он восхищался швом, который она наложила, хотя большинству людей он показался бы устрашающим. Однако эстетические представления Граммеля сильно отличались от присущих другим людям.
— Два йюззема, — напомнила ему доктор, — плюс два человека. Такую комбинацию очень трудно одолеть. В особенности если им помогали снаружи.
Граммель снова повернулся к ней.
— Вот это больше всего меня беспокоит. Им наверняка помогли, слишком уж ловко, слишком гладко прошел этот побег. Особенно для пары чужаков. И все же пока вы не привели мне достаточно убедительных доводов для отмены казни охранников.
— Двое из них и так серьезно покалечены, — сказала доктор, — а остальные покрыты шрамами, от которых я не в состоянии их избавить.
Нельзя сказать, что человеческие ресурсы, которыми вы располагаете, безграничны, старший инспектор. Если вы собираетесь обыскивать джунгли вокруг городов, вам понадобится каждый человек, способный передвигаться на собственных ногах. Кроме того, сострадание скорее заставит людей усердно трудиться, чем страх.
— Вы романтик, доктор, — заметил Граммель. — Тем не менее, ваша оценка моих возможностей достаточно верна, — он направился к выходу.
— Так вы отмените казнь? — спросила она ему в спину.
— У меня нет выбора, — признался он. — С цифрами не поспоришь, — дверь за ним захлопнулась.
Доктор с удовлетворением вернулась к своему священнодействию. Она считала своей задачей спасение жизни и при малейшей возможности использовала для этого свое влияние на Граммеля. Всякий раз, когда это удавалось, возникало ощущение, что она живет не зря.

***

Дни проходили один за другим. Четвертый, пятый, шестой…
Утром седьмого дня Люк подсел к Халле. Старуха настаивала, что будет вести машину со всеми по очереди, и ни Люку, ни Лейе не удавалось отговорить ее от этого.
— Ты говорила — семь дней, — сказал он.
— От семи до десяти, — добродушно напомнила ему Халла, не сводя внимательного взгляда с поверхности, по которой они ехали.
Ей ужасно хотелось создать впечатление, что возраст не ослабил, а, напротив, отточил ее способность вести машину в тумане. Люк не спорил, старуха была великолепным водителем. Лично он не рискнул бы так, как она той ночью, промчаться по болоту.
Совсем рядом над ними нависали курчавые ветки огромных деревьев. Халла старательно объезжала могучие стволы.
Лейя отдыхала на заваленном подушками заднем сиденье. Фрукт, который она грызла, поблескивал в солнечном свете. Сладкая кожура позволяла этим фруктам долго не терять своей свежести.
— Вы уверены, что мы едем правильно? — спросила она.
— О, тут невозможно ошибиться, милая, — ответила Халла. — Но вот что касается расстояния… В нем я не уверена. Зеленявки предпочитают говорить людям то, что те хотят услышать. Может, тот, кто рассказал мне об этом, побоялся, что если он назовет месяц, а не неделю, то не получит обещанное спиртное.
— А может, — высказала предположение принцесса, — он и о храме Помойемы рассказал нам по той же самой причине. Может, такого храма вовсе и нет.
— Но у нас же был обломок кристалла, — напомнил ей Люк. — Чем не доказательство? — он выглядел огорченным.
— Слушай меня, мальчик, — попыталась успокоить его Халла. — Ты же сам говорил, что когда ничего поделать не можешь, то и беспокоиться нечего.
— Ты уверен в магических свойствах кристалла, Люк? — спросила принцесса. Он медленно кивнул.
— Я не мог ошибиться, Лейя. Стоило прикоснуться к нему, и внутри меня зашевелилась Сила… Прежде такое ощущение возникало лишь в присутствии ОбиВана Кеноби, — он перевел взгляд на мелькавшую снаружи влажную зелень. — Странное чувство. Будто волны одна за другой накатывают внутри головы и растекаются по всему телу.
— Ладно, одним свойством кристалл, по крайней мере, обладает, — принцесса повернулась к Халле. — Но потом нам нужно будет тут же покинуть эту планету. Если вы поможете нам, Халла, Альянс даст вам любую награду, какую пожелаете.
— О, стоит ли рассчитывать на это? Я сделаю для вас двоих все, что смогу, — услышав «би-бип» Р2Д2, она добавила: — Простите, для вас четверых. А с восставшими я никаких дел иметь не хочу. Я не разбойница.
— Мы вовсе не разбойники! — сердито воскликнула Лейя. — Мы революционеры и реформаторы.
— Значит, все равно разбойники, только в политике, — отрезала Халла.
— Разбойники служат Империи! Старуха ухмыльнулась запальчивости Лейи.
— Я не философ, девочка, и комплекс мученицы утратила уже лет сорок назад.
— Уймитесь, вы, обе, — Люку не нравилось, когда они ссорились.
— Как ты считаешь, Люк, — она права? — успокаиваясь, спросила принцесса.
— Лейя, я…
— Ну, мальчик? — Халла выжидательно смотрела на него.
Однако в этот момент машина резко накренилась влево, что избавило его от необходимости отвечать. Халла среагировала быстро, крутанув рулевое колесо. Наклонившись в сторону, Люк с тревогой заметил, что переднее колесо утонуло в чем-то, больше всего похожем на жидкую овсяную кашу.
Но машина была сконструирована отменно. Наличие шести колес и мощного двигателя позволило ей быстро выбраться из ямы. Наклонившись вперед, Халла внимательно вглядывалась в местность впереди. Между пятнами предательской жидкой грязи виднелась полоса более светлой, твердой земли, и совсем скоро машина резво катила по ней.
— На Мимбане каждую секунду надо быть настороже, — заявила Халла. — Безумный мир, где сама земля — самый вероломный враг.
Как бы в ответ на эти слова, почва под ними содрогнулась. Люк нахмурился, оглядываясь.
— Как тут насчет землетрясений? — спросила принцесса.
— То ты хотела, чтобы я была философом, теперь — сейсмологом, — колко ответила Халла. — Землетрясения? Тебе известно ровно столько же, сколько и мне, дитя. Вулканов поблизости нет, но…
Халла замерла, прислушалась и остановила краулер.
— Я знал, что землетрясение — не то слово, — удовлетворенно заявил Люк.
Внезапно прямо перед ними почва вздыбилась.
— Сила да защитит нас! — закричала Халла, энергично крутанула руль, развернула машину и помчалась обратно тем же путем, которым они прибыли.
Позади них продолжала выворачиваться земля.
У колосса, вылезающего из-под нее, бледно-кремового, с прожилками коричневого цвета, не имелось ничего похожего на обычные глаза. Вместо этого загнутый тупой конец, обращенный в сторону машины, был усыпан множеством расположенных веером тусклых черных пятен, напоминающих глаза паука.
Другой относительно узнаваемой чертой этой твари была рваная прореха чуть пониже черных глаз, в данный момент распахнутая, так что виднелись расположенные концентрическими кругами блестящие черные зубы и темный зев пищевода.
Йюзземы взволнованно защебетали и принялись поливать тварь огнем винтовок — безо всякого результата. Их выстрелы лишь оставляли на анемично-бледной коже тонкие черные полосы, не причиняя серьезного вреда. Еще меньше толку было от пистолетов — заряды просто отскакивали от пластин, прикрывающих тело чудовища.
— Вандрелла! — вопила Халла. — Это вандрелла! Нам крышка!
Огромная тупая голова, тяжеловесно мотаясь из стороны в сторону, попрежнему тянулась к ним. Сейчас они со всей возможной скоростью мчались не по твердой земле и не по спине этого монстра, но машина, рассчитанная на езду по болотам и обладающая прочностью и устойчивостью, быстроходностью не отличалась.
Сшибая ветки и целые деревья, огромная голова, за которой тянулось гигантское светлое тело, продолжала преследовать их, издавая чавкающие звуки, когда брюшные пластины отрывались от трясины. Вандрелла двигалась медленно, но за один раз покрывала сразу несколько метров. К тому же она перемещалась строго по прямой, в то время как машине приходилось все время объезжать деревья и озера бездонной грязи. Чудовище уже подобралось так близко, что все пассажиры в отчаянии сгрудились в передней части машины.
— Цельтесь в пятна на морде! — крикнул Люк.
Все снова схватились за оружие. На этот раз выстрелы оказались гораздо эффективнее. Несколько снарядов попало в пару черных кругов, неотступно выискивающих цель. Из утробы монстра вырвался — медленный, стонущий, необыкновенно мощный звук. Казалось, чудовище не столько испытывает боль, сколько просто недоумевает.
По-видимому, нервная система вандреллы была либо слишком примитивна, чтобы ее можно было нейтрализовать огнем энергетического оружия, либо слишком распределена по огромной массе, а не сосредоточена в каком-то одном, жизненно важном центре.
Передняя часть длиной десять метров медленным движением поднялась и опустилась, точно огромное белое дерево. Халла попыталась увернуться и машина налетела на толстый гнилой пень. Передние колеса въехали на него, от резкого толчка все покатились по полу; вторая пара колес, однако, не сумела преодолеть препятствие. Машина повисла, насаженная на пень между первой и второй осью, в то время как жуткий ночной кошмар уже навис над ними.
Черная пасть широко распахнулась и тут же плотно сомкнулась на задней части машины с такой силой, которую трудно было ожидать от создания, тело которого казалось резиновым. Приказывать покинуть машину не пришлось — все мгновенно сами выкатились из нее.
Кии оказался последним. Он выпустил финальный залп в частично раскрытую пасть и едва тепел отскочить до того, как машина взлетела в Все бросились врассыпную, пытаясь отыскать, где бы укрыться, и ничего не находя. Ни гор, куда можно было бы вскарабкаться, ни пещер, куда можно было бы спрятаться. Кроме всего прочего, приходилось внимательно смотреть под ноги, ведь земля могла поглотить их с тем же успехом, что и гигантский червь, ползущий по пятам.
Послышался хруст. Оглянувшись на бегу, Люк увидел, что вандрелла жует машину точно лакомый кусок. И на дерево не залезешь, подумал он, если не хочешь, чтобы тебя постигла та же судьба.
Единственное, что их могло спасти, это так или иначе спрятаться, исчезнуть из поля зрения вандреллы — и молиться о том, чтобы ее обоняние не оказалось под стать размерам.
Возможно, тупоумная тварь принадлежала к столь примитивному виду, что перестав видеть добычу, тут же забудет о ней и решит, что та попросту больше не существует.
— Сюда! — закричал Люк, резко сворачивая налево.
Лейя послушалась, а Халла, которая немного вырвалась вперед и оказалась зажата между йюзземами, не услышала его призыва и продолжала бежать в прежнем направлении.
Спустя несколько минут она почувствовала, что устала, и замедлила движение. И только тут додумалась оглянуться, но не увидела ничего кроме гигантского, фосфоресцирующего в тумане белого червя.
Она остановилась, йюзземы сделали то же самое.
— Эта тварь ползет в другом направлении! — воскликнула она.
Тяжело дыша и отдуваясь, Хин кивнул. Все трое принялись осматриваться по сторонам, пытаясь разглядеть в тумане остальных.
— Люк, мальчик! — позвала Халла. — Теперь можно выйти. Она отвязалась от нас.
Ответом ей были лишь обычные для джунглей звуки и взгляды из тумана.
— Выходи, Люк, — добавила она, начиная нервничать, — не надо морочить старой Халле голову.
Кии тоже издал зычный рев. Халла подскочила и зажала ему рот, но тут же отдернув руку, прижала ее к своим губам и покачала головой, тыча пальцем в сторону исчезающей в зарослях вандреллы, не успевшей уползти далеко. Кии понимающе кивнул и закричал снова, но уже значительно тише. Тут же печально засвистел Р2Д2.
— Люк! — снова позвала Халла, теперь уже не на шутку тревожась.
Все трое принялись обыскивать окружающие кусты, но без толку — Люк и принцесса как сквозь землю провалились. Спустя несколько минут Халла подозвала йюзземов и сказала, оглядываясь назад: — Надеюсь, эта тварь не сожрала их… Они бежали прямо следом за нами.
Все уставились в ту же сторону, страстно надеясь, что Люк и Лейя сумели увернуться от прожорливого зверя.
— Может, они под каким-нибудь деревом спрятались, — высказал предположение Ц-3ПО.

***

Однако он ошибался. Люк и принцесса пока еще были целы, но отвязаться от своего преследователя им не удалось. Когда они выкатились из машины, чудовище, несмотря на глупость, все же заметило, где именно зашевелились кусты. Сожранная машина показалась не слишком аппетитной, и покончив с ней, монстр свернул в ту сторону, куда побежала более мелкая, но явно и более питательная добыча.
Но тут произошло чудо — с точки зрения вандреллы. Бегущая еда каким-то непонятным образом разделилась на две части. Примитивный ум рассудил, что вкуснее та, которая ближе. Забыв про Халлу и ее спутников, вандрелла свернула вслед за Люком и Лейей.
— Она все еще преследует нас, — тяжело дыша, бросил на бегу Люк.
И кинулся на помощь Лейе, которая споткнулась об искривленный корень.
— Не знаю… на сколько еще у меня… хватит сил, Люк.
— Я тоже, — выдохнул он, напряженно обегая взглядом кусты в надежде найти что-то — что угодно! — где можно было бы спрятаться.
— Может, залезем на дерево?
— Я уже думал об этом, но тварь в состоянии стащить нас с любого самого большого дерева. Или просто сломать его.
— Она уже догоняет! — хрипло, испуганно воскликнула Лейя, оглянувшись через плечо.
Наконец Люк заметил то, что показалось ему грудой обычных скал.
— Туда! — показал он.
Пока они карабкались вверх, стало ясно, что это не природное образование, а искусственное сооружение. Все камни имели шестиугольную форму и плотно прилегали друг к другу без каких-либо признаков цемента или шпаклевки. Наверху оплетенной ползучими растениями стены в форме цилиндра стоял странный деревянный треножник с каким-то красящим веществом.
— Похоже на церемониальный сосуд, — высказала предположение принцесса, когда до него оставалось всего несколько метров. — Или, может быть, тут накапливается вода, которую используют в сухое время года.
Она оглянулась. Безжалостная тварь продолжала преследовать их. Как раз в этот момент Люк, занеся ногу над стеной, бросил взгляд по ту ее сторону и в ужасе отпрянул. Внутри находилась яма окружностью девять-десять метров. Туман заметно пригасил солнечный свет, и все же его вполне хватило, чтобы разглядеть какой устрашающе глубокой и пустой была эта бездна.
Затаив дыхание, принцесса тоже посмотрела вниз.
— Люк, нам нельзя…
Но он уже бежал по краю бездны, по дороге крикнув: — Сюда, Лейя!
— Люк, нам нельзя оставаться… — торопясь вслед за ним, начала было она, но он покачал головой, указывая на что-то внутри стены.
Она наклонилась, вглядываясь. Там, где они остановились, часть стены отсутствовала. В результате получилось нечто вроде ворот, обрамленных каменной кладкой с непонятными надписями. Справа и слева от входа стояли небольшие столбики, оплетенные ползучими растениями, которые спускались в мрачную бездну и, переплетаясь, образовывали своего рода лестницу.
— Люк, я не понимаю… — снова начала было принцесса.
Он спрыгнул на землю, ухватился за одно из ползучих растений и потянул его изо всех сил. Оно казалось очень прочным. Вандрелла приближалась, сейчас она находилась на расстоянии всего пятнадцати метров и уже распахнула зубастую пасть, испуская низкое, утробное завывание, от которого кровь стыла в жилах.
Это заставило Люка решиться.
— У нас нет выбора, — заявил он.
— Спускаться туда, Люк? — принцесса покачала головой. — Невозможно. Мы не знаем, что…
— Лучше погибнуть в черной дыре, — твердо возразил он, — чем пойти на завтрак какому-то монстру, — он заглянул вниз и подтолкнул принцессу вперед. — Пошли. Эта штука выдержит обоих.
И Люк начал спускаться.
Бросив последний взгляд на распахнутую пасть, которая колыхалась уже совсем рядом, принцесса уцепилась за растение, свесила обе ноги с края ямы и тоже начала спускаться. Нельзя сказать, что там было темно, как ночью. Но достаточно, чтобы Люку приходилось нащупывать каждую следующую ступеньку. В какой-то момент, сделав слишком быстрое движение, он едва не свалился и стал лихорадочно нащупывать ступеньку правой ногой.
Ее не было.
Он добрался до нижнего края лестницы.
— Осторожно! — крикнул он Лейе.
Негромко, но эхо усилило голос, придав его звучанию замогильный оттенок. Подняв голову, Люк едва смог различить испуганное лицо принцессы.
— Что… Что случилось?
— Лестница кончилась.
Под ногами была все та же непроглядная тьма. Однако когда глаза Люка привыкли к сумеречному свету, ему показалось, что он разглядел что-то над головой, чуть выше и правее.
Поднявшись на несколько ступенек, он коснулся ног принцессы. успокоив ее, потянулся вправо и увидел уступ, который заметил раньше. Шириной не больше метра, но над ним и параллельно ему примерно на уровне пояса тянулся еще один толстый жгут вьющихся растений. Люк осторожно уцепился за него одной рукой.
— Здесь уступ, Лейя, — объяснил он и протянул ей руку.
Она шагнула на уступ, ухватилась за ползучие растения и перевела взгляд на скалу под ногами.
— Он составляет со стеной единое целое, — с уверенностью заявила она. — Интересно, кто это сделал и с какой целью?
— Да, хотелось бы знать. Жаль, что Халлы нет здесь. Спорю, она объяснила бы нам.
Они мгновенно смолкли, когда над головами послышался громкий скребущий звук, усиленный отражением от стен. Прижавшись к стене, оба посмотрели вверх, но звук не повторился.
Ощутив прикосновение теплого тела, Люк опустил взгляд. На фоне слабого света, пробивающегося сквозь отверстие наверху, принцесса казалась прекраснее, чем когда-либо.
— Лейя, я…
Снова поскребывание, более громкое, более зловещее. Сверху свалились несколько камней и пролетели мимо. Люк и Лейя изо всех сил вжимались во влажный, неподатливый камень, пытаясь слиться с ним.
Далеко внизу послышалось громкое «баммс» — по-видимому, один из упавших камней ударился о что-то. Совсем не обязательно о дно.
Они замерли, не дыша и вглядываясь в туманное пятно солнечного света над головами. Потом, медленно наползая, в поле зрения возникло нечто, поначалу больше всего напоминающее темное облако, набежавшее на солнце. Из горла принцессы вырвался сдавленный крик, Люк не мог двинуть ни рукой, ни ногой.
Голова огромного червя перекрыла отверстие, раскачиваясь в поисках сбежавшей добычи туда и обратно, точно маятник.
В отчаянии оглянувшись по сторонам, Люк заметил на другом конце выступа небольшое отверстие в стене.
— Не отставай, — шепнул он принцессе.
Видя, что она не двигается, Люк схватил ее за руку и потащил за собой. Еле-еле перебирая ногами, она, как зачарованная, не сводила взгляда с ужасного монстра над головой.
Отверстие оказалось достаточно большим, чтобы вместить обоих. И настолько высоким, что Люку не пришлось наклоняться. И Люк, и Лейя испытали острое чувство облегчения, сойдя с узкого уступа.
Кто знает? Может быть, тварь наверху была восприимчива именно к эмоциям. Как бы то ни было, что-то, несомненно, привлекло ее внимание. Огромная голова внезапно прекратила свое движение и повернулась вниз.
— Она видит нас! — одними губами пролепетала принцесса, так сильно вцепившись в руку Люка, что ему стало больно. — Люк, она видит нас!
— Может… Может, она просто заглядывает в яму, — с надеждой, но безо всякой уверенности ответил Люк.
Скользя по краю, отчего вниз снова полетели камни, голова медленно опускалась к ним. В ее широко распахнутой пасти было темнее, чем в самой бездне внизу.
— Она опускается, — прошептала принцесса. — Ищет нас, Люк.
— Не дотянется.
Тем не менее он принялся нащупывать пистолет, но не обнаружил его. Наверно, потерял, когда они вывалились из машины. Его рука скользнула к рукоятке лазерного меча.
Послышался тягучий стон. Вниз полетели новые камни, ударяясь о стены ямы.
— Интересно, какой она длины? — пробормотал Люк.
— Трудно сказать. Я не успела как следует рассмотреть ее. Она кажется бесконечной…
Вандрелла была уже примерно в десяти метрах над ними и продолжала опускаться. Теперь уже не вызывало сомнений, что она их видит.
— Как думаешь, она способна изогнуться? Она такая ловкая.
— Не знаю, — пробормотал он, конвульсивно стискивая рукоятку меча.
Потом огромный червяк, казалось, просто прыгнул вниз. Принцесса вскрикнула, эхо раскатилось, отражаясь от стен. Люк сорвал лазерный меч с пояса и активировал его.
Однако вандрелла вовсе не нападала на них. Слишком далеко она опустилась, вес свисающей вниз части оказался больше веса оставшейся наверху, и она просто упала. Пронеслась мимо, точно ракета, точно бесконечный водопад слабо мерцающей плоти. Наклонившись, они увидели, как она уменьшилась до точки, до булавочного острия и… исчезла в темной глубине. Падая, гигантское создание колотилось о стены, и эхо усиливало эти звуки. Когда все кончилось, и принцессе, и Люку едва не стало плохо при мысли о том, какой ужасной смерти они только что избежали.
Дрожащей рукой Люк деактивировал лазерный меч и повесил его на пояс.
Только теперь до принцессы дошло, как плотно они оказались прижаты друг к другу. Возникло острое ощущение неловкости. Следовало чуточку отодвинуться, непременно. Следовало — но не хотелось. Она была совершенно измотана, а Люк казался таким надежным, таким… Прислоняясь к нему, она чувствовала себя гораздо спокойнее, и это, в конечном счете, было ценнее всяких приличий.
Они замерли, время остановилось. Люк обнял ее за плечи, она не сопротивлялась. Правда, и не потянулась к нему, охваченная страстным желанием, но ему и этого было достаточно. Сейчас, по крайней мере. Он был счастлив.
Спустя вечность сверху донесся голос, такой тихий, что Люк не был уверен, что в самом деле слышал его.
— Люк, мальчик… Вы тут, внизу?
Они обменялись взглядами. Люк немного высунулся из ниши, куда они забились, посмотрел вверх и увидел склонившиеся над ними лица. Два — полностью заросшие шерстью, одно золотистое и еще одно металлическое.
— Халла?
Сверху донеслось взволнованное щебетание. Хин, несомненно. Когда истерическая радость поутихла, Халла снова окликнула его.
— С вами обоими все в порядке, масса Люк? — спросил Ц-3ПО.
— По-моему, да, — ответил он. — Зверюга упала вниз.
— Я думала, вы бежите за нами, — это снова был голос Халлы. — Рада, что вы уцелели.
— Мы тоже, — воскликнула принцесса, быстро обретая свою обычную уверенность. — Через минуту мы присоединимся к вам.
— А вот и нет, — мрачно возразил Люк и остановил принцессу, взяв ее за руку. — Гляньте туда.
Падая, вандрелла задевала стены ямы, обдирая их. Сейчас они выглядели так, словно по ним прошелся гигантский шлифовальный камень. Лестницы из переплетенных ползучих растений, по которой они спустились, больше не существовало, так же как и половины выступа.
— Мы не можем подняться, — крикнул Люк, обращаясь к тем, кто с тревогой наблюдал за ними сверху. — Лестницу сорвало. Нет ли какого-нибудь другого выхода?
Никакого ответа. На некоторое время лица исчезли из поля зрения. Это заставило сердце Люка тревожно сжаться, но в конце концов они появились снова.
— Лианы, которые растут поблизости, не вызывают у меня доверия, — крикнула Халла. — Те, из которых сплели эту лестницу, были привезены откуда-то издалека, так мне кажется. Но тут наверняка есть другой путь наружу.
Люк выглянул из ниши и осмотрелся.
— Другой путь? О чем ты толкуешь, Халла?
— Где вы стояли, когда этот червяк пролетел мимо?
— Тут в стене есть ниша, на самом краю выступа, — объяснил он.
— Ага, выступ, — с явным удовлетворением повторила она. — Ниша большая?
— Мы там поместились вдвоем.
— Понятно. Вы в шахте ковей, парень.
— В чьей? — нахмурившись, спросила принцесса.
— Ковей, дитя, — повторила Халла. — Я уже говорила вам, что на Мимбане и прежде были, и сейчас есть множество туземцев. Ковей состоят в родстве с зеленявками из здешних городов, но в них нет их мерзкого раболепства. Они живут под землей, вот почему о них так мало известно. Но они используют старые треллские колодцы в тех редких случаях, когда выходят на поверхность. Кроме, конечно, естественных отверстий в земле.
— Сначала ковей, теперь еще треллские колодцы, — пробормотал Люк, вглядываясь в мрачную глубину. — Что за треллские колодцы?
— Дыры, которые просверлили в земле трелла, — объяснила Халла. — Ну, это так говорится — колодцы. Никто не знает, для чего они на самом деле использовали их. О трелла вообще мало что известно. Может, они строили и храмы тоже.
— В любом случае, все они давным-давно умерли, а ковей живехоньки. Если ты вернешься в свою нишу, то наверняка найдешь там выход во внутренний коридор.
— Хорошо, поищу, — ответил Люк.
— Ковей никогда не заделывают свои выходы на поверхность, — продолжала Халла. — Давай выбирайся оттуда, а я обшарю все тут поблизости и найду внешнее отверстие. Там и встретимся.
— Все бы ничего, — в голосе Люка появились нотки надежды, — но вот как быть со светом? Я могу включить аварийный фонарик или поставить на малую мощность меч, но не хочется тратить на это энергию.
— Ищи коридор, и если это то, что я думаю, то света там будет в избытке, — уверенно заявила Халла. — Поверь, я знаю, что говорю.
— Ладно, попробуем, — согласился Люк. — Встретимся наверху, — он повернулся, чтобы уйти, но потом заколебался и снова крикнул, глядя вверх: — Халла?
— Да, Люк?
— Что делать, если мы наткнемся на ковей?
— Они не очень многочисленны и стараются не попадаться никому на глаза, — ответила Халла. — Маловероятно, что вы столкнетесь с ними. Но если и попадется парочка, они, скорее всего, испугаются и убегут. Они не приручены, как зеленявки. И знают о нас ровно столько же, сколько и мы о них… Так, по крайней мере, мне кажется. Без конца появляются сообщения, что на них натыкаются неподалеку от городов, но стоит кому-то погнаться за ними, и они исчезают. Скорее всего, они робкие и мирные.
— Неплохо бы, — в голосе Люка послышалось беспокойство.
— На худой конец, у тебя есть лазерный меч. Рука Люка потянулась к оружию, оно придало ему уверенности.
— Ладно. Подожди секунду, не уходи, — он повернулся к Лейе, но ее нигде не было. — Лейя? — громко позвал он.
Вспыхнувший было страх растаял, как только она появилась спустя несколько секунд.
— Здесь есть туннель, очень похожий на то, о чем говорит Халла, — весело сообщила принцесса. — И у меня есть фонарик, — она взмахнула рукой, в которой горел крошечный огонек. — Туннель сразу же расширяется.
— В каком направлении он идет?
— Примерно тридцать один градус к востоку, — она постучала пальцем по своему компасу.
— Тридцать один градус к востоку, Халла! — крикнул он, задрав голову.
— Порядок, парень! Туда мы и отправимся. У вас есть какая-нибудь еда?
Они торопливо обшарили свои поясные сумки и обнаружили больше, чем ожидал Люк.
— У нас есть концентраты, которых хватит на неделю. Надеюсь, с водой тут проблем не будет.
Халла захихикала, звук гулко отдавался от стен.
— Разве что ее окажется слишком много, парень. Из того, что мне известно о туннелях ковей, мы с вами должны встретиться дня через два-три. Свет, еда, вода… Топайте, ребятки. Мы найдем вас.
Кии и Хин прощебетали что-то с оттенком одобрения, и физиономии наверху исчезли.
— Пожалуйста, будьте осторожны, сэр, — крикнул напоследок Ц-3ПО.
И тоже скрылся.
Люк постоял еще немного, глядя на манящий круг затянутого туманной дымкой солнечного света над головой. Небо, казалось, было совсем рядом. увы… Как говорится, близок локоть, да не укусишь.
— Они уже в пути, — сказал Люк принцессе и включил фонарик. — Нам тоже пора.

ГЛАВА 9

Они шли уже в течение минут десяти, когда Люк задумчиво произнес: — Я все думаю — может, нам было бы лучше подождать в этой нише, пока Халла с йюзземами вернулись бы в город и принесли оттуда веревку покрепче. Хин, с его мощными руками, смог бы вытащить нас отсюда.
Лейя перешагнула через небольшую груду камней.
— Думаешь, она согласилась бы вернуться в город без кристалла, рискуя напороться на Граммеля?
— Какая разница, с кристаллом или без него? Лейя снисходительно посмотрела на него, точно на большого ребенка.
— Ты что, Люк, еще не понял, что она собою представляет? Ведь она верит, что с помощью кристалла сможет превратить Граммеля в жабу.
— Лейя, все, что она думает о кристалле, — не выдумки.
— Ты так считаешь? — прежде чем заговорить дальше, принцесса тщательно взвесила каждое слово. — Подумай хорошенько, Люк. Халла ведет себя как очень убежденный, целеустремленный человек. Но ведь она потратила годы, гоняясь, фактически, за мифом. Лично для меня совершенно ясно — она искренне верит, что кристалл Кайбурр обладает сверхъестественным могуществом.
— Понимаю, что ты хочешь сказать. Ладно, может быть, она и в самом деле проявляет некоторую фанатичность в отношении этого кристалла, но…
— Фанатичность? — принцесса вздохнула. — Люк, бедная женщина находится во власти иллюзий, неужели ты не видишь этого? Мечты полностью заслонили от нее реальность. Но, больная или здоровая, она нужна нам, чтобы выбраться с этой планеты.
— Кристалл — не иллюзия, — кротко возразил Люк. — Он вполне реален. Если этот губернатор Эссада со своими людьми доберутся до него раньше нас…
Она вздрогнула.
— Эссада, да. Я почти забыла о нем.
— Лейя, почему ты так боишься имперских властей? — как можно мягче спросил Люк. — Что такое Мофф Таркин вытворял с тобой на Звезде Смерти до того, как мы с Хэном Соло спасли тебя?
Она посмотрела на него взглядом, затуманенным воспоминаниями.
— Может быть, когда-нибудь я расскажу тебе об этом, Люк. Но не сейчас. Я не… Все еще слишком… не забыто и может ожить, если я стану вспоминать.
— Боишься, что это может произвести на меня слишком тяжелое впечатление? — напряженно спросил он.
— О нет, Люк, не на тебя, — торопливо поправила она его. — Не на тебя. Меня волнует собственная реакция. Стоит начать вспоминать о том, что они там со мной делали, как я чувствую, что буквально рассыпаюсь на части.
Некоторое время они продолжали идти в молчании.
— Тебе не кажется, что тут становится светлее? — спросила принцесса в конце концов с несколько наигранным оживлением.
Люк заморгал, точно просыпаясь. Ужасное, опаляющее ощущение, на протяжении нескольких последних минут владевшее им, начало потихоньку меркнуть, когда он попытался вникнуть в суть ее вопроса.
Да, определенно тут было светлее. Фактически, стало почти совсем светло.
— Выключай фонарик, — сказал он, и сам сделал то же самое.
Сначала снова вокруг как будто потемнело, но стоило глазам привыкнуть, и стало светлее. Свет имел голубовато-желтый оттенок и почему-то напоминал лазерный луч.
— Вон, смотри, — принцесса показала на участок каменной стены, который светился особенно ярко.
Люк наклонился поближе. Складывалось впечатление, будто сама скала испускает этот свет.
— Нет, — возразила она, когда он высказал свое предположение, — приглядись получше. Вот.
Она поскоблила камень ногтями. Теперь свет исходил от ее рук, холодно сияя на них; потом постепенно померк.
— Это какая-то растительность, — сказала она. — Плесень, лишайник… не знаю. Я не ботаник. Помнишь? Именно об этом говорила Халла, — стряхнув живой свет с рук, она оглядела постепенно уходящую в глубину пещеру. — Здесь, внизу, совсем другой мир, но теперь он не кажется мне таким пугающим.
Постепенно туннель перестал так заметно снижаться и расширился до размеров самой настоящей пещеры. Стали попадаться свисающие с потолка разноцветные сталактиты, минеральные примеси делали их похожими на нарядные подвески, покрытые фосфоресцирующей растительностью. «Музыкальное сопровождение», создаваемое падающими каплями, дополняло картину.
Впереди послышался отдаленный рокот. Люк и Лейя насторожились и замедлили шаг. Однако это оказался всего-навсего подземный ручей. Безостановочно журча, он бежал параллельно их пути — жизнерадостный проводник и товарищ. Они прошли мимо дыры в своде пещеры. Сквозь нее бежала вода, исчезая в бездонном водоеме.
Еще дальше они наткнулись на лес миниатюрных спиралей. Гротескно искривленные кристаллы гипса, изгибаясь самым невероятным образом, вопреки всем законам тяготения, росли из пола, стен и потолка. Многократно отражая свет, они мерцали так ярко, что почти ослепляли.
Кроме светящейся не то плесени, не то лишайника, на стенах и полу росли самые разнообразные, источающие свет растения больших размеров. Некоторые напоминали огромные грибы. Другие больше всего походили на гигантскую траву, навеки застывшую внутри стекловидного вещества, покрывающего его. Когда принцесса случайно задела такое растение, обнаружилось, что они обладают еще одним удивительным свойством.
Раздался мелодичный звон. Испугавшись, Лейя отпрыгнула в сторону, но потом решила поэкспериментировать и слегка ударила по стволу костяшками пальцев. Звон повторился.
— Полый, наверно, — высказал предположение очарованный Люк.
— Что они такое, растения или минералы?
— Понятия не имею, — признался он. И ударив по другому растению, тоже был вознагражден звоном, но уже совершенно иным.
Они с Лейей обменялись улыбками, и пещера тут же наполнилась жизнерадостным напевом. Словно расшалившиеся дети, они снова и снова ударяли по сверкающим стволам, и те в ответ пели им свою песнь.
Наконец эта забава утомила их. Они продолжили путешествие, жуя кубики с концентратами и рассуждая о том, правильно ли идут. Вообще-то это не вызывало никаких сомнений.
— Смотри, здесь нет ни одного большого камня, — сказал Люк. — Ясно, что дорогу специально расчистили. Хотя странно, что не видно никаких следов.
— Почва слишком твердая, — ответила принцесса. — Но место прелестное, просто сказочная страна. Если Мимбан когда-нибудь будет освоен официально, все должны поселиться под землей, — она не без удовольствия сделала изящный пируэт. — Здесь внизу так мирно, так чисто, что я почти…
Она испуганно вскрикнула и начала проваливаться вниз.
Бросившись на землю, Люк протянул ей руку. Ее пальцы заскользили вдоль нее, пока в конце концов не уцепились за запястье. Так, держась за его руку, принцесса закачалась над пустотой. Люк изо всех сил старался удержаться на месте, но чувствовал, что его ноги тоже начинают скользить.
— Не могу удержаться… Люк… — сказала она, тяжело дыша.
— Ухватись второй рукой, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
Потянувшись вверх, она обхватила его за предплечье левой рукой. Это движение стоило ему еще нескольких сантиметров соскальзывания к роковому краю.
Совсем рядом из земли торчал большой сталагмит. Если Люк ошибся и сталагмит вырос на точно такой же тонкой корке, сквозь которую провалилась принцесса, их обоих ожидает тот же конец, что и гигантского червя. Напрягая все мышцы, Люк потихоньку пододвинулся к сталагмиту, оторвал от земли левую руку и обхватил ею каменный столб. Скольжение вперед приостановилось, но теперь возникла опасность, что он не удержит принцессу.
В конце концов ему удалось начать медленно отползать назад, используя сталагмит в качестве опоры и чувствуя, как мелкие камни врезаются в грудь и живот. Продолжая двигаться в том же направлении, он перешел в сидячее положение и уперся в основание сталагмита левой ногой. Теперь можно было использовать для вытаскивания принцессы и вторую руку.
Он с такой силой упирался левой ногой, что мышцы завибрировали от напряжения. Голова принцессы показалась из дыры. Она была уже совсем рядом, когда послышался негромкий треск, и сталагмит треснул у основания. Обхватив его с другой стороны правой ногой, Люк с неистовой силой уперся обеими ногами.
И — выдернул принцессу из провала. Спустя мгновение треснувший сталагмит не выдержал, и сила его толчка заставила Люка заскользить к темной зияющей бездне.
Принцесса вцепилась в его руку, дернула изо всех сил. Теперь и Люк откатился в сторону и лежал на груди, часто и тяжело дыша.
Казалось, они лежали так долго-долго, не замечая уходящего времени. Потом их взгляды встретились и…
Принцесса быстро села и принялась отряхиваться. Комбинезон порвался, пока Люк тащил ее по зазубренному краю трещины и обломкам камней, которыми был усыпан пол пещеры. Люк тоже сел, массируя правую руку.
— Может быть, — в конце концов заговорила Лейя, — подземелье и не самое лучшее место в этом мире.
Не произнеся больше ни слова, они встали. Люк ощупывал землю перед собой, пока они не обогнули трещину и не выбрались на твердое место. Провал казался таким же бездонным, как яма в треллском колодце.
Внезапно участок земли под ногами Люка немного подался вниз. Он оглянулся по сторонам и кивнул в сторону ручья, который все так же весело журчал, прокладывая рядом свой путь.
— Около него земля кажется тверже.
— Она выглядела точно так же и там, где я провалилась, — напомнила ему принцесса.
Люк перевел взгляд на потолок. Там, над ямой и сразу же вслед за ней, свод изгибался наподобие выпуклой чаши, в то время как над ручьем и слева от него сверху свисали сталактиты.
— Думаю, нужно перебраться на другой берег, — решил он.
Так они и сделали, но Люк продолжал ногой ощупывать почву перед собой. Принцесса шла чуть сзади, держась за его руку. Наконец они вышли за пределы изогнутого в виде чаши свода над головой и оказались там, где с него густо свисали сталактиты.
Просто на всякий случай Люк достал лазерный меч, активировал его и потыкал клинком в почву перед собой. Камень с шипением вскипел и сплавился. Наклонившись, Люк бросил в дымящуюся дыру маленький голыш и почти сразу же с удовлетворением услышал, как тот ударился о дно.
Дальше они двигались уже спокойнее, однако восхищение красотой подземного мира заметно пошло на убыль.
— Хорошо бы выбраться отсюда поскорее, — заметил Люк.
Дорога по-прежнему оставалась на том же уровне, а не поднималась вверх, как они надеялись. По правде говоря, она даже еле заметно уходила вниз. Туннель становился все шире. Свернув в очередной раз за угол, они резко остановились.
Перед ними лежало огромное подземное озеро. Несмотря на свет фосфоресцирующей растительности, его размеры не позволяли разглядеть противоположный берег. Вода казалась черной, как душа Императора.
Дорога сворачивала влево, тянулась вдоль берега и исчезала примерно в метре от стены.
— Вот, наверно, почему мы до сих пор не заметили никаких признаков ковей, — высказал предположение Люк. — Эта часть дороги ушла под воду. По-видимому, это случается довольно часто и зависит от уровня осадков.
Он зашел в воду по грудь, но потом вернулся.
— Плохо. Слишком глубоко.
— Но, по-моему, у нас нет другого выхода, — заметила принцесса, с неприязнью глядя на глянцево-черную поверхность. — Пути назад нет.
— Интересно, мы по-прежнему движемся в направлении тридцать один градус на восток? — Люк взглянул на свой компас. — Немного южнее. На том берегу тропа, наверно, снова выравнивается. Надеюсь, по крайней мере. Но в каком-то смысле озеро — хороший знак. Может быть, почва на том берегу начинает подниматься, раз здесь собралось так много воды. Интересно, какая тут глубина?
— Понятия не имею, — принцесса вошла в воду, наклонилась и коснулась дна. — Но вниз оно уходит довольно круто.
Взгляд Люка скользнул в сторону. Другой берег ручья, вдоль которого они шли, был покрыт зарослями водяных растений. По-видимому, их появлению здесь способствовал постоянный и обильный приток питательных веществ. На черной поверхности плавали огромные листья тусклого желто-коричневого цвета и округлой формы. Наверху их слегка заостренные концы сходились вместе.
— Даже думать не смей о том, — сказала Лейя, заметив, куда он смотрит, — чтобы плыть на этих штуках.
— Я вообще плавать не умею, — сухо признался Люк и зашагал в сторону растений.
Перепрыгнул ручей и, склонившись над листьями, заметил, что у некоторых из них чуть пониже поверхности воды были сломаны черенки.
— Похоже, что ковей их уже использовали.
— А может, они сами оторвались, — пробормотала принцесса, но так тихо, что Люк не расслышал ее.
Ради пробы он шагнул на один из этих плоских листьев, двух с половиной метров в диаметре. Под давлением веса Люка желтая поверхность спружинила как губка. Но, тем не менее, не разорвалась.
Он неустойчиво двинулся по листу и, сжав губы, несколько раз с силой подпрыгнул в воздух. От толчка лист каждый раз уходил под воду, но остался цел.
Убедившись в его прочности, Люк подошел к краю, заглянул вниз и увидел толстый стебель, связывающий лист с дном озера.
— Хочу срезать вот этот, — сообщил он.
— Интересно, чем? — принцесса скептически посмотрела на него. — Лазерным мечом? Не знала, что они действуют под водой.
— Действуют, и даже лучше, — в который раз храбро соврал он. Он никогда не пробовал падать вместе с мечом в воду.
Он активировал меч и сунул его в поток. Зеркальная поверхность воды тут же вспенилась пузырями, но под ней продолжал мерцать голубой свет, и интенсивность его нисколько не уменьшилась. Зато рукоять стала быстро разогреваться, чего раньше за ней не замечалось. Люк быстро выдернул меч. Принцесса следила за ним со скептическим выражением на лице.
После недолгих поисков удалось отыскать растение, достаточно высоко поднимающееся над водой. Понадобилась всего пара секунд, чтобы перерезать жесткую сердцевину стебля. Люк с удовлетворением отметил, что лист принял более вогнутую форму. Хорошо. Это обеспечит им хотя бы иллюзию устойчивости.
Люк подтянул лист поближе к берегу. Потом снова активировал меч, прорезал в задней части листа небольшую дыру, продел сквозь нее веревку из аварийного запаса и привязал их «судно» к сталагмиту на берегу.
— А вот это можно использовать в качестве весел! — окликнула его принцесса.
Она прошла дальше вдоль берега. Люк догнал ее и увидел множество прозрачных селенитовых кристаллов, свисающих со свода. Толщиной примерно сантиметра два, длиннее стоящего в полный рост человека, с острыми, кинжальными концами. Фосфоресцирующие растения, облепившие их и кое-где отсвечивающие красным, придавали причудливым образованиям вид стрельчатых окон.
— Слишком красивы, жалко ломать, — восхищенно заметил Люк. — И все же ты права… Из них получатся хорошие весла.
Уже в который раз прибегнув к помощи меча, он срезах четыре пики и сделал в них небольшие углубления, чтобы было удобнее держать. Потом они отнесли их к воде и осторожно положили на свой «кораблик», на котором надеялись переплыть озеро.
— Ну, в путь? — спросил он в конце концов. Лейя заколебалась и взглянула на хронометр.
— Мы идем уже почти шестнадцать часов, Люк. Если мы собираемся и впрямь попытаться переплыть озеро, я должна перед этим хорошенько поспать, по крайней мере целую ночь.
— Или весь день.
Отсюда невозможно было судить, что сейчас — день или ночь.
Люк нашел на берегу большие опавшие листья и оттащил их вверх по склону; получилось что-то вроде вполне приличного тюфяка.
— Спи сначала ты, — сказал он принцессе, когда они растянулись на мягкой подстилке. — Я не так устал и пока покараулю.
Она кивнула и заворочалась, устраиваясь поудобнее на чуть влажных листьях.
Спустя пару минут оба крепко спали…
Вздрогнув, Люк проснулся, сел и повел взглядом по сторонам. Ему показалось, что он слышал какой-то шорох. Однако все было тихо, если не считать несмолкающего журчания ручья, впадающего в озеро, и стука падающих сверху капель.
Взглянув на хронометр, он разбудил принцессу. Потирая заспанные глаза, она спросила: — Сколько я спала?
— Почти двенадцать часов, — он зевнул и признался. — Похоже, я тоже изрядно устал.
Они вскрыли свежие концентраты и с аппетитом сжевали их. Люк достал складную кружку и принес в ней прозрачной воды из ручья. Завтракая, они наблюдали за водяными насекомыми, которые беспокойно сновали по поверхности озера.
— Мне никогда и не снилось, что концентраты могут быть такими вкусными, — заявила принцесса, расправившись с последним кубиком и запив его несколькими глотками воды.
— Лично у меня настоящий аппетит проснется, лишь когда мы снова увидим солнечный свет, — ответил Люк, бесцельно скользя взглядом по водной глади. — Надеюсь, это озеро не так широко, как кажется. Не люблю передвигаться по воде.
— Ничего удивительного, — сочувственно сказала принцесса.
Она знала, что на Татуине, пустынном мире, где Люк вырос, открытые водоемы были такой же редкостью, как вечнозеленые растения.
Пора было приступать к делу. Они перешли на «борт» своей «шлюпки», держа в руках по селенитовому стержню. Люк отвязал веревку от сталагмита, смотал ее, повесил у пояса и оттолкнулся от берега. Лист заскользил по гладкой, точно смазанной жиром поверхности озера.
Не поддающийся контролю ужас охватил Люка. Его не покидало ощущение, будто под ними бездонная бездна. На самом деле дно, может быть, находилось всего на глубине метра, но темная вода не позволяла ничего разглядеть, и это пугало.
Точно водные насекомые, в сознании Люка проносились туда и сюда тревожные мысли. Что, если озеро тянется на сотни километров? Или разветвляется в разные стороны? Не имея никаких ориентиров, тут можно было блуждать целую вечность.
Разумнее всего было бы держаться стены, расположенной слева, той самой, у которой тропинка уходила под воду. Пересечь все озеро — это казалось немыслимым, а около стены, по-видимому, было мельче всего.
Разыгравшееся воображение рисовало одну жуткую картину за другой. Вдруг огромный подземный водопад осушит озеро, и их неудержимо потащит на скалы, которые никогда не видели дневного света? Однако постепенно, по мере того как их суденышко плыло все дальше и ничего страшного не происходило, стало ясно, что непосредственно сейчас им ничего не грозит. Водопад, к примеру. Превосходная акустика пещеры позволила бы издалека услышать его рокот.
Гребля оказалась совсем нелегким делом, и спустя час медленного скольжения Люку стало почти все равно, что именно ждет их на дальнем берегу озера, — лишь бы добраться до этого дальнего берега.
У него разболелись плечи и верхняя часть спины. А каково принцессе, подумал он. Однако она ни разу не пожаловалась, не высказала ни слова протеста, продолжая медленно, но равномерно загребать «веслом» воду.
Восхищаясь силой ее духа, Люк в то же время позволил себе предположить, что их приключения на Мимбане оказали смягчающее воздействие на ее характер. Заикнуться на эту тему у него не повернулся язык, но про себя он был благодарен судьбе, если это и в самом деле произошло.
— Почему бы тебе не передохнуть, принцесса, — предложил он в конце концов. — Какое-то время я и один погребу.
— Не смеши, — ответила она хоть и без особого энтузиазма, но достаточно твердо. — Глупо тратить силы не на то, чтобы продвигаться вперед. Эта штука под нами такая верткая, что начнет описывать круги, если ты станешь грести один. Давай лучше продолжать в том же духе и не тратить энергию зря.
Люк вынужден был согласиться с общераспространенным мнением, что в некоторых случаях лучше быть практичным, чем галантным. Они просто время от времени отдыхали вместе. Половина дня канула в вечность, а дальний берег, казалось, не стал ближе. Где-то около полудня — судя по часам — они остановились, чтобы перекусить. Течение в озере отсутствовало, и все время, пока они жевали разноцветные кубики, их «судно» не двигалось с места.
Высоко, высоко над головой с потолка свешивались гроздья сталактитов, создавая самые причудливые образования. Некоторые, наверно, весили несколько тонн. Длинные, тонкие — не толще человеческого пальца, — сплошь покрытые светящимся грибком-лишайником, они излучали в пространство огромной пещеры успокаивающий голубовато-желтый свет.
Вспомнив, что говорила Халла насчет воды на Мимбане, Люк усмехнулся. Она оказалась права! Было что-то магическое в том, чтобы окунуть кружку в черноту озера и наблюдать, как она наполняется, — цветовая гамма озера была столь богата оттенками, что возникало впечатление, будто эта чернота — свойство самой воды.
На вкус вода казалась более чистой и свежей, чем Люку когда-либо приходилось пробовать. Пока они молча пили и ели, Люк подумал, что ему сильно недостает присутствия их веселого «приятеля» — ручья; его несмолкающее журчание и бульканье действовали удивительно успокаивающе. Теперь приходилось довольствоваться лишь прерывистым и менее жизнерадостным перестуком капель, падающих со сталактитов над головой.
Перекусив, они продолжили плавание. Спустя несколько часов Люк предостерегающе положил руку принцессе на плечо и сделал знак, чтобы она перестала грести.
— Что такое? — прошептала она. Люк пристально вглядывался в абсолютно ровную поверхность озера.
— Прислушайся.
Заметно нервничая, Лейя так и сделала, одновременно не сводя взгляда с воды. Послышался слабый плеск.
— Это вода капает с потолка, — предположила она.
— Нет, — возразил Люк. — Слишком неустойчивый звук, капли падают более равномерно. Шум стих.
— Я больше ничего не слышу, Люк. Наверно, все же капли.
Люк с тревогой вглядывался в гладкую поверхность черного зеркала.
— Теперь я тоже ничего не слышу.
Он взял свое селенитовое весло, опустил его в воду и снова начал грести, время от времени останавливаясь и быстро оглядываясь то через одно плечо, то через другое. Пока, однако, позади ничего не было, кроме разве что его собственных страхов.
Его нервозность передалась и принцессе. И только она начала успокаиваться, как он снова вскинул руку.
— Стой!
Она вытащила весло из воды, на этот раз уже немного раздосадованная.
— Вот, опять то же самое! — напряженно произнес он. — Ты что, и впрямь не слышишь, Лейя?
Она не отвечала.
— Лейя?
Резко повернувшись, он увидел, что она стоит, неотрывно глядя на что-то в воде. С открытым ртом, но молча, будто онемела.
Вместо этого она ткнула пальцем вниз. Люк чисто инстинктивно потянулся к лазерному мечу еще до того, как заметил вереницу крупных пузырей, приближающихся к ним с быстротой летящей пули.
Пузыри остановились и пока больше не возобновлялись.
— Может… Может, оно ушло? — напряженно пробормотала принцесса.
— Может быть, — без особой убежденности согласился Люк.
И тут оно поднялось из воды.
Бледная фосфоресцирующая фигура неопределенной формы, по цвету совсем не похожая на вандреллу. Однако по сравнению с этим духом озера, в огромном червеобразном создании было хотя бы нечто узнаваемое.
Эта постоянно меняющаяся фигура не имела ни лица, ни чего-либо еще, хотя бы отчасти знакомого. Выбираясь из воды, она опиралась на толстые, короткие псевдоподии из какой-то белесоватой субстанции, ярко мерцающие в тусклом свете пещеры. Люку показалось, что он может видеть внутри создания странные, крутящиеся в водовороте образы.
Одна пульсирующая белым огнем рука ударила по хрупкому «судну». Люк рубанул по ней лазерным лучом, который, пройдя сквозь светящееся вещество, не причинил ему видимого вреда. Тем не менее странное создание втянуло конечность.
В следующий раз извивающееся щупальце нанесло удар самому Люку, и тот снова рубанул его лазерным лучом. Не было никаких признаков ни крови, ни какой-либо другой жидкости. Единственными звуками, сопровождающими сражение, были лишь плеск воды о покачивающийся губчатый лист и сердитое ворчание Люка.
Удары сыпались снова и снова, Люк парировал их лазерным мечом, попрежнему не причиняя созданию никакого вреда. Просто каждый раз конечность втягивалась обратно в тяжеловесное, мерцающее тело.
Потом извивающееся щупальце обхватило Люка сзади, пока он сражался с другой псевдоподией. Принцесса закричала. Каким-то образом Люку удалось удержаться за отогнутый вверх край их «суденышка»; оно слегка накренилось под его весом. К счастью, лист обладал такой высокой естественной плавучестью, что не опрокинулся.
Лейя протянула руку, чтобы помочь Люку выбраться, но тут что-то ухватило его снизу и дернуло в глубину. Принцессе пришлось отпустить его, чтобы самой не оказаться за бортом.
Она стояла, дрожа от страха, и всматривалась в глубину. Никаких признаков Люка. Потом он вынырнул на поверхность — не так уж далеко от нее, цепляясь за кого-то невидимого и отплевываясь. И кого-то кроша мечом. Лейя схватилась за весла. Наконец неведомый противник был повержен. Последним усилием Люк вцепился в край их «кораблика».
— Вытаскивай меня…
Удивительно, но принцессе удалось затащить его на борт и не перевернуть при этом их плавсредство. Насквозь промокший и все еще в шоке от своего купания, Люк стоял на листе на коленях.
— Смотри! — закричала Лейя.
Люк снова увидел ряд пузырей в воде, только теперь они удалялись от листа. Плеск был слышен еще на протяжении нескольких минут после того, как сами пузыри исчезли из вида.
Он без сил упал на спину и перевел взгляд на потолок, из-за сталагмитов похожий на подушечку для булавок.
— Ты победил, Люк. Прогнал его.
— Я в этом вовсе не уверен, — тяжело дыша, ответил он, чувствуя себя кем угодно, только не победителем. — Может, эта тварь просто устала и потому смылась, — он взглянул на выключенный меч. который по-прежнему держал в руке. — Или, может быть, лазерный луч показался ей не слишком питательным.
Он прицепил меч к поясу, со стоном сел и обхватил руками колени. Вода продолжала стекать с волос на лицо.
Лейя придвинулась поближе и неуверенно дотронулась до его плеча. Он взглянул на нее, а потом внезапно раскашлялся. Она уселась рядом и вдруг… зарыдала. Люк оглянулся по сторонам, но ничего особенного не увидел.
Наклонившись, принцесса продолжала рыдать, прикрывая рот ладонями. Заглушенный плач смолк лишь через несколько минут. Потом Лейя посмотрела на Люка и сказала, стараясь казаться спокойной: — Теперь мне лучше.
Она глубоко вдохнула пещерный воздух.
— Я просто думаю… Мне хочется поскорее убраться отсюда, Люк.
— Поверь, Лейя, — он взял ее за руку, — я хочу этого не меньше тебя.
Они обменялись понимающими взглядами, взяли весла и одновременно окунули их в черную воду.
Люка не покидало ощущение, что их полупрозрачный враг может наброситься снова, и тем не менее на протяжении нескольких часов все было тихо. А потом это стало уже не так важно — когда в конце концов они увидели дальний берег озера, который с каждым мгновением становился все ближе.
Однако это не была просто голая береговая линия.
— уж конечно, не ковей построили это, — благоговейно прошептал Люк.
Из песка перед ними вползала в озеро древняя пристань. Хотя никаких судов в поле зрения не было, длинная металлическая стрелка, уходящая далеко в воду, не оставляла сомнений в том, каково ее предназначение. Несмотря даже на непривычный, совершенно чужеродный вид.
Вдоль берега возвышалось множество разнообразных зданий, но. с какой целью, Люк определить не мог. Некоторые были сложены из камня, стены других были из металла, третьи представляли собой комбинацию того и другого. Но всех их объединяло одно — явные признаки старости. Время не пощадило ни одного здания. Сколько Люк ни вглядывался, окон он не заметил. Отверстия, которые, по-видимому, служили в качестве дверей, имели уплощенную овальную форму.
Они продолжали грести, пока лист не стал царапать по дну. Шагнув в воду и погрузившись до пояса, Люк протянул руки, чтобы поддержать принцессу. Однако она не торопилась; может быть, не столько боялась, сколько не чувствовала уверенности.
— Давай, — подбодрил ее Люк, — здесь не глубоко.
— Но мне не хочется окунаться в воду. Люк.
— Ничего страшного, — успокоил он ее, стараясь скрыть охватившее его нетерпение. — Здесь всего несколько шагов.
Она снова покачала головой. Вздохнув, Люк подошел к самому краю листа и расставил руки. Принцесса скользнула в них, и он отнес ее на берег. За время этого короткого путешествия она ни разу не открыла плотно зажмуренных глаз.
В конце концов они с удовольствием уселись на каменном бортике, ничуть не беспокоясь о том, уплывет их «судно» или нет. За их спинами неясно вырисовывались очертания города треллов.
— Ну, как ты теперь? — Люк наклонился, заглядывая в лицо принцессы. Она отвела взгляд.
— Все в порядке. Прости, что тебе со мной столько хлопот. Обычно я… лучше справляюсь с собой.
— Тебе не за что извиняться. Ни за то, что ты плакала. Ни за то, что испугалась, — он мягко улыбнулся. — Знаешь, как мне стало страшно, когда это чудище из воды выскочило на нас? Если бы я не был так занят, то тоже непременно завопил бы.
— О, меня не столько этот монстр напугал, — Лейя обезоруживающе улыбнулась, — сколько кое-что еще. Дело в том, что я тоже не умею плавать.
Люк сидел, недоверчиво глядя, как она выжимает воду из своего рваного комбинезона.
— Почему же ты ничего не сказала мне об этом, прежде чем мы отправились в плавание? — в конце концов спросил он.
Она криво улыбнулась.
— Что бы это изменило, Люк? Тропа исчезала в озере, — она сделала жест в сторону дороги, которая выползала из воды неподалеку от них и, извиваясь, уходила в подземный город. — Нам все равно пришлось бы пересечь озеро. Не слишком приятно, но куда денешься? Я не видела никакого смысла грузить тебя еще и своими детскими страхами, — она зашагала к тропе. — Смотри-ка, она тянется через город. Вот бы увидеть тех, кто построил его, — Лейя нетерпеливо оглянулась. — Ну, что же ты сидишь? Пошли.
Онемев от восхищения, он встал и догнал ее. Очень скоро стало ясно, что город — этот потрясающий лабиринт самых разноообразных строений — продукт ума, давным-давно исчезнувшего с Мимбана. Все было сделано чисто, аккуратно; качество и характер металлических деталей свидетельствовали о высоком уровне техники. Конечно, здания разрушались от времени, но уцелело гораздо больше, чем утратилось. Учитывая, что пребывание в подземелье замедляло естественную эрозию, город и впрямь, наверно, был очень, очень древний.
Отсутствие прямых углов и преобладание закругленных линий указывало на то, что обитатели города обладали прекрасным вкусом и архитектурными способностями. Красота убранства была еще одним удовольствием, недоступным людям примитивного уровня развития, чьи сооружения, как правило, возводятся в чисто утилитарных целях.
Что-то мягко стукнуло позади, Люк резко обернулся. Таинственные овальные провалы дверей глядели на него, точно глазные впадины отбеленных временем черепов. Принцесса нахмурилась и вопросительно посмотрела на него.
— Послышалось что-то, вот и все, — объяснил он.
На самом деле на душе у него стало неспокойно. Он и в действительности слышал что-то. Извилистая дорога уводила их все дальше в город, а у него мурашки бежали по телу от ощущения, что кто-то или что-то неотрывно смотрит в спину. Но хотя это чувство становилось все сильнее, каждый раз, резко оборачиваясь, он не видел и не слышал ничего. Никаких признаков движения, ни вздоха, ни других звуков.
Ему стало легче, когда здания вокруг начали редеть. Пустые дверные проемы манили, искушая — и очень сильно — заглянуть хотя бы в один дом и посмотреть, так же ли хорошо все сохранилось внутри, как снаружи.
Сейчас не время отвлекаться, напомнил он себе. Их первая и главная задача — искать выход, а не обследовать древний город. Хотя и очень хотелось.
Интересно, размышлял Люк, что стало причиной угасания наиболее развитых мимбанских рас, таких, как трелла и другие? Может быть, война, а может быть, постепенное вырождение, обусловленное тем, что более примитивные аборигены наподобие зеленых просто захлестнули их, подавили своей численностью.
Стук камня о камень. На этот раз, круто развернувшись, он заметил тень, мелькнувшую позади небольшой стены сталагмитов слева.
— Неужели ты и теперь ничего не слышала?
— В пещерах постоянно камни падают со свода, — ответила принцесса. — Мне понятна твоя реакция, Люк. Я сама вся на нервах.
— Дело тут вовсе не в моих нервах, — продолжал упорствовать он. — Кто-то идет следом за нами. Я заметил движение.
Не обращая внимания на возражения принцессы, Люк направился туда, где росли разноцветные сталагмиты. Ни шороха, ни звука.
Пригнувшись, он неслышно проскользнул к дальнему концу каменного леса и выглянул из-за него. По-прежнему ничего.
Люк!
Бен Кеноби мог бы гордиться им. Не отдавая себе в этом отчета, одним плавным движением Скайуокер выбросил руку, чтобы защититься от летящего в его сторону тела, и одновременно той же рукой вытащил и активировал лазерный меч.
Клинок разрезал создание пополам.
Люк бросился к принцессе. Она махнула рукой вперед, и он увидел, что путь им преградили еще два двуногих существа. Сзади тоже появились двое, потом их стало трое. Все они настороженно приближались к ним.
— Ковей, — пробормотала Лейя, отломила кусок сталактита и перехватила его наподобие кинжала.
Гуманоиды продолжали надвигаться. Стройные, покрытые мягким серым пухом. Глаза узкие, темные. На всех — что-то вроде коротких штанов, на поясе болтаются примитивные инструменты и множество амулетов. Последними были также украшены их плечи и шеи.
Вооружение составляли длинные, тонкие каменные копья, а у двоих были топоры с двумя лезвиями. Лазерный меч Люка, по-видимому, не вызывал у них ни малейшего страха, несмотря на недавнюю демонстрацию его смертоносных свойств. Трудно сказать, чем объяснялась подобная реакция. То ли тем, что во время вылазок на поверхность они уже познакомились с человеческой технологией, то ли, напротив, неведением.
Люк повел клинком — и двух копьеносцев разрубило пополам. Третий замахнулся на принцессу. Она блокировала удар каменным «кинжалом», обхватила нападающего ногой и шмякнула о землю. Уселась на него верхом и сталактитом размозжила ему череп. Послышался треск, во все стороны брызнула кровь.
Увернувшись от удара топора, Люк отрезал его владельцу обе ноги. К этому моменту к драке присоединились двое туземцев, подошедших позже. Одного Люк разоружил, откромсав ему руку вместе с копьем. Тот со стоном рухнул на землю, сжимая другой рукой опаленный обрубок.
Действуя более осторожно, чем его товарищ, второй тут же остановился и замахнулся копьем на Люка. Люк срезал кончик копья, туземец швырнул древко в Люка, развернулся и бросился бежать.
Люк повернулся к принцессе. Она искусно увертывалась то от копья, то от топора оставшегося аборигена, который так и ждал, что она допустит промах. Однако, увидев приближающегося Люка, абориген побежал.
Взвесив на руке лазерный меч, Люк швырнул его в противника. Меч по эфес ушел в спину на уровне поясницы. Существо рухнуло на землю и тут же отдало концы.
— Скорее! — принцесса подобрала топор, обороненный одним из убитых. — Нужно догнать того, который сбежал, чтобы он не смог предупредить других!
Люк вытащил меч и побежал следом за ней. Торопясь, они даже не заметили, что бегут уже вверх по склону, впервые с тех пор, как отправились в свое подземное путешествие.
Впереди лежала огромная груда упавших с потолка камней. Ковей добрался до нее и полез наверх. Продолжая бежать, принцесса примерилась и швырнула топор с такой силой и точностью, какой Люк (или кто-либо еще) никак не ожидал от нее. От удара в плечо абориген свалился по ту сторону каменного холма. — Ты его уложила! — воскликнул Люк. — Готов!
Тяжело дыша, они начали карабкаться вверх, и чем выше, тем ярче светились камни. Наверно, подумал Люк, те испускающие свет растения растут здесь гуще.
Однако сейчас флора Мимбана интересовала его меньше всего. Нужно было поймать и прикончить раненого ковей до того, как он приведет за собой целую армию. Они наконец добрались до вершины и.. .. замерли при виде того, что открылось их взорам.

ГЛАВА 10

Перед ними открывался огромный круглый амфитеатр, размером не меньше озера, которое они недавно пересекли. К стене пещеры на дальней стороне лепилось несколько маленьких одноэтажных домиков, конструктивно, однако, очень похожих на городские строения, оставшиеся позади. Правда, они отнюдь не находились в таком жалком состоянии, как дома в основной части подземного города. Кто-то явно поддерживал их в целости и сохранности. Земля вокруг была очищена от обломков, а стены и крыши, там где это требовалось, аккуратно починены В этих домах жили.
Внизу тот самый абориген, которого принцесса сбила с ног топором, держась за плечо, бежал к центру пещеры, где сгрудилась огромная толпа точно таких же покрытых пухом существ. Они стояли вокруг небольшого пруда, или, точнее, впадины, полной влаги, сочившейся с потолка. Слева от пруда пылал костер, сложенный из чего-то желто-коричневого, отдаленно напоминающего дерево.
Между прудом и костром к трем большим сталагмитам с помощью лиан были привязаны оба йюззема и старуха. Причем если Халлу привязали довольно слабо, то Хин и Кии были спеленуты точно мумии. Тут же находились и оба дроида, тоже опутанные лианами.
Вокруг толпились не меньше двухсот ковей, все при оружии, даже женщины и дети. Раненый, который все еще продолжал бежать к ним, теперь вопил что было мочи.
Люк попятился, но принцесса схватила его за руку.
— Куда нам бежать, Люк? Они догонят нас в считанные секунды, им известны тут все дорожки и тропинки. Если нам предстоит сражаться и умереть, пусть это произойдет здесь… По крайней мере, не на озере, — принцесса подобрала упавший топор.
— Лейя, мы…
Но она уже спускалась по склону.
К этому моменту раненый ковей добрался до своих и залопотал что-то, обращаясь к нескольким крупным мужчинам в головных уборах из камня, кости и прочего в том же духе. Кто-то оглянулся в сторону Люка и Лейи, послышались крики. Все взгляды обратились к двум людям, медленно приближающимся к толпе.
Люк выставил меч перед собой. Раненый взволнованно показал на это оружие и забормотал что-то.
Когда они подошли к ковей вплотную, Люк сделал жест — как он надеялся, доброжелательный и успокаивающий. Толпа раздалась с неуверенным ропотом. Люк и принцесса прошагали между рядами аборигенов к трем пленникам. Похоже, меч всетаки произвел на ковей впечатление.
— Они растерялись, — прошептала принцесса, подтверждая мнение Люка, — но на божество ты в их глазах явно не тянешь.
— Они придут в еще большую растерянность, если попытаются остановить нас, — угрюмо ответил Люк и сделал угрожающий жест в сторону нескольких ковей, которые придвинулись слишком близко.
— Люк! — закричала Халла, увидев их. Йюзземы тоже радостно защебетали, обращаясь к Люку и друг к другу.
— Ну, вот ты и встретила нас, — с иронией сказал Люк, разглядывая опутывающие ее плети. — Ты опять оказалась права, Халла.
— Не совсем так, как я рассчитывала, мальчик, — она прокричала что-то, обращаясь к трем богато разодетым по местной моде ковей, к которым с самого начала подбежал раненый, а потом снова повернулась к Люку и зашептала: — Ты понимаешь, что у нас очень мало шансов выбраться отсюда?
— Она права, сэр, — сказал Ц-3ПО. — Спасайте себя.
— Я прошел и проплыл столько не для того, чтобы в результате быть принесенным в жертву каким-то подземным божествам, — отрезал Люк. И тут до него дошло, свидетелем чего он только что стал. — Ты можешь разговаривать с ними, — удивленно воскликнул он.
— Немного. Их язык близок к тому, на котором говорят зеленявки. Он трудный… Броде как говоришь под водой. Но вожди понимают меня.
— Вожди?
— Племена ковей управляются триумвиратом, — объяснила она. — Эти трое парней в смешных шляпах тут главные. Я только что сделала им предложение. Если, как мне кажется, они обладают хоть каким-то благородством и спортивным азартом, то, думаю, у нас есть шанс.
— Предложение? Что за предложение? — подозрительно спросила принцесса.
— Объясню немного погодя, — уклончиво ответила Халла. — Нас захватили, когда мы спустились в подземелье и шли, чтобы встретить вас. Это произошло в узком коридоре и совсем рядом с их поселением. Чтобы поймать йюзземов и наших друзей дроидов, они использовали сети. Вот так, мальчик. У нас не было ни одного шанса.
— Может, он и появится, если я освобожу вас. Где ваше оружие?
— Не кипятись так, Люк, — попыталась успокоить его Халла и незаметно кивнула головой в сторону невысоких строении в правой части пещеры. — Как ты туда доберешься? Кроме того, я понятия не имею, в каком именно доме они его спрятали. Но даже если бы я знала это совершенно точно, невозможно одновременно освободить нас, добраться туда и вернуться обратно. Твой меч, конечно, штука отличная, но если в тебя с разных сторон полетят сотни копий, даже он будет бессилен. Разве что, — в ее голосе зазвенели нотки надежды, — эта твоя игрушка способна создать не только луч, но и экран.
— Нет, — признался Люк, — это всего лишь клинок. Бен… ну, один мой друг рассказывал, что знал рыцаря, который мог отразить лазерным мечом и тысячу копий, но… — он вздохнул. — Сколько времени вы уже торчите тут в таком виде?
— Примерно полдня, и мочевой пузырь у меня вот-вот лопнет. Все это время они спорили, как именно прикончить нас. Лично против нас они ничего не имеют, просто недолюбливают людей вообще. Ничего удивительного, ведь им приходилось видеть, как шахтеры обращаются с зеленявками. Не думаю, чтобы наши друзья ковей слишком сильно огорчились бы, если бы все люди внезапно убрались с Мимбана.
— Скажи им, что мы не такие, как здешние люди, — Люк обвел взглядом окружающие его со всех сторон враждебные физиономии. — Скажи, что мы сами не ладим с ними.
— Люк, мальчик, это племя состоит не из философов, — терпеливо объяснила Халла. — У них чертовски простое представление о власти. Сколько бы мы ни старались, нам не удастся объяснить ковей, кто такие повстанцы. Но мне кажется, — она перевела взгляд на трех вождей, которые все еще по-прежнему о чем-то горячо спорили между собой, — что они дадут нам шанс.
— Не верю я в это, — возразила принцесса, сердито глядя на старую женщину. — Если бы враг убил четырех наших товарищей, дали бы мы ему второй шанс?
— Судя по словам этого парня с раной на плече, который и привел вас сюда, вы убили только двоих, остальные всего лишь ранены. Смерть для ковей, повидимому, явление заурядное и неизбежное. Примитивные создания, чего вы хотите? По их представлениям, те двое, кого вы убили, просто умерли чуть-чуть раньше, чем следовало. Один из вождей даже ругает погибших за то, что они приняли неправильное решение. Говорит, им следовало дождаться подкрепления. По его мнению, как раз вам нечего стыдиться, не то что им — за то, что они вели себя, как последние тупицы.
— Варварство какое, — пробормотала принцесса.
— А о чем, интересно, я все время толкую? — с самодовольным видом спросила Халла. — Как бы то ни было, этот — которому ты, Люк, раскроил плечо — говорит…
— Не он, — поправила ее принцесса. — Я.
— Правда? — Халла уважительно посмотрела на принцессу, — Ну, он, во всяком случае, именно Люка назвал великим воином.
Люка эти слова лишь огорчили. Теперь ему уже не так нравилось то, что пришлось сделать. Если честно, не нравилось вовсе.
— Лазерный меч против копий и топоров — не слишком-то честно, а? Халла кивнула.
— Как раз об этом они сейчас и спорят.
— Что-то я тебя не понимаю, Халла.
— Я попыталась рассказать им все, Люк, малыш, когда ты со своей девушкой спускался по склону холма. Попыталась убедить их, что вы не просто с другой планеты и совсем не такие, как шахтеры, но что вы воюете с шахтерами и что если бы вы победили, то выкинули бы всех с Мимбана. И тогда ковей смогли бы вернуться на поверхность, как только пожелают. Один из вождей поверил во все это, другой считает, что я самая большая лгунья из тех, с кем им приходилось сталкиваться. Третий пребывает в нерешительности. Потому они и подняли такой шум: каждый из двух первых пытается перетянуть третьего на свою сторону.
— И все же, о каком предложении шла речь? — гнула свое принцесса.
— Ах, это… — Халла выглядела смущенной, что редко с ней случалось. — Я сказала, что если они сами не в состоянии отличить правду от лжи, пусть решает Кану. Насколько я знаю, Кану — местный бог, ответственный за правосудие. Все, что требуется от нашего непревзойденного воина, это убедить Кану в том, что мы говорим правду. А для этого нужно лишь одержать победу над самым выдающимся воином племени. Люк изумленно заморгал.
— Не понял, Халла…
— Не волнуйся, — успокоила его старуха. — Ты не забыл, что владеешь Силой?
— Силой? Единственное, чем я владею, это лазерный меч.
Она с извиняющимся видом покачала головой.
— Прости, Люк. Ты же сам сказал. Лазер против топоров и копий — это нечестно. Люк, казалось, совсем приуныл.
— Я не воин, Халла, и ты переоцениваешь мою возможность использовать Силу.
— Люк, взгляни на этих людей. Они не великаны.
— Но и не карлики. Что произойдет, если мы согласимся на этот поединок и я потерплю поражение?
Халла ответила со своим обычным апломбом: — Тогда, скорее всего, нам перережут глотки каким-нибудь необыкновенным варварским способом.
Скайуокер сердито топнул ногой.
— Ну пожалуйста, Люк. Я хотела как лучше. Это наша единственная возможность. С йюзземом они сражаться не желают. Не считают их разумными.
— Ну, если так, значит, ковей не столь примитивны, как кажутся, — заявила принцесса.
— Нет, дело не в этом, дитя. Просто по их мнению, раз мы, люди, выгнали их с поверхности, значит, мы и должны доказывать свою правоту перед Кану.
Дискуссия была прервана внезапным прекращением спора между вождями. Один — Люк затруднялся различить их — повернулся и что-то крикнул Халле. Она внимательно выслушала и ухмыльнулась.
— Порядок. Они дождутся приговора, который вынесет Кану, — повернувшись, она пристально посмотрела на Люка. — Я — старая женщина, парень, но все равно пожить еще ой как хочется. Не лишай меня этой возможности.
— Ты должен победить, Люк, — сказала принцесса. — Если моя встреча с подпольщиками Циркарпуса рано или поздно не состоится, они выкинут из головы саму мысль о том, чтобы присоединиться к Альянсу.
Взгляд Люка метался от Халлы к Лейе и обратно.
— Альянс? А как насчет меня? Не лишать вас возможности сделать то, сделать это! Теперь послушайте, что я скажу, вы, обе, — он похлопал себя по груди, не сводя взгляда с Лейи. — Для меня гораздо важнее выжить самому, чем принести себя в жертву во имя туманной идеи патриотизма или, — он повернулся к Халле, — ради твоей драгоценности, от которой тебе следовало бы держаться подальше. Казалось бы, ты натерпелась на Мимбане достаточно,, чтобы понимать это.
— Люк, малыш… — попыталась было заспорить Халла, но он остановил ее взмахом руки.
— Не сейчас. В данный момент это больше не имеет значения, — он отдал меч принцессе. — Все в порядке… Ну, и какие тут правила? С кем я должен сражаться? Давайте кончать эту волынку… так или иначе.
— Борьба продолжается до тех пор, — старательно перевела Халла, выслушав то, что сказал вождь, — пока один из вас не попросит пощады или не умрет. Чтобы попросить пощады, надо произнести слово «саен». Это, впрочем, не так уж важно, потому что произнеся его, ты ничего не выиграешь.
Недовольно ворча, Люк подошел к вождям. Люди в толпе возбужденно залопотали, по всей видимости, в предвкушении интересного зрелища. Несмотря на прохладу, Люк почувствовал, что весь взмок.
Потом толпа раздалась, и Люк впервые увидел того ковей, которому, судя по всему, предстояло стать его противником. Напряженность в какой-то степени отпустила его. Ковей был плотнее Люка, но по весу примерно равен ему. И особенно свирепым он тоже не казался. В толпе были ковей и более крупные, и более грозные на вид.
И все-таки этот внешне средний представитель племени считался у них лучшим воином. Не без причины, надо думать. А какова она, станет ясно быстрее, чем хотелось бы. Люк настороженно и внимательно продолжать изучать своего противника. Что до самого ковей, то он оглянулся, отвесил низкий поклон Люку и сделал какое-то непонятное движение обеими руками.
Не в силах повторить этот сложный ритуал, Люк просто отсалютовал, как было принято в Альянсе. Толпа одобрительно забормотала. Хотя, может быть, он их неправильно понял, и на самом деле они выражали пожелание, чтобы его разорвали на куски.. Ему, однако, больше по душе была первая версия.
Пройдя мимо него, ковей остановился на дальней стороне пруда.
— Что мне теперь делать? — спросил Люк Халлу.
— Встань на этой стороне пруда лицом к нему. Когда второй вождь, тот, что с голубыми колючками в ожерелье, опустит правую руку, вы должны пойти навстречу друг другу, — сейчас в ее голосе не было ни намека на юмор.
— Что, мы будем драться в воде? — обеспокоенно спросил Люк.
— Никто этого не говорил.
— Рад слышать.
Толпа взвыла, у Люка мороз побежал по коже. Потом наступила мертвая тишина. Второй вождь поднял руку и резко опустил ее.
Ковей тут же прыгнул в озеро и побежал к Люку.
Люк заскользил вдоль берега, пытаясь сообразить, как лучше действовать. Куда наносить удары, по голове или по телу? Под сплошным покровом серого пуха разглядеть хоть какое-то уязвимое место не представлялось возможным. Толпа вопила, свод пещеры усиливал и дробил крики.
— Зачем вы сказали Люку слово, означающее, что он просит пощады, если ему от этого все равно не будет никакого толку? — прошептала принцесса, обращаясь к Халле.
— Потому что надеюсь, что если придется совсем туго, он прибегнет к нему как к последней надежде, — зашелестела Халла в ответ.
— Каким образом?
— Дело в том, что на самом деле это не то слово, которое ковей произносят, когда готовы сдаться. Это местное ругательство. Имеющее отношение к родителям. Н-ну… оно описывает процесс… г-хм!
Принцесса поражение посмотрела на нее.
— Зачем, скажите на милость?
— Может, какая-то польза и будет, если Люк прокричит что-нибудь вызывающее, когда эта скотина начнет вытрясать из него душу. Ни мы, ни Люк ничего не потеряем от этого. А ковей высоко ценят силу духа.
Принцесса, огорченная и расстроенная, не нашлась, что сказать. Халла, между тем, не замечая ее переживании, неотрывно глядела в сторону пруда.
— Если нам повезет, ему не придется произносить это слово, — пробормотала она. — Во всех случаях, сейчас мы ничего сделать не можем.
Люк, продолжая идти вдоль края пруда, сделал несколько прыжков, пытаясь оценить реакцию и подвижность своего противника. Тот, однако, либо был слишком умен, чтобы клюнуть на эту удочку, либо, скорее всего, просто не обращал на прыжки Люка никакого внимания. Не останавливаясь, он по-прежнему шел вперед, расплескивая воду и всем своим видом выражая полное безразличие к тому, что делал Люк.
Его поведение свидетельствовало о том, что в отличие от Люка, которого терзало беспокойство, ковей полностью уверен в себе.
Если я перестану метаться, несколько запоздало сообразил Люк, ковей, выйдя из воды, вынужден будет подняться по склону, что даст Люку некоторое преимущество. Придя к такому выводу, он остановился, проверил, хороша ли опора для ног, и стал ждать.
Широко раскинув руки — не для жарких объятий, конечно, — ковей бросился на него.
Люк решил ответить тем же. Как только противник оказался в непосредственной близости от него, он со всей силой врезал ему по челюсти. Вдруг Люку повезет, и у ковей стеклянные подбородки? Как выяснилось, его мечтам не суждено было сбыться. Нижняя челюсть ковей оказалась не иначе как из твердого гранита. И тем не менее удар Люка заставил его остановиться. Всего на мгновенье.
Он тут же ринулся дальше, и Люк нанес ему еще один удар кулаком в то место, где у человека солнечное сплетение. На этот раз ковей не остановился даже на секунду. Люк попытался поднырнуть под широко раскинутые руки, но абориген отреагировал с путающей быстротой. Схватил Люка за плечо и круто развернул его.
В отчаянии Люк попятился, зашел в воду, поскользнулся и с громким всплеском упал назад. Ковей бросился на него, Люк отчаянно изогнулся и какимто образом умудрился оказаться сверху.
Надавливая обеими руками, он попытался не дать противнику поднять голову над водой. Ничего не получилось.
Теперь-то, наконец, Люку стало ясно, почему ковей выдвинули этого малютку в качестве своего представителя на суде Кану. Гибкий и проворный, он, казалось, состоял из одних мускулов, покрытых мягким пухом.
Это борьба без правил, напомнил себе Люк. И зашарил по скользкому дну в поисках камня или чего-нибудь еще, столь же твердого. Но ничего, кроме песка, не обнаружил и вдобавок потерял равновесие. Ковей отшвырнул его, навалился на грудь и… Ему без особых усилий удалось то, что не получилось у Люка, — удерживать голову противника под водой.
Всего несколько сантиметров воды — и рев толпы превратился в еле слышное эхо. Он попытался вырваться наверх. В искаженном водой лице ковей появилось что-то лягушачье. Безжалостно прижимая Люка одной рукой, туземец балансировал другой.
Люк повернулся вправо, наткнулся ртом на что-то скользкое и вцепился в него зубами. Ковей отдернул укушенную конечность, Люк вынырнул и с наслаждением вздохнул. Второй противник — толпа, настроенная далеко не сочувственно, — обрушил на него яростные крики. И все же даже сквозь них он слышал возгласы, которыми Халла, Лейя и Ц-3ПО подбадривали его. Йюзземы оглушительно вопили, Р2Д2 пронзительно бибипкал и громко свистел.
Ах, если бы только на его месте оказался Хин! уж тогда бы этот проклятый ковей так не усмехался. Когда укушенный ковей вновь попытался поймать его за голову, Люк с силой извернулся и зашарил обеими руками, хватаясь пальцами за бока ковей и пытаясь нащупать какое-нибудь чувствительное место. Тот, однако, ловко ускользал из-под его рук.
Видимо, потеряв терпение, ковей и другой рукой стал надавливать на голову противника, не заботясь о том, чтобы сохранить равновесие. Люк понял, что сейчас вода может сослужить ему хорошую службу. Он слегка опустился, повернулся, и туземец соскользнул в пруд.
Насквозь промокший и наполовину оглушенный, Люк силился встать на ноги. Пока он раздумывал, куда нанести удар, ковей вскочил тоже, наклонился и бросился на него.
На этот раз Люк пустил в ход правую ногу, вложив всю оставшуюся силу в удар, который пришелся на середину туловища ковей, примерно туда, где у человека находится желудок. То ли сила удара была велика, то ли на этот раз он угодил в более чувствительное место, но ковей взвыл и сел в воду.
Пошатываясь, Люк подошел к нему, поднял ногу и ударил снова. Ковей сумел поднять руку, заблокировать удар и одновременно вцепиться в поднятую ногу Люка. Тот попытался вырваться, но туземец ловко дернул его к себе, подцепив собственной ногой. Люк понял, что если ковей сумеет дотянуться до него, все будет кончено. Он лежал, уткнувшись лицом в песчаное дно пруда, и не мог сделать ничего.
Разве что шарить по сторонам руками. И вдруг они наткнулись на что-то продолговатое и твердое. Камень, но слишком большой, чтобы можно было ухватить его одной рукой. Для этого требовались обе руки — и чуть больше сил, чем у него осталось.
Дальше случилось то, чего он опасался, — на затылок легла рука. И сильно надавила вниз; так сильно, что лицо Люка погрузилось в песчаное дно и в ноздри забился песок. Какая ирония! Выросший в мире, где царствовала пустыня, он оказался на грани того, чтобы встретить смерть в воде!
В крови остались уже последние крохи кислорода, мысли начали путаться. Где-то в глубине сознания запел далекий, потусторонний голос, призывая его расслабиться. Ну, это как раз проще всего, не без удовольствия подумал он. Расслабиться? Это можно. Он устал, он так сильно устал.
Ковей решил, что это очередная уловка, и продолжал давить на затылок Люка. Даже сильнее, чем прежде, — очевидно, уже предчувствовал победу. Потом совершенно чудесным образом давление на затылок внезапно исчезло, и Люк вынырнул из воды, чувствуя, что у него нет сил ни защищаться, ни, тем более, нападать.
Воздух! Самое изумительное вещество на свете наполнило его жаждущие легкие, которые с каждым новым глотком работали все энергичнее. Выкашливая воду, Люк стоял на коленях, думая лишь о том, какое это счастье — снова дышать. И только когда его потребность в кислороде пришла в норму, решил, что неплохо бы взглянуть на противника.
Кровь тонкой струйкой вытекала из головы ковей прямо в чистую воду пруда. Противник лежал на спине, то ли без сознания, то ли мертвый.
Ничего не понимая, Люк подполз к нему, прикоснулся к лицу, поднял кулак, собираясь нанести удар. Никакого движения. Ковей вовсе не играл с ним в кошкимышки, он и в самом деле был без сознания.
Внезапно рядом с Люком в воду плюхнулся еще кто-то.
— Ты победил, Люк, ты одолел его! — закричала принцесса и обхватила его обеими руками, так что они едва не рухнули в воду, теперь уже вместе. — Что ты смотришь так удивленно? Ты победил! Теперь мы все свободны! То есть, — продолжала она шепотом, обводя взглядом враз замолчавшую толпе и стараясь не показывать страха, — мы получим свободу, если у этих созданий есть чувство чести.
— Это как раз беспокоит меня меньше всего, — успокоил ее Люк, вытирая с лица воду. — Тут Кану судья, помнишь? Кроме того, им понадобятся еще тысячи лет успешного технологического развития, чтобы честь свелась к лишенному всякого смысла понятию. Вот если бы наша битва происходила на имперской арене, тогда бы я волновался, — он перевел взгляд на молчаливых туземцев. — Думаю, ковей сдержат свое слово.
— Совсем скоро выяснится, так это или нет, — хотелось бы принцессе разделить его уверенность.
Положив левую руку Люка себе на плечи, она помогла ему встать. Когда они выбирались из пруда, Люк услышал позади бульканье и фырканье. Оглянувшись, он увидел, что его противник пришел в себя. Хорошо. Значит, он не убил ковей.
Когда в этом не осталось сомнений, несколько ковей подошли к своему раненому сородичу. Люку снова стало тревожно. Ему приходилось слышать о примитивных племенах, где того, кто проиграл сражение и таким образом обесчестил себя, попросту убивали.
Похоже, ковей были мудрее. Они подняли своего потерпевшего поражение вояку в сидячее положение и сунули ему под нос какое-то растение. Люк отчасти уловил исходящий от него запах и почувствовал, что полностью приходит в себя, Даже если бы мой противник умер, полушутя подумал он, этот невероятно едкий запах поднял бы меня и со смертного ложа.
Потом что-то еще привлекло его внимание. Не методы, с помощью которых беднягу ковей приводили в чувство, и не его конвульсивная реакция на них. Нет, это был большой камень, с человеческую голову, не меньше, который лежал рядом с тем местом, где только что покоилась голова ковей.
Пальцы Люка хранили воспоминание о прикосновении к этому камню. Именно его он нащупал до того, как отключился. Интересно, он действительно отключился? Возникло ощущение, будто что-то глубоко внутри него какие-то неведомые ему самому источники силы ожили, когда он едва не задохнулся, помогли ему поднять камень, развернуться и бросить в своего мучителя.
И все же он не мог припомнить, как все это происходило — как он обхватил камень обеими руками, поднял его и швырнул.
— Как я сделал это? — спросил он принцессу. Она удивленно посмотрела на него.
— Сделал? Что?
— Ну, как я… ударил его, — пояснил он, чувствуя себя настолько вымотанным, что смог сделать лишь еле заметный жест в сторону ковей.
Принцесса нахмурилась, переводя взгляд с Люка на туземца и обратно.
— Ты хочешь сказать, что не помнишь? Он покачал головой.
— Я думала, тебе конец, когда он во второй раз повалил тебя. Похоже, я беспокоилась зря, ты просто морочил всем нам голову, так долго оставаясь под водой.
Никому я не морочил голову, подумал Люк.
— Потом ты бросил этот большой камень, который нашарил в пруду. Ковей явно не ожидал этого и даже не попытался увернуться. Никогда не думала, Люк, что ты так искусен в ближнем бою.
Люк и сам никогда так не думал. Но как объяснить ей это? Восхищение, сияющее в глазах принцессы, заставило его промолчать. Можно будет поговорить об этом позже, сказал он себе.
Одно не вызывало сомнений — так или иначе, но он бросил этот камень. Теперь осталось выяснить, правильно ли он оценивает ковей и не трудился ли зря.
Они подошли к Халле и остальным. Все поздравляли его одновременно. Люк не отвечал. Забрав у принцессы свой меч, он срезал лозу, которой старая Халла была привязана к сталактиту. Она, бедняжка, едва не упала — сказывалось многочасовое нарушение циркуляции крови в туго стянутых ногах. Принцесса помогла ей устоять.
— Спасибо, барышня, — сказала Халла, растирая себе икры и бедра.
Люк между тем освобождал йюзземов и дроидов. Внезапно между ним и Кии встал тот самый второй вождь, который подавал сигнал к началу сражения. Люк мгновенно решил, что он ошибся в своей оценке ковей. Что, его ожидает еще одно сражение? Или, может быть, от йюзземов, раз они не люди, для их освобождения потребуется совершить какой-то дополнительный подвиг? Мало ли какие у них тут, в подземном мире, законы? Кто знает, с какой трудно вообразимой их гранью им предстояло столкнуться?
Однако очень быстро выяснилось, что волновался он зря. Вождь просто пожелал продемонстрировать всем, как трепетно ковей относятся к приговору Кану. Люк напряженно наблюдал за тем, как туземец вытащил откуда-то из своего наряда остро отточенный нож из вулканического стекла, и расслабился лишь тогда, когда лезвие рассекло сначала путы, стягивающие йюзземов, а потом и дроидов.
Однако почти сразу же снова возник повод для напряжения. Позади послышался ропот, и, обернувшись, он увидел, что к нему подводят того ковей, с которым он сражался. Голова у него была уже перевязана, с обеих сторон раненого поддерживали под руки. Оказавшись рядом с Люком, боец знаком попросил своих помощников отойти.
Люк застыл, держа руку на рукоятке меча. Кии забормотал что-то угрожающее, но Люк поднял руку, призывая йюззема к спокойствию.
Обхватив Люка обеими руками за плечи, воин слегка оттолкнул его. Неужели и в самом деле придется пускать в ход меч, в ужасе подумал Люк? И тут туземец ударил его по щеке.
Люк удивленно замигал. Удар был неслабый, он еле устоял на ногах. Ковей пробормотал что-то, но в его тоне не было ничего вызывающего.
— Не стой, точно столб, — явно забавляясь, проинструктировала его Халла. — Ударь и сам.
— Что? — Люк был совершенно сбит с толку и не стыдился показать это. — Я думал, сражение закончено.
— Так и есть, — продолжала свои объяснения Халла. — Просто он таким способом как бы признает, что ты сильнее. Давай, врежь ему.
— Ну…
Ковей застыл изваянием, и Люк нанес ему удар правой рукой с такой силой, что у вояки лязгнули зубы. Несмотря на объяснения Халлы, внутренне он был готов к тому, что тот сейчас бросится на него. Ничего подобного не произошло. Туземец остался доволен и опустился перед Люком на колени. Толпа одобрительно взвыла.
Потом воин встал, отошел в сторону, и вперед снова выступил второй вождь. Обращаясь исключительно к Люку, он произнес что-то с торжественным видом.
— Насколько я понимаю, — перевела Халла, — нас приглашают этой ночью на праздник.
— Интересно, как они отличают день от ночи? — спросила принцесса.
— Скорее всего, у выходов на поверхность у них стоят охранники, — предположила старуха. — Они же не всегда жили в подземелье и наверняка судят о времени в духе того, как это делается наверху.
— Попробуй отказаться, а? — с надеждой сказал Люк. — Объясни им, что нам нужно как можно скорее выбраться на поверхность.
Халла пробормотала что-то, вождь тут же ответил.
— Ничего не выйдет, Люк. Если мы отклоним это предложение, то оскорбим не только их, но и самого Кану. Конечно, выбор за нами. Если мы откажемся, то каждому из нас придется сражаться с кем-нибудь из них, и тогда…
— До меня только сейчас дошло, какой я голодный, — прервал ее Люк.

ГЛАВА 11

Никакого ощущения ночи у них не возникло, конечно. Когда подошло время праздника, в пещере было все так же светло. Фосфоресцирующие растения подземного мира жили в своем собственном ритме, не зависящем от перемещения астрономических тел.
Высушив у костра одежду и облачившись снова, Люк почувствовал, что стал самим собой. Почти. Его все еще беспокоила боль в затылке, в том месте, куда давили безжалостные руки ковей.
Вокруг пруда сложили костры из досок того экзотического растения, которое здесь заменяло дерево. В качестве развлечения гостям было предложено зрелище в виде бесконечных танцев; несмотря на громкую ритмическую музыку, сносным его делали лишь потрясающие прыжки, которые совершали подвижные и сильные исполнители.
Халла пробовала еду с каждой тарелки и сообщала остальным, что людям можно есть, а что нет. Ее суждения, по-видимому, были применимы и к йюзземам, хотя пару раз их желудки взбунтовались. Правда, без роковых последствий.
Люк ел с удовольствием. В некоторых случаях мнение Халлы показалось ему спорным, но тем не менее съел он немало и ничего страшного с ним не случилось.
Многое из того, что он пробовал, больше всего напоминало изоляцию фюзеляжа истребителя, подвергшуюся вторичной переработке, но пара блюд, вызывавших особое восхищение подземных жителей, оказались весьма приятны на вкус. Решив, что лучше не экспериментировать, он сосредоточил на них свое внимание и в результате съел гораздо больше, чем намеревался. Вся еда, хоть и совершенно чуждая ему по своей природе, отличалась одним ценным качеством — она была только что приготовлена и в этом смысле не шла ни в какое сравнение с концентратами, которые им с Лейей безумно надоели.
Что касается сидевший слева от него принцессы, угощение ей доставляло явное удовольствие. Как бы она ни относилась к тому, что творилось на поверхности Мимбана, отказать его обитателям в определенных умении и сноровке она не могла.
Она с волнением высказалась по этому поводу.
— Это один из недостатков Империи, Люк. У них не только правительство загнивает, но и все навыки, ремесла и даже искусство в упадке. Отсутствие созидательной энергии, вот в чем причина. Если хочешь знать, поначалу именно это привлекло меня в Альянс, а вовсе не политика. С политической точки зрения я была тогда столь же наивна, как и ты.
— Не понял, — с кривой улыбкой сказал он.
— Я жила во дворце отца, и мне было ужасно скучно, Люк. Начав размышлять, почему меня ничто не привлекает, я пришла к выводу, что Империя душит любую оригинальную мысль. Тоталитарное правительство, столь долго продержавшееся у власти, опасается всяких проявлений свободомыслия. Любая скульптура может оказаться манифестом, любая рукопись — призывом к восстанию. Большинство людей, среди которых я жила, даже не догадывались, что продажные политики породили не менее продажное искусство.
Люк кивнул, надеясь, что и в самом деле понял. Ему очень хотелось этого — хотя бы потому, что затронутая принцессой тема, по-видимому, очень ее волновала.
Он взял с ближайшей тарелки небольшой фрукт, похожий на палли, откусил на пробу и облился брызнувшим оттуда голубым соком, вызвав смех Халлы и принцессы.
Нет, подумалось ему, наверно, я до конца никогда не пойму принцессу.
— Чего вы ожидали, — пробормотал он и тоже засмеялся, — от невоспитанного крестьянского парня?
— Думаю, — мягко ответила принцесса, не глядя на него, — что для невоспитанного крестьянского парня ты один из самых непростых людей, которых я знаю.
Он удивленно посмотрел на нее, не замечая больше ни примитивной музыки аборигенов, ни их песнопений. Точно ракеты, нацеленные на жертву, его глаза приковали к себе ее взгляд; послед овал короткий, безмолвный взрыв — и она поспешно отвернулась Напряженно размышляя о том, о чем всего несколько лет назад он вряд ли осмелился бы думать, Люк снова надкусил фрукт, на этот раз более осторожно.
Внезапно розовый шарик выпал из его руки. Люк вскочил. Принцесса тоже поднялась, пытаясь понять, чем вызвано выражение ошеломления на его лице.
— Люк… Что случилось?
Он сделал пару неуверенных шагов.
— Что-то с этим фруктом не так, мальчик? — озабоченно спросила Халла. — Эй, мальчик?
Удивленно моргая, Люк медленно повернулся лицом к ним.
— Что?
— Мы обеспокоены, масса Люк. Вы… — Ц-3ПО замолчал, когда Люк резко повернулся, глядя куда-то на восток.
— Он приближается, — пробормотал Скайуокер, четко выговаривая каждое слово. — Он уже близко, совсем близко.
— Люк, мальчик, или ты сейчас же толково объяснишь, в чем дело, или я велю Хину усадить тебя и накормить дипиллами, — заявила Халла. — Кто приближается?
— Сила зашевелилась, — прошептал Люк. — Очень сильно, очень глубоко. Я уже чувствовал такое прежде, но слабо, а потом, когда был убит Бен Кеноби, гораздо сильнее.
Лейя в ужасе затаила дыхание, широко распахнув глаза.
— Нет, только не он опять. Только не здесь, — пробормотала она еле слышно.
— Силу будоражит что-то чернее ночи, Лейя, — сказал Люк. — Наверно, это губернатор Эссада вошел с ним в контакт, послал его сюда. Особенно его интересует, где мы с тобой находимся.
— Кого? — от огорчения Халла уже почти кричала.
— Дарт Вейдер, — выдавила из себя Лейя. — Ситх, Повелитель Тьмы. Мы… встречались прежде, — она изо всех сил старалась унять дрожь в руках.
Последовавшее за тем краткое, но выразительное молчание было прервано криком одного из туземцев. Музыка смолкла, танцоры остановились, перестав исполнять свои невообразимые прыжки и пируэты, бросающие вызов законам тяготения.
Все три вождя поднялись, глядя на туземца, со всех ног мчавшегося к собравшимся. Добежав, он рухнул на руки одного из них и быстро залопотал. Оставив его хватать ртом воздух, вождь взволнованно заговорил, обращаясь к своим людям и, по-видимому, повторяя то, о чем ему только что сообщили.
Радость на физиономиях ковей сменилась испугом. Мгновение — и туземцы бросились врассыпную, яростно работая покрытыми пухом ногами и в панике вытаращив глаза. Еда, утварь, инструменты — все было забыто, затоптано или перевернуто.
Вождь подошел к гостям и заговорил с Халлой.
— Что он сказал?
Она повернулась к Люку и остальным.
— Сюда идут люди. Очень сильные, очень нехорошие. Тут есть главный выход на поверхность, по которому мы можем уйти, — она сердито оглядела всех, презрительно поджав губы. — Много людей, и все с убивающими палками. Они уже застрелили двух ковей, которые собирали еду около выхода и попытались сбежать от них.
— Имперские солдаты, — подтвердил Люк. — ~ Даже он не полезет под землю в одиночку…
— Но как мог Вейдер найти нас здесь, внизу? — требовательно спросила принцесса. — Как?
Люк, который вслушивался во что-то, недоступное для ушей остальных, повернулся к Халле.
— Мы ехали на краулере… Этот путь можно было проследить?
— Может быть, но сомневаюсь. Во многих местах мы просто плыли по трясине, не оставляя следа. Но если следопыты все же засекли отдельные участки, то грубо наш путь можно было прикинуть. По правде говоря, мне это кажется невероятным. Я знаю всех здешних следопытов, и ни один из них не способен на такое.
— Пусть даже один среди них и нашелся, — вмешалась принцесса, — от краулера-то мало что осталось. Как они смогли добраться от его остатков до выхода из пещеры ковей? Как вообще узнали, что мы здесь?
— Может, подумали, что оставшись без краулера, мы решили спрятаться под землей, — высказала предположение Халла. — Но все равно непонятно, как они узнали, что мы именно здесь.
— Наверно, тут дело во мне… Все повернулись к Люку.
— Я же использовал Силу. Ну, вот он и почувствовал. Он гораздо опытнее меня в обращении с Силой, и, значит, его ощущения сильнее. Не забывайте, он был учеником Оби-Вана Кеноби, — Люк перевел взгляд на вход в туннель, ведущий на поверхность.
— Он пришел за нами.
Вообще-то дроиды в обморок не падают, но Ц-3ПО ухитрился изобразить чтото вроде этого. Р2Д2 сердито заворчал на своего товарища.
— Р2Д2 прав, Ц-3ПО, — сказал Люк. — Если ты отключишься, лучше нам от этого не станет.
— Я… понимаю, масса Люк, — ответил дроид, — но сюда идет Повелитель Тьмы… От одной мысли об этом у меня возникает перегрузка.
— У меня тоже, Ц-3ПО, — мрачно улыбнулся Люк.
Два других вождя присоединились к третьему члену своего триумвирата и залопотали что-то, взволнованно размахивая руками.
В конце концов вожди закончили обсуждение и уставились на Люка. Не понимая, что за этим стоит, он вопросительно посмотрел на Халлу. И не пришел в восторг от того, что она ему сообщила.
— Они говорят, что раз тебе удалось победить их лучшего бойца, значит, ты самый великий воин на свете.
— Мне просто повезло, — честно признался Люк.
— Повезло — не повезло, этого они не понимают, — ответила Халла. — Для них важен результат.
Люк стоял, переминаясь с ноги на ногу и чувствуя неловкость под сверлящими взглядами вождей.
— Ну, и чего они от меня хотят? Им что, взбрело в голову принять сражение? Топоры и копья против ружей?
— Может, они и отстали в технологическом отношении, — возразила принцесса, сердито глядя на него, — но, по-моему, эти ковей дорого стоят. Он захватили двух взрослых йюзземов без каких-либо сложных устройств. Сомневаюсь, чтобы люди справились с этим лучше. И им известны тут все туннели и переходы, Люк! И где земля твердая, а где может провалиться. Может, у нас есть шанс.
— Лучше ковей не впутывать в это дело, — принцессе не удалось убедить Люка.
— Прости, Люк, малыш, — сказала Халла, обменявшись несколькими словами с одним из вождей. — Одно дело — пара людей, случайно забредших к ним в подземелье, и совсем другое — насильственное вторжение. Они хотят сражаться. Кану, — она улыбнулась, — вынесет свой приговор.
— Хотелось бы мне испытывать к юриспруденции этих аборигенов твое доверие, Халла.
— В отношении тебя старый Кану ведь рассудил верно, а?
— Люк, — умоляюще сказала принцесса, — нам некуда бежать. Ты ведь и сам понимаешь это. Вейдер знает, что ты здесь. Значит, он, скорее всего, знает, что я с тобой. Он не остановится, пока не… — она замолчала, прочистила горло и продолжила: — Он не остановится, даже если ради этого придется спуститься до самого центра Мимбана. Ты знаешь, что это так. У нас нет выбора. Мы должны сражаться.
— Может, мы и должны, — вынужден был согласиться Люк, — но не ковей.
— Они сделают это независимо от твоего решения, Люк, — сказала Халла. — Мы ведь говорили, что те, кто ведет тут горные разработки, наши враги. Вот вожди и хотят, чтобы мы доказали это.
В голове у Люка все перемешалось. Мысли так и скакали, опережая одна другую и создавая такой хаос, что ему страстно захотелось одного — отыскать тихое, спокойное местечко и спрятаться там.
Но…
Он устал бежать.
До него только сейчас по-настоящему дошло, что с самого момента приземления они с Лейей только и делали, что бежали.
Все — и Халла, и принцесса, и три вождя ковей — с тревогой смотрели на него, ожидая ответа. У Лейи было такое выражение лица… Нет, он не мог прочесть на нем, о чем она думала.
Естественно, он принял то единственное решение, которое ему оставалось…
Во время последовавших за этим бурных приготовлений Люк обнаружил, что ковей вовсе не так беспомощны, как он опасался. Поэтому он не слишком удивился, узнав, что на них нападали и раньше, как хищные животные, так и другие племена.
В результате Люк не лез к ним ни с какими советами, а просто с восхищением наблюдал, как ковей с энтузиазмом и некоторым мрачным удовольствием готовятся к битве с людьми, вторгшимися в их владения.
Люк был благодарен им и за позицию, которую они заняли, и за то, что они взялись за дело так умело. В результате владевший им страх, что защищая его и принцессу, могут погибнуть сотни ковей, слегка угас. Было приятно осознавать, что они разделяют его чувства по отношению к спускающимся сверху людям в блестящих доспехах.
Вскоре Люку стало ясно, что принцесса не столько испугана, сколько полна ярости. Он постарался еще больше раздуть ее гнев — все что угодно, лишь бы отвлечь ее от мыслей о Вейдере.
— Использовать энергетическое оружие против примитивных племен! — в бешенстве ворчала она. — Империя воображает, что насилие — это ее неотъемлемое право! И это лишь одна из причин, почему Альянс необходим и его борьба с Империей оправдана.
— Ковей плевать на эти эмоции, дамочки, — отозвалась Халла, — они-то как раз нас считают примитивными. И учитывая, как Граммель с его лизоблюдами обходятся с представителями местных рас, я готова согласиться с нашими друзьями из подземелья…
Обсуждая вместе с ковей стратегию предстоящего сражения, Люк и принцесса обнаружили, что затрудняются объяснить возможности и ограничения оружия, которое имелось у них в наличии.
Хорошо хоть, рассудил Люк, что это будут не только топоры и копья. Он взвесил на ладони пистолет; ничего, увесистое оружие. Этот пистолет, кстати, оказался среди того оружия, которое ковей вначале отобрали у йюзземов и Халлы, а теперь вернули.
Свою лазерную винтовку Хин отдал принцессе, объяснив, что предпочитает огромный топор, которым снабдили его ковей. Кии оказался более цивилизованным и от своего ружья отказываться не стал.
Люк как раз помогал натягивать сети, когда в туннеле послышался отдаленный треск; отражаясь от стен, он был похож на раскаты грома. По мнению Халлы, нападающие находились уже на полпути между подземным городом и выходом из пещеры.
— Десантная винтовка Е-11, — тоном знатока объявила принцесса, когда эхо выстрела смолкло, — калибр девять миллиметров, может вести непрерывный огонь, но только на низкой мощности.
Винтовка, полученная ею от Хина, была для нее тяжеловата, Лейя примеривалась к ней так и эдак, стараясь найти позицию поудобнее Ковей, конечно, знать не знали, что означают характеристики, о которых говорила принцесса, но одно они поняли и без этих объяснений — оружие, которое только что прогрохотало в туннеле, таит в себе ужасную угрозу. И засуетились еще больше — если это вообще было возможно, — заканчивая последние приготовления.
Послышались крики — засланные в туннель караульные подавали знак. Ковей стали растворяться прямо на глазах — разбегаясь, подпрыгивая, прячась там, где, казалось бы, это совершенно невозможно. Они исчезали в щелях, трещинах, в дырах на потолке пещеры и замирали там, точно каменные изваяния.
Люк и принцесса встали рядом с Халлой, йюзземы заняли свои позиции среди ковей, дроиды забились куда-то подальше, чтобы не попасть под огонь.
Халла как раз закончила разговор с одним из вождей.
— Сколько их? — вот что прежде всего интересовало Люка.
— Караульные не могут сказать точно, — ответила она. — Во-первых, имперские тоже выслали вперед разведчиков. Тот выстрел, что мы слышали, сделал именно один из них. Во-вторых, они разбрелись по пещере. К тому же я не слишком хорошо разбираюсь в системе исчисления ковей. Но если все же я поняла правильно, то человек семьдесят, по крайней мере.
— Пешком? — спросила принцесса.
— Да. А как еще тут можно? В туннеле валяется слишком много камней, а местами он слишком узок, чтобы прошла даже совсем небольшая машина. Нам это на руку.
— Это уже что-то, — сказал Люк, стараясь поддержать не столько остальных, сколько прежде всего собственную решимость. — С мобильным вооружением нам точно не справиться. Халла захихикала.
— С какой стати Граммелю тащить его сюда? Против каких-то примитивных ковей? Шестидесяти-семидесяти имперских солдат с бластерами вполне достаточно, чтобы захватить несколько плохо вооруженных беглецов.
— Если оставить в покое иронию, — отрезал Люк, — потребуется вся наша храбрость и мужество, чтобы не допустить кровавой резни наших друзей.
— Согласна, полностью согласна, Люк, малыш, — пробормотала старуха. — Одолжи мне на время немного мужества и храбрости.
— Хотелось бы мне самой прикончить Вейдера, — пробурчала принцесса, сжимая ружейный приклад. Глаза, пылающие ненавистью, принадлежали, казалось, другому, а не этому точеному, нежному лицу. — Больше мне ничего не надо от жизни, пусть только я получу этот шанс.
— Надеюсь, так и будет, Лейя, — с чувством ответил Люк.
Когда они заняли свои места, укрывшись позади насыпи из раскрошившегося известняка, принцесса огорченно сказала: — А вдруг самого Вейдера нет среди нападающих?
— Он с ними, — заверил ее Люк.
— Это тебе Сила сказала? Он медленно кивнул.
— Кроме того, как ты верно отметила раньше, ему известно, что мы здесь. И он наверняка захочет сам проследить за тем, как нас будут ловить, — проглотив комок в горле, он добавил: — Мы нужны ему живые.
Глядя в прицел своего ружья, принцесса пробормотала: — Вот этого ему не видать. Слегка расслабившись, она требовательно посмотрела на Люка.
— Но если и впрямь дойдет до этого…
— До чего?
— До того, чтобы он захватил нас живыми. Обещай, что независимо от того, какие чувства ты испытываешь к повстанцам, и независимо от того, какие чувства испытываешь ко мне, ты своим мечом перережешь мне горло.
Люк взглянул на нее, чувствуя, что все внутри у него трепещет.
— Лейя, я…
— Поклянись! — в ее голосе зазвенела сталь.
Люк промямлил что-то, и она этим удовлетворилась. В этот момент до них дошло, что ковей, спрятавшиеся наверху, уже некоторое время негромко взывают к ним. Халла, расположившаяся выше них, глянула вниз и сказала: — Ребятки, вы заткнетесь, или как? Хватит болтать… Они уже совсем рядом.
Наступила полная тишина. Люк вглядывался до боли в глазах, но способность ковей прятаться оказалась выше всяких похвал. На расстоянии всего нескольких шагов их затаилось не меньше дюжины, но он практически не видел никого. Доступными взгляду оставались лишь Лейя, Халла и Кии, дуло винтовки которого торчало между двумя большими сталагмитами. Даже Хина нигде не было видно.
В туннеле стояла такая тишина, что Люк расслышал металлическое позвякивание до того, как смог разглядеть первых имперских солдат. Вскоре стали видны и сами похожие на роботов фигуры. Обычные люди из плоти и крови, только запакованные в броню, солдаты держали свои ружья небрежно где-то на уровне пояса. Очевидно, не рассчитывали встретить серьезного сопротивления, а может, и вообще не опасались его.
Внимательно разглядывая их, Люк понял, что ковей были правы: в таком тесном пространстве броня может сработать против своих владельцев. Она, конечно, была хороша, потому что делала человека практически неуязвимым для бластеров, защищая такие наиболее жизненно важные точки, как сочленения суставов и глаза. Но в то же время она ограничивала обзор, что в данном случае было гораздо важнее. Это не имело решающего значения, если сражение происходило, скажем, на корабле, где коридоры были, как правило, широки и ничем не загромождены. Но в таком тесном туннеле обзор был жизненно более важен, чем способность сделать меткий выстрел.
Внезапно, словно подчиняясь какому-то сигналу, с каждой стороны узкого прохода без единого звука материализовались по паре ковей. С ошеломляющей быстротой два идущих впереди солдата исчезли из вида. Хотя Люка происшедшее не слишком ошеломило — он непосредственно на себе испытал силу мускулов подземных жителей. Тишина оставалась настолько полной, что, казалось, можно было расслышать хруст ломающихся костей под броней.
Люк взволнованно ожидал, что будет дальше. Все понимали, что, если четверо ковей, которые убирали имперских разведчиков, допустят хоть малейшую ошибку, замешкаются хоть на несколько секунд, один из разведчиков получит возможность предупредить остальных солдат. И тогда фактор неожиданности — потенциально самое мощное оружие защитников — будет утрачен.
Он все еще ждал, когда позади возник ковей. Так тихо, что Люк едва не вскрикнул от неожиданности. Туземец успокаивающе пискнул, с помощью лицевых мышц изобразил что-то вроде улыбки и исчез так же тихо, как появился. Однако оставил две винтовки и два пистолета — оружие, снятое с угодивших в засаду имперских разведчиков.
Люк с удовольствием оглядел этот маленький арсенал.
Соскользнув под прикрытие насыпи, вынул силовой блок из одной винтовки и с его помощью зарядил лазерный меч до максимума. Не смотря на его хвастливое заявление о прекрасной работе меча под водой, тот практически разрядился. Заменил свой пистолет на один из новых и вернулся на прежнее место рядом с принцессой.
— Второе ружье нужно как-то передать Хину, — прошептал он, не сводя взгляда с туннеля.
— Не сейчас, — резонно ответила она. — Не говоря уж о том, что неизвестно, где он.
— Ты права, — он посмотрел на ружья — одно полуразряженное, другое нетронутое — и пистолеты. — По крайней мере, у нас есть возможность защищаться дольше, чем я предполагал.
Ритмичная поступь обутых в металл ног снова достигла его ушей — теперь в поле зрения оказалась уже основная часть отряда. Солдаты шли настороженно, по трое-четверо в ряд, огибая то узкое место, где только что исчезли два злополучных разведчика. Белые доспехи и пока еще неиспользованное оружие мягко мерцали в голубовато-желтом свете фосфоресцирующих растений.
Солдаты подходили все ближе, ближе.. Так близко, что Люку стало страшно — а вдруг они окажутся совсем рядом с ним, прежде чем вожди и Халла решат, что настало время для атаки?
И тут прозвучал сильный, резкий голос. В одно мгновенье пещера превратилась в хаос. Там, где секунду назад не было слышно ничего, сейчас в воздух хлынул водопад звуков. Усиленный отражением от стен пещеры, он сам по себе был способен парализовать солдат.
Они оказались захвачены этим неизвестно откуда взявшимся водоворотом. Это были не какие-нибудь вымуштрованные охранники из имперского дворца, а всего лишь мужчины и женщины, слишком долго прослужившие в захолустье, где и дисциплина, и обучение хромали не меньше, чем нравственность Вопли людей и ковей заполнили пещеру.
Вспышки бластеров превратили бутылочное горлышка туннеля в сумасшедший дом. Люк и сам стрелял, как безумный, снова и снова. Рядом с ним равномерно и уверенно бухало тяжелое ружье Лейи.
Над ними Халла и Кии поливали убийственным огнем сбитых с толку, тесно сбившихся солдат. Вскоре им пришлось снизить интенсивность стрельбы и выбирать цели более тщательно — когда изо всех щелей хлынули ковей. Они внезапно выпрыгивали из песка, куда зарылись, или появлялись из-за сталагмитов, или падали из щелей в потолке; хватали испуганных солдат и утаскивали их в свои потайные ямы.
При виде гигантского клубка, в котором смешались друзья и враги, Люк перемахнул через насыпь и бросился вниз по склону, размахивая мечом в одной руке и пистолетом в другой. Вопреки его предостережению, Лейя отшвырнула винтовку и с пистолетом в руке тоже бросилась следом, чтобы принять участие в рукопашной схватке.
Опередив Люка, она нанесла удар какому-то совершенно ошалевшему от происходящего солдату, не сумевшему достаточно быстро увернуться от нее.
Находиться в этом туннеле, прорезаемом молниями энергетических разрядов, было опасно. Прежде чем один из солдат успел поднять оружие, Люк отрезал ему ноги. Не думая, он тут же повернулся и вслепую отмахнулся мечом — голубой клинок скрестился с лучом, вырвавшимся из имперской винтовки.
Повернувшись, он едва успел мысленно возблагодарить Бена Кеноби за свое спасение. Солдат был настолько поражен тем, что его выстрел — по-видимому, совершенно случайно — не достиг цели, что на какое-то время утратил способность правильно реагировать. Наверно, с оружием что-то не в порядке, подумал он и начал слегка перемещать его, чтобы компенсировать этот воображаемый недостаток. И в этот момент Люк раскромсал ему грудь.
И снова повернулся, бросившись в самую гущу сражения. Прорубаясь сквозь живое месиво, он искал только одного человека… И он нашел его.
Огромная черная фигура равнодушно стояла в стороне, не принимая участия в битве, как будто его не касалось все то, что творилось в пещере. Люку даже показалось, что ситх с большим интересом изучает свод пещеры и игру света на сталактитах. — Вейдер! Дарт Вейдер!
На него напал раненый солдат, пришлось на мгновенье отвлечься, чтобы избавиться от более непосредственной угрозы.
Но Повелитель Тьмы услышал его. Активировав лазерный меч, закованная в черные доспехи фигура шагнула в толпу, расчищая себе дорогу.
Принцесса между тем тоже пробивалась сквозь всеобщую свалку, но не в сторону Вейдера, а к сталагмиту с расколотой верхушкой.
Под руководством капитан-интенданта Граммеля около десятка солдат карабкались на небольшое возвышение, что позволило бы им накрыть огнем весь туннель целиком. Забравшись на гребень, они направили оружие на толпу внизу, но тут, откуда ни возьмись, сверху на них обрушились несколько ковей и Хин.
Ревя от радости, огромный йюззем схватил сразу двух солдат и принялся колотить друг о друга, пока их доспехи не затрещали по швам. В это время верткие, но сильные ковей расправлялись с остальными.
Вейдер остановился в самом эпицентре сражения. Повел маской, разглядывая свалку. Что-то ему не понравилось. Сделав успокаивающий жест в сторону Люка — «я еще вернусь», — он извлек из мешанины тел одуревшего офицера.
— Выводите уцелевших на поверхность! — могучий рокочущий бас легко перекрыл звуки боя.
Вырвавшись из «объятий» ковей, совсем крошечная группа солдат бросилась обратно, к выходу на поверхность. Люку даже стало не по себе, когда он увидел, как мало их осталось.
Когда солдаты один за другим помчались по туннелю, один их вождей ковей, засевший в укрытии наверху, громко выкрикнул что-то. Прятавшиеся по всей длине туннеля туземцы передали его приказ по цепочке. Несколько ковей потянули на себя сплетенные из стеблей вьющихся растений жгуты, и островерхий сталактит весом в несколько тонн сорвался со своего места, на котором провисел века. С грохотом камень рухнул вниз, придавив полдюжины солдат.
Увидев это, уцелевшие окончательно ударились в панику, побросали оружие и помчались по туннелю со всей возможной скоростью. Большинство тут же угодили в сети, которые ковей сбросили на них сверху. Те самые, в которые совсем недавно поймали йюзземов. У солдат, ясное дело, не осталось ни малейшего шанса — чем сильнее они бились, тем больше запутывались.
Лейя Органа забралась на верхушку сломанного сталагмита, устроилась поудобнее и прицелилась из подобранной снова винтовки. Поймала на мушку затянутую в черное фигуру, без малейших признаков паники неторопливо удаляющуюся по туннелю. Вокруг ситха сгрудились Граммель и немногие уцелевшие солдаты. У нее не было времени ждать — еще чуть-чуть, и Повелитель Тьмы исчезнет из виду.
Она нажала на спусковой крючок как раз в тот момент, когда Вейдер повернулся и махнул рукой отставшим солдатам. Мощный энергетический луч ударил его в бок и швырнул на землю Лейя улыбнулась. Но детская радость мгновенно сменилась разочарованием.
С легкостью, удивительной для столь громоздкой фигуры, Вейдер перекатился, уходя из-под обстрела, и встал на ноги Лениво похлопал затянутой в перчатку рукой, сбивая пламя с плаща. Не обращая внимания на оплавившиеся в месте попадания доспехи, Вейдер повернул голову к Лейе. Отдал издевательский салют, а потом двинулся дальше, по-прежнему без паники, но заметно ускорив шаг.
В ярости принцесса прицелилась снова, выстрелила… Но Вейдера уже было толком не разглядеть. Заряд угодил в потолок, выжег часть его вместе со сталактитами, но не причинил вреда темной удаляющейся фигуре.
— Проклятье! — пробормотала принцесса, злясь на саму себя.
Оставив ружье на верхушке сталагмита, она выхватила пистолет и спрыгнула вниз, чтобы принять участие в сражении.
Однако сражаться фактически было не с кем. Сработал фактор неожиданности, и от имперского воинства мало что осталось. Уцелевших, беспомощных и окончательно павших духом, методически вырезали победители. Тех, кто пытался сбежать, добивали из своих ружей Кии и Хин.
Принцесса нашла Люка, когда тот ходил в самой гуще бойни, пытаясь остановить кровопролитие. Он кидался из стороны в сторону, кричал, требовал…
Принцесса схватила его за руку.
— Уймись, Люк, — мягко сказала она. — Предоставь их самим себе.
— Они убивают раненых! — с отвращением крикнул он. — Посмотри на них… Посмотри, что они творят!
— Да, они уже почти люди, — ответила она, — хотя имперцы действуют чутьчуть аккуратнее.
— То есть ты одобряешь? — осуждающе спросил он.
Не отвечая, она просто пристально смотрела на него; спустя некоторое время напряжение отпустило Люка, остались лишь бесконечная усталость и печаль.
— Прости, Люк, — мягко сказала принцесса, — но в этом мире правят мелочность и посредственность; очень немного есть в нем такого, что способно подняться выше. Может быть, только одни звезды. Пошли, — она взяла его за руку, жизнерадостно улыбаясь, — найдем Хина, Кии, Халлу и дроидов и отпразднуем нашу победу.
— Иди, — без злости, но твердо сказал он и выдернул руку. — Мне тут праздновать нечего.
Принцесса задумчиво проводила его взглядом. Он шел, не замечая ничего, не обращая внимания на то, что вокруг продолжали творить ковей, полностью потерявшись в непостижимых для нее мыслях…

ГЛАВА 12

Когда последняя капля крови на полу пещеры высохла, превратившись в ломкую черную корку, беглецы сошлись вместе, чтобы обдумать свои дальнейшие действия.
Халла переговорила с вождями и сообщила остальным: — Они сказали, что те, кому удалось скрыться, наверху у выхода оставили свою машину. Наверно, рассчитывают таким образом взять нас под наблюдение.
— А другой выход наверх есть? — устало спросил Люк.
— Да, и совсем рядом Один из вождей — с сильно обожженной рукой — настойчиво заговорил, обращаясь к Халле.
— Он спрашивает, что они могут сделать для нас.
— Показать другой выход, — ответил Люк. — В остальном… Они и так нам помогли. Нужно торопиться. Мы и без того проторчали тут слишком долго.
— В каком смысле слишком долго? — поинтересовалась принцесса. — К тому времени, когда Вейдер сможет вернуться с подкреплением, мы будем достаточно далеко. Не думаю, что он станет чинить неприятности ковей. Ему нужны мы и кристалл.
— Об этом я и толкую, — с обеспокоенным видом ответил Люк. — Думаю, Вейдер не станет возвращаться в город. В последний раз, когда я почувствовал вызванное им шевеление Силы, он направлялся вовсе не в город, а к храму.
— Что за чушь! — воскликнула Халла. — Откуда ему знать, где находится храм Помойемы?
— Вейдер гораздо искуснее в Силе по сравнению со мной, Халла. В особенности во всем, что касается ее темной стороны. Не исключено, что он способен чувствовать естественное возмущение, создаваемое кристаллом. Может, оно и невелико, но такой могущественный человек, как Вейдер, наверняка в состоянии ощущать его. И более того. Мы ехали, по возможности стараясь не отклоняться от прямого пути, ведущего к храму. Теперь ему нужно лишь двигаться и дальше в том же направлении, прислушиваясь к своим ощущениям, связанным с кристаллом. Нельзя допустить, чтобы он добрался до храма раньше нас.
Не тратя больше времени на разговоры, Люк зашагал ко входу в туннель. Лейя догнала его.
— Он был у меня в руках, Люк! — с досадой сказала она, рубанув ладонью воздух — Я держала ею на прицеле, но все равно упустила! — ее просто трясло при мысли о том, как близка она была к достижению своей цели. — Наверно, я слишком нервничала, да и времени не было, чтобы хорошенько прицелиться.
— Насколько я успел заметить, — возразил он с легким оттенком зависти, — стреляешь ты превосходно. Мне, во всяком случае, до этого далеко.
Помолчав, Лейя сказала уважительно: — Зато ты просто мастер ближнего боя. Кто научил тебя владеть лазерным мечом? Кеноби? Люк кивнул.
— Я всем обязан старику, и хотя он ушел, ему это известно, — для убедительности он похлопал по рукоятке отцовского меча.
— Если нам предстоит схватка с Вейдером, а судя по всему, ее не избежать, тебе понадобятся и умение владеть мечом, и навыки в Силе. Ах, если бы только у меня было больше времени!
Люк шикнул на нее и остальных — они приближались к выходу на поверхность.
Насыщенный туманом воздух хлынул в легкие. После стольких дней, проведенных под землей в мерцании фосфоресцирующих растений, даже тусклый свет пробившегося сквозь толщу тумана солнца резал глаза. У выхода лежали тела имперских солдат, из тех, кто пытался выбраться на поверхность, но оказался слишком тяжело ранен.
Сопровождающие беглецов двое ковей подвели их к трещине в стене. Оба йюззема заворчали, хотя щель была достаточно велика, чтобы все смогли протиснуться в нее. Выбравшись наружу, Люк оказался позади небольшой группы густых кустов, по крайней мере, в двадцати метрах от основного выхода. Ковей показали, где стояла бронированная машина с охранниками. Люк разглядел приземистый силуэт ракеты, нацеленные точно в зев туннеля, неподалеку от которого они стояли совсем недавно, и содрогнулся.
Пробормотав что-то и сделав на прощанье непонятные жесты, ковей исчезли в трещине. Люк пополз на животе, давая остальным возможность выбраться.
Как только все оказались на поверхности Мимбана, Люк пополз дальше.
— Погоди минутку, Люк! — прошептала Халла. — Думаешь, мы сможем догнать этого твоего Вейдера пешком?
Остановившись, Люк посмотрел на молчаливый краулер у входа в пещеру ковей.
— Что ты предлагаешь, Халла? Я согласен… транспорт нам нужен. Но, если ты не заметила, этот бронированный краулер битком набит имперскими солдатами.
Халла воззрилась на машину.
— Верхний люк у него открыт. Вон, видишь? Солдат как раз высунул голову и оглядывается. Голова исчезла.
— Нужно забраться на дерево, под которым стоит краулер.
— И потом что? — спросила принцесса. — Попрыгаем внутрь?
— Чего вы от меня хотите? — запротестовала старуха. — Чтобы я предложила вам готовое решение? Не знаю… Может, забросать их чем-нибудь, а может, еще что!
— Прекрасно, — саркастическим тоном заметила принцесса и посмотрела на Люка. — Если кто-то из вас, известных чародеев, сумеет использовать Силу, чтобы извлечь из небытия емкость со взрывчатым веществом, то я согласна зашвырнуть ее вниз, — сложив руки, она вопросительно посмотрела на обоих. — Лично я думаю, что мне не грозит и в самом деле выполнить эту задачу. Люк?
Он задумчиво смотрел в сторону.
— У нас действительно нет никаких взрывчатых веществ, но зато есть коечто почище этого.
Повернувшись, принцесса проследила за его взглядом — и не нашла что возразить.
Имперскому сержанту несказанно повезло, что удалось вырваться из подземного ада, и он понимал это. Будь у него выбор, он в жизни не повел бы туда своих людей; вообще не стал бы покидать поверхность. Он вообще чувствовал себя на Мимбане неуютно за пределами городов, среди всех этих топей и зарослей.
Ужасное сражение, ужасное. Погибли почти все. Слишком многое пошло не так, как ожидалось.
Исход сражения был предрешен в первые же несколько минут — сработал фактор неожиданности. Все были просто в шоке и, даже осознав, что на них напали, не смогли среагировать так, как следовало.
Ничего позорного тут для солдат не было, если разобраться. Они привыкли иметь дело с покорными, мирными зеленявками и в массе своей даже не допускали мысли о том, что на Мимбане может разыграться настоящее сражение. И оказались совершенно не подготовлены к нему.
Теперь, вглядываясь в темный зев туннеля, через который отступали уцелевшие, он утешал себя мыслью о том, что капитан-интендант и Повелитель Тьмы Вейдер наверняка отправились за подкреплением. Они вернутся с такими силами и таким оружием, мрачно размышлял он, что смогут уничтожить всех, туземцев до последнего, будь то мужчины, женщины или дети. Устроят там ад кромешный, и от мерзких тварей останется один пепел. Эта мысль доставляла ему мрачное удовольствие.
Интересно, куда Граммель и Повелитель Тьмы ринулись с такой поспешностью, между делом подумал сержант. И вздрогнул, вспомнив высокую, закованную в черное фигуру. Не хотелось бы ему оказаться в такой компании. По правде говоря, даже думать о ситхе не хотелось. Сержант предпочел вернуться к мыслям о той бойне, которая ожидает туземцев в их подземных норах. Он так увлекся, воображая себе эту картину, что даже задержался на какое-то время, прежде чем окликнуть часового, стоящего в орудийной башне наверху.
Услышав окрик сержанта, солдат ответил, что не видит ничего. Это был последний в его жизни и в полной мере честный ответ, поскольку, глядя вниз, он никак не мог увидеть бомбу, упавшую на него сверху с большого дерева.
Длиной метра в полтора, бомба была покрыта коротким щетинистым мехом. Рухнув на солдата, она выдернула его из орудийной башни. На мгновенье отверстие люка опустело, а потом с того же дерева в него упал второй двуногий снаряд.
Люк, дроиды, Халла и принцесса укрылись в густых зарослях неподалеку и наблюдали за происходящим. Послышался равномерный рокот, краулер тронулся с места. Изнутри, слегка приглушенные металлической обшивкой и расстоянием, доносились несмолкающие вопли.
— Они возятся дольше, чем я думала, Люк. Ты уверен, что все получится? — обеспокоенно спросила Халла.
Бросив на нее уверенный взгляд, Люк посмотрел на краулер — машина теперь выписывала совершенно фантастические вензеля.
— Ничего другого мне в голову не пришло, — сказал он. — И если все получится, в каком-то смысле это лучше, чем взрыв. Прежде всего, не пострадает оборудование краулера. Ни один человек не способен находиться в замкнутом пространстве вместе с йюзземом, а два йюззема — это вообще непереносимо.
Спустя несколько секунд краулер резко свернул вправо, медленно проехал небольшое расстояние и врезался в ствол дерева. От сотрясения с дерева свалилась большая ветка, с металлическим лязганьем ударилась о краулер и отлетела Потом наступила тишина. Двигатель краулера взвыл, чихнул и заглох. Спустя несколько томительных мгновений из люка орудийной башни показался Хин, распахнул его пошире и замахал им рукой.
— Получилось! — взволнованно воскликнул Люк.
Трое людей вылезли из своего укрытия под кустами и торопливо зашагали по топкой земле. Огромные волосатые руки помогли им забраться наверх.
Хин что-то проворчал, обращаясь к Люку, тот кивнул с серьезным видом и отвернулся.
— Ну, что опять? — нетерпеливо спросила принцесса. — Почему мы не лезем внутрь? — нервничая, она обежала взглядом окружающие их молчаливые заросли. — Может, тут снаружи еще есть солдаты.
— Не думаю, — возразил Люк. — Хин советует нам отвернуться, пока они с Кии очистят краулер.
— С какой стати? Совсем недавно мы столкнулись со смертью во всех возможных ее обликах.
Пока Лейя это говорила, Хин вышвырнул первые куски того, что осталось от членов экипажа краулера. Влажно поблескивая, останки упали на мокрую землю.
Побледнев, принцесса отвернулась и присоединилась к Люку, пристально разглядывающему ближайшие деревья. Спустя несколько минут «очистка» закончилась, и все залезли в краулер.
Тесноты не ощущалось, несмотря на присутствие двух йюзземов. Краулер был рассчитан на десять солдат в полном боевом вооружении. Что неприятно поразило Люка, так это панель управления; она оказалась посложнее, чем у «крестокрыла».
— Ты не сможешь вести его? — в растерянности спросил он Халлу.
Усмехнувшись, она плюхнулась на сиденье водителя, не обращая внимания на пятна на обивке.
— Почему, малыш? Я могу справиться с любой машиной, какие только есть в этом мире, если, конечно, она в состоянии работать.
Наклонившись вперед, некоторое время она изучала панель, а потом прикоснулась к чему-то на ободе рулевого колеса.
Взревел двигатель, вспыхнули фары, краулер рванул с места и на полной скорости снес пару стоящих рядом деревьев. Послышались сильный треск и два громоподобных удара о крышу.
Когда звон в ушах Люка стих, он устремил на Халлу испепеляющий взгляд. Она криво улыбнулась в ответ.
— Конечно, — объяснила она, слегка заикаясь, — придется немного попрактиковаться, чтобы потом все пошло гладко.
Она снова углубилась в изучение панели, поджав губы, точно старательная ученица.
— Ну-ка посмотрим… А, вот в чем моя ошибка!
Передвинув какие-то рычаги и нажав кнопки, она снова дотронулась до обода рулевого колеса.
Судорожно подергиваясь, замирая и снова подпрыгивая, краулер пополз в туман. Все, кто находился в машине, уцепились за что-нибудь, стараясь удержаться на месте. Интересно, подумал Люк, деревья перед нами так же трусят, как и я?

***

— Простите, мой повелитель, еще раз прошу, простите меня, — капитанинтендант Граммель, сидя на скамье в большой открытой машине, поднял взгляд на Дарта Вейдера. — Кто мог предполагать, что они так хорошо вооружены и что подземные аборигены устроят такую бойню?
— Вооружение не имеет значения, — пророкотал из глубин черных доспехов мощный ровный голос. — Несколько винтовок в руках беглых преступников.
Граммель съежился, когда гротескная дыхательная маска, закрывавшая лицо ситха, придвинулась ближе. Негромко шипел перекачиваемый воздух.
— Признайте, капитан-интендант, — невозмутимо продолжал ситх. — Ваши солдаты были плохо подготовлены и дурно обучены. У них отсутствуют и дисциплина, и мораль. И вот вы отступаете перед толпой невежественных дикарей.
— Фактор неожиданности, вот в чем дело, мой повелитель, — взволнованно возразил Граммель. — До сих пор на Мимбане туземцы никогда не оказывали сопротивления имперским властям.
— До сих пор туземцы не использовали преимуществ, которые дает помощь людей, — отрезал Вейдер. — Сегодня их тактика отличалась от той, которой обычно придерживаются аборигены. Вам следовало мгновенно оценить эти отличия и принять соответствующие контрмеры, — отвернувшись от Граммеля, он стал смотреть на болотистую местность вокруг. — Я знаю, кто в ответе за это. Когда кристалл окажется у меня в руках, придет черед для справедливого возмездия.
— Я сам рассчитывал на эту привилегию, — раздраженно пробормотал Граммель.
Вейдер повернул к нему голову. Бесполезно было пытаться прочитать чтолибо по холодным металлическим пластинам защитных очков.
— У вас нет привилегий, капитан-интендант. Вы допустили грубый промах. Не критический, но очень грубый. Я проклинаю себя за то, что был достаточно глуп, предположив, что вы знаете, чем занимаетесь.
— Я ведь уже говорил вам, мой повелитель, — одновременно сердито и испуганно возразил Граммель, — что все дело в факторе неожиданности.
— Меня не интересует, как вы оправдаете поражение, — заявил Дарт Вейдер без какого-либо намека на заинтересованность. — Только положительный результат. Граммель, ваше присутствие оскверняет меня…
— Мой повелитель, — в отчаянии залепетал Граммель, поднимаясь со скамьи, — если я…
Так быстро, что человеческий глаз был не в состоянии уследить за его движением, Вейдер выхватил лазерный меч, активировал его — и разрезанное пополам тело Граммеля покачнулось и выпало из краулера. Ошеломленный водитель онемел от ужаса.
Вейдер развернулся к нему.
— Без лишнего груза машина пойдет быстрее, не так ли, солдат? — мягко спросил он. — Занимайтесь своим делом.
— Д-да, мой повелитель, — давясь словами, испуганно пробормотал водитель и в конце концов сумел заставить себя перевести взгляд на панель управления.
Дарт Вейдер посмотрел на исчезающий вдали труп капитан-интенданта Граммеля. Местные падальщики уже повылезали изо всех щелей и с надеждой обнюхивали тело.
— Не знаю, кто теперь твой повелитель, — пробормотал Вейдер, — но только не я.
Он достал обломок кристалла Кайбурр и, слегка покачивая его, залюбовался игрой алого свечения.
Кристалл впереди, где-то впереди, это ощущалось постоянно. Он манил, как колодец в безводной пустыне.
Он найдет его…

***

— Мы не сбились с пути? — спустя несколько дней устало спросила Халлу Лейя.
Все пассажиры краулера были в грязи, до предела вымотаны и в какой-то степени пали духом — сказывалась долгая безостановочная езда по затянутым туманом джунглям.
— Не сомневайся, птичка моя, — неуемная жизнерадостность Халлы теперь просто раздражала.
— Мы уже близко к… чему-то особенному, — сказал Люк. — Никогда прежде у меня не возникало такого ощущения, даже отдаленно.
— Лично у меня одно ощущение — что я грязная с ног до головы, — мрачно заявила принцесса.
— Лейя, — начал было Люк, — как мне тебе объяснить…
— Знаю-знаю, — устало прервала она его. — Если бы я обладала восприимчивостью к Силе… и так далее.
С орудийной башни послышалось «би-бип» Р2Д2. Люк выглянул в смотровое окно и сообщил взволнованно: — Вот он.
Из джунглей перед ними поднималась огромная пирамидальная башня, мерцающая, точно отлитая из металла. И все же вблизи стало ясно, что это не металл. Сооружение было сложено из крупных каменных блоков явно вулканического происхождения. При всей своей ширине пирамида не была очень высокой.
Стены обвивали лианы, многие камни рассыпались в прах. К счастью, разглядеть вход все еще не составляло труда, хотя десятиметровая арка над ним наполовину обрушилась, а в проходе лежали каменные глыбы высотой в два человеческих роста.
— Такое впечатление, будто вот уже миллион лет тут никого не было, — пробормотала принцесса.
При виде легендарного храма все ее страхи и неуверенность развеялись как дым.
Люк, который до этого перебегал от одной бойницы к другой, обернулся к ней с сияющими глазами.
— Лейя, Лейя, ты понимаешь, что важнее всего? То, что Вейдера нет здесь! Нет, и все! Теперь он у нас в руках!
— Ну-ну, успокойся, малыш, — на этот раз Халла решила проявить предусмотрительность. — Мы не можем быть уверены в этом.
— А я могу! Я уверен.
Оттолкнув с дороги Хина, он вскарабкался по лестнице в орудийную башню и спрыгнул на землю. Когда Лейя выбралась из краулера, он уверенно шагал ко входу в храм.
— Его нет здесь! — обернувшись, крикнул Люк. — Никаких признаков краулера или чего-нибудь еще!
— Мы пока не нашли кристалл, — напомнила ему Халла и тоже спрыгнула на землю.
Тем не менее энтузиазм Люка оказался заразителен. Очень скоро Халла забыла и о Повелителе Тьмы, и о своих недавних опасениях и тревоге.
Еще бы! Вот он — храм Помойемы, к которому она стремилась на протяжении долгих лет. В сопровождении Хина и Кии Халла направилась к нему. Ц-3ПО и Р2Д2 остались сторожить краулер.
Хотя Люк и уверял, что они тут одни, все то и дело обеспокоенно вглядывались в туман. Казалось, в любую минуту оттуда могло выпрыгнуть все что угодно, и вообразимое, и невообразимое.
Люк нетерпеливо дожидался остальных, забравшись на один из упавших каменных обломков у входа.
— Внутри светло, — сообщил он и посмотрел вверх. — Часть кровли обрушилась, но, похоже, то, что осталось, держится крепко.
— Двигай дальше, мальчик, — сказала Халла, — но потихоньку.
— Порядок, — ответил он.
Теперь, когда они и в самом деле добрались до храма, он не стал первым кидаться на поиски кристалла. Старая женщина столько лет мечтала об этом и имела на него даже больше прав, чем он. Поэтому Люк подождал, пока подойдут все остальные, и вместе с ними вошел в храм.
Высокая куполообразная крыша провалилась в двух местах. Света вполне хватало, чтобы внутри и впрямь было светло. Под каждой дырой лежали груды расколотых камней.
Джунгли заползли и сюда. Во все уголки проникли лианы и другие растенияпаразиты. Они тянулись к небу, обвивая обсидиановые столбы, массивные, непоколебимые, украшенные затейливой резьбой, смысл которой ускользал от понимания чужеземцев.
Углубившись в свои мысли, все пятеро двинулись к дальней стороне храма. У одной из темных стен громоздилась гигантская. статуя в виде сидящего на резном троне существа, отдаленно напоминающего человека. По сторонам фигуры огромными дугами вздымались крылья. Ноги и руки — последние крепко вцепились в ручки трона — заканчивались устрашающими когтями. Лицо как таковое отсутствовало — только слегка скошенные, недобрые глаза, и под ними масса извивающихся щупалец.
— Помойема, бог Кайбурра, — прошептала Халла, не отдавая себе отчета в том, почему юна не говорит в полный голос. — Что-то в нем есть знакомое, но вот что… — она нервно захихикала. — Просто наваждение какое-то, — внезапно ее охватило волнение, вытянутая вперед рука и голос задрожали. — Вон он! Я узнала, я узнала его!
В центре серой каменной груди статуи пульсировал красноватый свет.
— Кристалл… — одними губами прошептала принцесса.
Халла ничего не слышала. Все ее помыслы сосредоточились на камне, таком близком, таком достижимом.
Люк остановился, заметив движение слева от фигуры.
Там сгустилась тьма, и как далеко она распространялась, сказать было невозможно.
Они попятились, Халла первая выхватила пистолет.
Из-за статуи появилось создание с огромной, широко распахнутой в лягушачьей ухмылке пастью, снабженной короткими острыми зубами. Маленькие желтые глазки удивленно уставились на них. Создание передвигалось с помощью громоздких бородавчатых ног, похожих на толстые пни.
Халла выстрелила, но это ни на миг не остановило тварь, которая продолжала надвигаться. Люк и Лейя мгновенно выхватили пистолеты, и теперь прозвучали уже три выстрела. С одним-единственным результатом — медлительная тварь, похоже, разозлилась. И заковыляла к ним в более быстром темпе, оставляя за собой кровавый след.
Они продолжали пятиться к выходу.
— Хин, Кии! — окликнул Люк йюзземов. — Вернитесь к краулеру… Принесите винтовки!
Хин прощебетал что-то в ответ, и йюзземы бросились на выход. Отступая перед охраняющим кристалл монстром, Люк время от времени бросал взгляды на камень. Потом, выхватив лазерный меч, активировал его и осторожно двинулся вперед.
— Люк, ты что, совсем разум потерял? — закричала принцесса.
Мелькнула мысль, можно ли потерять то, чего, кажется, нет, но он тут же прогнал ее. Если тратить время на раздумья, тварь, безостановочно топающая вперед, просто позавтракает им.
На какое-то мгновенье тварь задумалась, загипнотизированная покачивающимся голубым лучом. Люк рванулся вперед. Яростная энергия прожгла дыру в широкой нижней челюсти.
Тварь гневно застонала. Челюсти распахнулись, обнажив глотку таких размеров, что в ней можно было танцевать. И что-то еще зашевелилось внутри. Ведомый то ли инстинктом, то ли верной догадкой, Люк сделал резкий рывок влево и перекувырнулся через голову.
Из пасти вырвался длинный розовый язык и выплюнул черный камень точно на то место, где Люк только что стоял. Все время, пока, поднявшись после своего кувырка, он продолжал пятиться, тварь плевалась кусками камней.
Прежде чем он оказался вне пределов досягаемости, тварь «выстрелила» снова. Не успев увернуться, Люк нанес удар мечом. Казалось, этого зверя не проймет даже сверкающий луч. Однако раздался громкий шипящий звук и затем горловой визг; по-видимому, Люк угодил в достаточно чувствительное сплетение. И все же с настойчивостью бесконечной преданности своему предназначению тварь продолжала наступать. Из ее прищуренных желтых глаз на Люка глянула сама смерть.
Все это время Лейя и Халла поливали чудовище огнем, но безрезультатно.
— Бесполезно, — напряженно сказала принцесса и оглянулась в сторону выхода. — Хин! — закричала она. — Кии!
Ни движения, ни ответа.
Неожиданно монстр прыгнул вперед. Люк успел поднырнуть под него, горизонтальные челюсти сомкнулись с лязгающим звуком. Клинок прорезал темную линию внутри огромной глотки, а сам Люк с размаху врезался в один из столбов, поддерживающих крышу. И оказался точно под зияющей в ней дырой.
Он с тревогой бросил взгляд в сторону выхода. Куда подевались йюзземы? Если так будет продолжаться, этот взбесившийся бегемот доберется-таки до него.
Ладно, сейчас не время отвлекаться. Тварь продолжала ковылять к нему. Бросив быстрый взгляд на потолок и еще быстрее приняв решение, Люк провел клинком у основания столба.
Лазерный меч разрезал черный камень — точно истребитель, вошедший в атмосферу. Послышался грохот, сопровождающийся громким потрескиванием.
— Халла, Лейя! Бегите! — закричал он.
И сам отскочил в сторону.
Увлеченная погоней тварь не замечала, что в потолке над ее головой расползаются трещины — бегут в разные стороны, умножаясь и соединяясь друг с другом. Огромный столб развалился, вырвав участок крыши, который рухнул прямо на монстра. Гигантские блоки резного камня расплющили его переднюю часть в кровавое месиво, стерли зубастую ухмылку навсегда.
Когда эхо оглушительного грохота стихло и черная пыль начала оседать, Люк, хватая ртом воздух, оглянулся. Передняя часть зверя оказалась полностью похоронена под тоннами вулканической скальной породы. Какое-то время изогнутые задние ноги еще царапали воздух, мощный кривой хвост бил по земле. Потом всякое движение прекратилось.
— Что случилось с Хином и Кии? — спросил Люк. — Эта тварь загнала меня в угол. Еще немного, и она меня сжевала бы.
— Спорят, скорее всего, — с презрительной гримаской ответила принцесса. — Не волнуйся, еще немного, и они вспомнят, за чем их послали. И кинутся обратно, умоляя о прощении.
— Ну, я им тогда покажу, — Люк вздохнул. — А сейчас… — оглянувшись, он увидел, что Халла трусит к каменному идолу. — Халла!
— Пусть идет, — сказала принцесса, махнув рукой. — Куда она денется? — она зашагала в ту же сторону. — Без нашей помощи ей не слезть, — увидев, что Люк не движется, она крикнула: — Ты идешь?
— Через минуту, — ответил он. — Хочу удостовериться, что это чудище мертво.
Принцесса неторопливо продолжила свой путь к статуе, а Люк подошел к той части трупа, которая торчала из-под камней.
Погрузил меч в темную плоть по самую рукоятку. Никакой реакции.
Удовлетворенный, он повернулся, собираясь присоединиться к остальным, услышал слабое потрескивание над головой и посмотрел вверх. Принцесса и Халла сделали то же самое.
— Люк! — закричали они одновременно. Подгонять его не требовалось. Все, что ему требовалось, это время, совсем немного, одна-две секунды. Края новой дыры в потолке начали расходиться.
Судьба подарила ему первую секунду, но поскупилась на вторую.
— Люк!
Грохот смолк, последний камешек упал вниз. Принцесса сорвалась с места. Халла застыла, разрываясь между беспокойством за Люка, похороненного под грудой камней, и дразнящей притягательностью кристалла. Вожделенный камень был так близко! Не устояв, она побежала к статуе.
Оказавшись рядом с только что возникшим холмом разбитых камней, Лейя осмотрелась.
— Я… тут, — медленно произнес голос, в котором слышалась боль.
Люк лежал на спине совсем рядом, пришпиленный к полу. Не обращая внимания на густую завесу пыли и зазубренные края осколков, царапающие руки, принцесса раскидала камни. За исключением одного массивного блока, который, ударившись о пол, краем придавил бедро и икру правой ноги Люка.
— Попробуй еще раз, я тоже помогу.
Подцепив нижний край камня, Лейя изо всех сил толкала его, но тщетно.
Тяжело дыша, они немного отдохнули. На лице Люка отражалась сложная смесь стихающей боли и надежды.
— Камень не давит на меня всем своим весом, — сказал он. — Ведь нога уже почти освободилась, — он перевел взгляд на выход. — Проклятье, куда подавались эти двое? Им сдвинуть такой камень проще простого.
— Боюсь, твои не слишком быстро соображающие товарищи больше не смогут помочь ни тебе, ни кому-либо другому, Скайуокер.
Люк похолодел. На груде камней у входа стояла высокая, с головы до ног закованная в черные доспехи фигура, при виде которой кровь застыла у него в жилах.
— Оба они мертвы, — в этом леденящем голосе не было ничего человеческого. — Я убил их. Что касается дроидов — они обязаны повиноваться приказам, насколько я помню. Я велел им отключиться, — он помолчал и негромко пробормотал: — Значит, боевой дроид…
Губы Лейи медленно зашевелились, но она не произнесла ни звука.
Дарт Вейдер легко спрыгнул с камня и неторопливо зашагал к ним.
— Знаешь, Скайуокер, я потратил много времени, чтобы выяснить, кто тот герой, взорвавший Звезду Смерти, — продолжал он. — Внедрять агентов — дело трудное и дорогостоящее. Ты передо мной в большом долгу. Я долго ждал.
Вейдер лениво снял с пояса лазерный меч, активировал его и легонько качнул клинком, снимая каменную стружку с колонн.
— В тот раз тебе помогли, — говорил он. Люк прикладывал титанические усилия, пытаясь освободить придавленную ногу и упираясь в пол с такой силой, что из-под ногтей выступила кровь.
— Скорее всего, у меня не хватит терпения, и твои мучения оборвутся раньше, чем ты того заслуживаешь. Так что можешь считать, что тебе снова несказанно повезло, — интонация его голоса изменилась. — В отношении вас, ваше высочество, у меня нет мотивации ограничивать себя. Во многом неприятностями я обязан именно вам, а не этому мальчику.
— Монстр, — выплюнула она, охваченная страхом и яростью.
— Помните как ныне покойный Гранд Мофф Таркин беседовали с вами на станции некоторое время назад? — подчеркнуто терпеливо продолжал Вейдер; он сделал ударение на слове «беседовали».
Обхватив себя руками за плечи, Лейя задрожала, словно от сильного холода.
— Да, — заключил Вейдер, — вижу, что помните, ваше высочество. Я крайне сожалею, что сейчас я лишен возможности применить к вам что-нибудь столь же изысканное. Но знаете, сенатор Органа, — он повел клинком, — с помощью лазерного меча можно добиться очень интересных эффектов. Я сделаю все возможное, чтобы продемонстрировать их вам во всей полноте, если вы будете столь добры и не умрете раньше времени.
Лейя уронила руки. Страх не покинул ее, но невероятным усилием воли она загнала его в дальние закоулки сознания. Резко рванувшись в сторону, она подбежала к Люку, опустилась на колени и зашарила у него на поясе. И тут же встала, осторожно держа в одной руке его лазерный меч.
Вейдер наблюдал за происходящим.
— Вы намерены сражаться, ваше высочество, — с одобрением сказал ситх. — Хорошо. Так; получится даже интереснее.
Плюнув в его сторону — жалкий жест, но что еще она могла сделать? — принцесса взмахнула мечом.
— Сила, помоги мне убить этого негодяя, прежде чем я умру, — пробормотала она.
— Глупое дитя. Сила со мной, а не с тобой. Но, — он почти добродушно пожал плечами, — давай посмотрим…
Вейдер занял позицию.
— Вперед, женщина-дитя… Порадуй меня.
Стиснув зубы, полная решимости принцесса наступала на него. Вейдер резко опустил руку, направив сияющий луч вниз.
— Лейя, не надо! — воскликнул Люк. — Это уловка… Он просто дразнит тебя. Убей меня, а потом себя… Это безнадежно.
Вейдер даже головы не повернул в его сторону.
— Давай, — сказал он, обращаясь к ней, — позволь ему командовать тобой. Но предупреждаю, его я не дам тебе убить. Меня слишком часто обкрадывали.
После мгновенного колебания Лейя сделала выпад в сторону Вейдера, но Повелитель Тьмы молниеносно парировал его.
Однако Лейя тут же повернулась, изогнулась дугой и рубанула мечом. Последовала вспышка — голубой клинок задел-таки дыхательную маску ситха. Только сверхчеловеческие рефлексы позволили ему свести результат удара к минимуму.
Трудно было сказать, кто удивился больше — Дарт Вейдер или Люк. На лице Люка, по крайней мере, изумление было заметно.
— Почти хорошо, маленькая принцесса, почти, — беззлобно пробормотал Вейдер. — Самоуверенность всегда вредила мне. Больше не будет.
Его меч по дуге пошел вниз. Попятившись, принцесса едва успела уклониться от удара. Продолжая наступать, Вейдер снова взмахнул мечом, и снова она увернулась.
Он постоянно усиливал нажим. Принцессе понадобились все ее умение и сила просто для того, чтобы защищаться. О том, чтобы напасть самой, и думать было нечего.
Только один человек в храме не интересовался сражением. Стоя вдали от дуэлянтов и высоко над ними, Халла держала в дрожащих руках пульсирующий, многогранный кристалл размером со свою голову и нежно поглаживала его. Ей пришлось как следует попотеть, чтобы достать его из углубления в статуе.
Долго-долго стояла она так, вглядываясь в свечение, которое казалось почти живым, а потом стала медленно спускаться, опираясь на выступы каменного идола и крепко прижимая кристалл к груди.
Вейдер опять рубанул клинком сверху вниз, принцесса парировала, но в самый последний момент Повелитель Тьмы изменил направление удара. Острие клинка царапнуло принцессу по животу, разрезав шахтерский костюм и оставив на теле черный ожог. Перекосившись от боли, Лейя прижала свободную руку к ране. Не дав ей ни мгновенья передышки, Вейдер снова пошел в наступление.
От усилий освободиться Люк весь взмок, но без толку. Теперь он просто лежал, восстанавливая дыхание, силы и беспомощно глядя, как Вейдер играет с принцессой.
Последовал очередной сложный выпад. На этот раз меч задел ей щеку, оставив еще одну безобразную метку.
Рука принцессы метнулась к обожженной щеке, из глаз ее потекли слезы. С каждым мгновением она двигалась все медленнее, и рука с зажатым в ней мечом Люка дрожала все сильнее.
— Ну, сенатор Органа, где ваша благородная стойкость, где ваша мужественная решимость? — продолжал Вейдер. — Всего лишь несколько ожогов! Это пустяки.
Разъяренная, она замахала мечом с новой силой, но он без видимых усилий блокировал все ее попытки и в свою очередь нанес принцессе удар. Она парировала его, но споткнулась и покатилась по земле. Вейдер не отставал, и пока она пыталась отползти и встать на ноги, его меч оставил длинную черную метку на ее бедре.
Вскрикнув от боли, она перевернулась, встала и попятилась от него, прихрамывая и осторожно ступая на раненую ногу.
Не в силах дальше смотреть, Люк обхватил голову ладонями. Клинк! Точно камень ударил о камень. Он поднял голову и оглянулся. Звук повторился. Извиваясь, точно змея, Люк попытался заглянуть за придавивший его камень.
Появилась рука, как будто не связанная ни с каким телом; медленно, но упорно она ползла по огромному каменному блоку. Вслед за ней возникла голова. В верхней части черепа зияла ужасная рана.
— Хин! — прошептал Люк, затаив дыхание.
Быстрый взгляд в сторону подтвердил, что Вейдер все еще полностью поглощен дуэлью с принцессой. Смертельно раненный йюззем приложил лапу к рылу, сделав Люку знак молчать.
Хин полз до тех пор, пока не оказался под выступающим краем камня. Уперся спиной и попытался поднять его. Мощные, заросшие жесткой щетиной плечи давили вверх, широко раскинутые руки помогали им. Камень не двигался. В конце концов Хин рухнул на пол, полузакрыв глаза и тяжело дыша.
— Давай, Хин, давай! — взгляд Люка метнулся от сражающихся к распростертому на полу йюззему и обратно. — Ты сможешь… Тебе уже почти удалось. Пожалуйста, попробуй еще раз!
Хин замигал. Казалось, он смотрит на Люка, но не видит его. Двигаясь точно автомат, он снова подставил могучие плечи под край камня.
— Ну лее, маленькая принцесса. Сейчас как раз самое время проявить силу духа, — вновь раздался спокойный голос Вейдера. — У тебя еще есть шанс.
Хромая, она по-прежнему отступала, слабо отбиваясь от ложных выпадов, которые Повелитель Тьмы обрушивал на нее.
— Вставай и сражайся, — приказал он.
И тут же смертоносный меч прожег костюм Лейи на груди. Мучительно хватая ртом воздух, принцесса наклонилась в сторону и едва не упала. Вейдер шагнул к ней.
Скребущий, теперь уже достаточно громкий звук привлек внимание обоих.
С последним усилием Хин откинул каменную плиту в сторону и упал. Жизнь уже покидала его, когда Люк встал. Груз, который давил ему на ногу, не повредил ее, лишь в незначительной степени ограничив способность двигаться. Он бросился к противникам, оберегая правую ногу, но с каждым шагом чувствуя себя все увереннее.
— Лейя!
Она еще что-то соображала, потому что прежде чем бросить ему меч, деактивировала его. Вейдер попытался поймать оружие, но вместо этого, промахнувшись всего на полпальца, схватил за руку принцессу.
Однако сил на хороший бросок у нее уже не было, и меч отлетел совсем недалеко. Люк бежал, чувствуя, что больная нога все еще сдерживает его. Вейдер выругался и оттолкнул принцессу. Совершенно измученная, она упала на пол и осталась там лежать.
Вейдер уверенно сокращал расстояние между ними. Еще немного, и он доберется до лазерного меча первым. Выложившись из последних сил, Люк каким-то чудом ухитрился рвануться вперед. Сжав рукоять меча, он почувствовал себя так, точно родился заново. И резко бросился вниз, перекувырнулся и откатился вправо, всего на миг опередив Вейдера, чей клинок прожег дыру в каменном полу на том самом месте, где только что стоял Люк.
Мгновенно вскочив, Люк поднял меч, который ярко сиял в его руке. Он оказался между Вейдером и принцессой. Повелитель Тьмы не спускал с него взгляда, но молчал.
— Лейя?
Нет ответа. Люк оглянулся.
— Принцесса?
Тонкий голос с болью произнес: — Не беспокойся обо мне, Люк.
— Верно, Скайуокер, — прогрохотал голос Повелителя Тьмы. — Не беспокойся о ней, беспокойся лучше о себе.
Взмахнув древним оружием своего отца, Люк почувствовал необыкновенный прилив сил.
— Я вообще ни о чем не беспокоюсь, кроме одного, — его голос звучал необычно торжественно, точно он выносил приговор. — Я намерен убить тебя, Дарт Вейдер.
— Надо же, какого ты о себе высокого мнения, — кивнул ситх.
— Я… Я — Бен Кеноби, — вдруг прошептал Люк, и сам удивился своим словам.
Вейдер, кажется, тоже несколько удивился. Правда, не надолго.
— Кеноби мертв. Я убил его. А ты просто Люк Скайуокер, в прошлом — крестьянский парень с Татуина. Ты не владеешь Силой и никогда не станешь равен Оби-Вану Кеноби.
— Бен Кеноби со мной, Вейдер, — с каждой секундой Люк чувствовал себя все уверенней, — и Сила, да будет тебе известно, со мной тоже.
— Какая-то часть Силы, безусловно, с тобой, мальчик, — признал Вейдер, — но мастером тебя не назовешь. Ты обречен. Только мастер способен на… такое.
Повелитель Тьмы сделал выпад, Люк увернулся. Однако смотрел Вейдер не на своего противника, а куда-то вниз, на пол.
Небольшой каменный обломок поднялся и полетел прямо Люку в голову. Тот, даже не успев осознать, что делает, молниеносно среагировал так, как учил его Бен Кеноби, — не думая.
Вверх взлетел еще один камень, меньшего размера, и ринулся точно навстречу первому.
Когда они столкнулись, «снаряд» Вейдера отлетел обратно и угодил прямо ему в плечо, причинив заметную боль.
Тяжело дыша, Люк с вызовом смотрел на Вейдера.
— Неплохо, мальчик, — согласился Повелитель Тьмы. — Очень неплохо. Но едва ли можно считать умением одно случайное действие.
— Ты так думаешь? — ответил Люк и сделал выпад.
Чтобы не думать о том, что ситх оказался прав, Люк стал думать о Бене Кеноби, о его уроках — как жаль, что их было так мало! И все-таки вспомнил: нужно просто не мешать, позволить Силе вести его руку.
Вейдер парировал один удар, затем другой, и внезапно оказалось, что он вынужден отступать под бешеным натиском Люка. Внезапно тяжелый барельеф на одном из опорных столбов соскользнул в сторону. В последнее мгновенье Люк не столько заметил, сколько почувствовал это и отскочил в сторону.
Огромная, покрытая резьбой каменная панель рухнула между ними и разлетелась на куски. Оба напряженно замерли, дожидаясь, пока осядет пыль. Люк тяжело дышал, с сожалением слушая по-прежнему ровное дыхание ситха.
— Хорошо, Скайуокер, — сказал Вейдер. — Очень хорошо — для ребенка. Но в конечном счете это ничего не изменит.
Он поднял меч и перепрыгнул через обломки панели.
Теперь нападающим снова стал Повелитель Тьмы. Под градом режущих ударов и летящих каменных обломков Люк вынужден был отступать. Противостоять и тому, и другому было почти невозможно.
Теперь они кружили в центре каменного пола. Принцесса лежала на боку, с трудом поворачиваясь, чтобы ничего не упустить.
Боль от ран туманила взгляд, и в какой-то момент перед глазами все поплыло. Веки опустились, и Лейя упала на такой холодный, холодный каменный пол…
На мгновение оба врага снова остановились.
— Кеноби многому научил тебя, — сказал Повелитель Тьмы. — И у тебя неплохие природные способности. Это вызов. Мне нравится.
Помятый, но пока еще не побежденный Люк запальчиво отозвался: — Этот вызов… тебе не по зубам!
— Нет, — заверил его Дарт Вейдер. — Ты переоцениваешь себя, дитя, — Повелитель Тьмы выпрямился в полный рост; устрашающее зрелище. — Я закончил играть с тобой.
Это была еще не левитация, но уже и не обычный прыжок. Взлетев, Повелитель Тьмы обрушил на противника свой клинок. Люк парировал — чисто инстинктивно, времени на раздумья не было. Удар оказался настолько силен, что выбил собственное оружие Люка из его руки. Оба меча отлетели в сторону и, все еще мерцая, упали на пол, рядом с темной зияющей дырой в нем.
Медленно опустившись вниз, Вейдер обхватил левой рукой запястье правой, сжал ее в кулак и напрягся, согнувшись и конвульсивно подергиваясь, словно человек, которого сильно тошнит. Внезапно между его ладоней возник шар лучистой энергии размером с кулак и поплыл в сторону Люка.
Что-то заставило Люка осознать, что шар коснется его прежде, чем он поднимет свой меч. Он выбросил обе руки вверх.
Дальше руки, казалось, действовали самостоятельно. Они задвигались с такой скоростью, что слились в туманное пятно. Белый шар налетел на них, отскочил назад, задел Вейдера и упал на землю. Послышался негромкий треск, похожий на звук отдаленного взрыва. От толчка Вейдер упал. В то же мгновенье шар исчез.
Тем не менее сила соприкосновения шара с руками Люка и его швырнула на землю. Правда, она оказалась значительно ослаблена защитой, которую он выстроил против шара. Если бы не эта защита, Люка наверняка отбросило бы к самой дальней стене храма.
Сейчас он лежал на животе, глядя, как Вейдер, медленно перекатившись на бок, тряс головой. Повернув голову, Повелитель Тьмы увидел потрясенного, но целого и невредимого Люка, который медленно полз к своему лазерному мечу.
— Не… Невозможно! — пробормотал Вейдер и тоже пополз к своему мечу. Левую сторону его брони в том месте, где шар коснулся ее, вдавило внутрь, точно от удара гигантского кулака. — Такая мощь… в ребенке… Немыслимо!
У Люка не было ни сил, ни желания обсуждать этот вопрос. Он видел только меч, чувствовал только гладкую поверхность его рукояти, которую удобно обхватила ладонь.
Правда, к этому моменту и Вейдер добрался до своего оружия. Пошатываясь, он с трудом поднялся и повернулся к Люку. Тот тоже встал на ноги, поднял меч над головой и бросился на черную фигуру, возвышающуюся над ним точно башня.
Клинки пересеклись. Ослепительно полыхнуло, меч Люка выскользнул из его руки и вонзился в каменный пол.
Сам он упал на землю, сильно ударился, но тут же перекатился на спину, чтобы взглянуть, что произошло. Его взору предстал Вейдер, который изумленно смотрел вниз, туда, где все еще сжимая мерцающий меч, лежала его правая рука. Крови не было вовсе. Люк попытался встать, но снова упал. У него не осталось сил, чтобы подняться хотя бы на колени.
Он лежал, совершенно измочаленный. Шагая медленно и нетвердо, Повелитель Тьмы подошел к своей отрубленной руке. Он наклонился, поднял ее, освободил меч. Взял его в левую руку и повернулся к своему противнику. Все оказалось зря, подумал Люк, когда Вейдер занес меч над его головой. Повелитель Тьмы, ситх, магистр темной стороны Силы, был непобедим.
Все было кончено…
— Прости, — пробормотал он, повернув голову к принцессе, которая распростерлась на каменном полу. — Прости, Лейя. Я любил тебя.
Он перевел взгляд вверх, чувствуя, что на последнее проклятие уже нет сил.
Меч Вейдера взлетел вверх. Шатаясь, точно пьяный, Повелитель Тьмы шагнул вперед, прошел пару шагов и…
… исчез.
Послышался дикий, нечеловеческий рев. Повелитель Тьмы провалился в черную дыру справа от Люка. Морщась от боли, едва осмеливаясь поверить в случившееся, Люк медленно подполз к краю темного провала, заглянул вниз.
И не увидел ни дна, ни каких бы то ни было признаков Дарта Вейдера.
— С ним покончено, — изумленно пробормотал Люк. — Провалился вниз, туда, где ему самое место, — опираясь одной рукой, он с трудом сел. — Его больше нет, Лейя!
Он попытался прислушаться к Силе. Ничего не получилось, но ему почудилось слабое шевеление ее нитей. Как бы то ни было, сейчас ситх был им не страшен. В данный момент Люку этого вполне хватало. Он пополз по полу, чувствуя на щеках слезы.
— Лейя, Лейя!
Добравшись до принцессы, он положил руку ей на лоб. Она открыла глаза и посмотрела на него. Слезы потекли неудержимо, когда он осторожно касался пальцами страшных отметин, которые меч Вейдера оставил на ее лице и теле.
— Люк? — еле слышно выдохнула она.
И улыбнулась, скривившись от боли. Взяв ее за руку, он распростерся рядом.
Стоя на груде камней у выхода из храма, Халла обернулась и увидела две фигуры, лежащие рядом, держась за руки. Грозный ситх, Повелитель Тьмы, исчез, провалился в жертвенный колодец почитателей Помойемы. Никто не помешает ей уйти.
Ее взгляд погрузился в кроваво-красную бездну кристалла Кайбурр, а потом метнулся наружу, в густой туман Мимбана.
Краулер, на котором они приехали, все еще стоял там. В нем лежал мертвый Кии. Неподвижные дроиды Люка замерли неподалеку.
— Проклятье! — пробормотала она. — Ах, проклятье!
И поползла вниз, спускаясь с каменной груды… обратно в храм.
— Люк! — она потянула его за руку, заглядывая в спящее лицо. — Мальчик? Вставай, не пугай старую Халлу.
Глаза открылись, сощурились и посмотрели на нее.
— Халла?
Она облизнула губы, закатила глаза, положила кристалл ему на колени и подтолкнула, точно камень жег ей руки.
— Вот. Что мне с ним делать? Что касается Силы, я обманщица, шарлатан, а не мастер. Ну, буду вытворять свои жалкие трюки чуть лучше, только и всего. К тому же Империя наверняка быстро найдет меня.
Люк перевел взгляд на пульсирующий камень, лежащий у него на коленях.
— Кристалл увеличивает Силу, — он засмеялся. — К чему нам это теперь?
— Не знаю! — сердито закричала она. — Ты хотел его, вот он тут, черт побери! Чего еще тебе от меня нужно? — она замахала на него обеими руками, злясь на себя за собственную беспомощность.
— Ничего, Халла, — он мягко улыбнулся. — Ты сделала все, что смогла, — протянув руку, он погладил кристалл. — От него исходит тепло… приятное…
— Ты с ума сошел, — фыркнула она. — Холодный камень, вот что это такое.
— Нет… Он теплый, — настойчиво повторил Люк. — Только такое… очень необычное тепло.
Не отдавая себе в этом отчета, он обхватил кристалл обеими руками.
Халла с виноватым видом отвернулась и забормотала себе под нос: — Глупая старуха. Тупая, эгоистичная старуха. Нужно было помочь им тогда, когда это требовалось. Я должна была…
Она смолкла, нахмурившись. Что это… вроде в полутемном храме стало светлее? Она повернулась и… вытаращила глаза.
Неподвижную фигуру Люка со всех сторон омывал глубокий красный свет, кристалл в его руках ослепительно сверкал. Нет, это был не свет. То, что смещалось и трепетало, охватывая Люка со всех сторон, казалось живым существом. Оно отыскивало все углубления и выпуклости его тела, проникало в каждый фолликул — точно огни Святого Эльма на снастях плывущих под парусами кораблей.
Это продолжалось несколько долгих мгновений. От восторга у Халлы захватило дух. Потом свечение угасло, втянулось обратно в кристалл, который приобрел свой обычный цвет.
Люк сел так резко, что Халла испуганно вскрикнула. Удивленно мигая, он посмотрел на нее. Нерешительно, точно перед ней призрак, она бочком подошла к нему.
— Люк?
— Халла, что произошло? Я… — его взгляд скользнул в сторону молчаливой бездны, поглотившей Дарта Вейдера. — Это я помню. И еще помню, как… Халла. я умирал!
— Скучное занятие, я думаю? — без улыбки ответила она. — Это все кристалл… Что-то в кристалле. Сила…
— Не помню, — он потряс головой и, протянув руку, коснулся плеча принцессы. — Лейя?
— Ты держал кристалл, — продолжала объяснять Халла, — обеими руками. Помнишь старые легенды? Про то, как жрецы в храмах могли исцелять?
— О чем ты? — пробормотал Люк.
Однако снова обхватил кристалл руками, закрыл глаза, попытался сосредоточиться и одновременно расслабиться. Свечение стало сильнее.
— Понятно, — голос исходил из тела Люка, но был ли это сейчас сам Люк?
Кроваво-красное свечение снова выскользнуло из кристалла, начинаясь на руках Люка и заканчиваясь у локтей. Продолжая удерживать кристалл одной рукой, он открыл глаза и с видом сомнамбулы протянул другую вниз. Прикоснулся пальцем к шраму на лице принцессы, оставленному мечом Вейдера. Шрам исчез. Халла в восхищении наблюдала, как, исцеляясь, кожа на этом месте смыкалась, натягивалась и выравнивалась.
Медленно, без единого слова, Люк провел пальцем по всем ранам, нанесенным принцессе Вейдером. Покончив с этим, положил открытую ладонь сначала на область сердца, а потом на лоб. И сел. Свечение втянулось обратно в кристалл.
Прошло несколько долгих минут. Снова прекрасная как никогда, Лейя Органа медленно села и поднесла руки к голове.
— С тобой все в порядке, Лейя? — обеспокоенно спросил Люк. Она поморщилась.
— Ужасно болит голова.
— Голова болит, — эхом повторил он. И улыбнулся Халле. — У нее голова болит.
В ответ Халла усмехнулась, захихикала и громко, с явным облегчением расхохоталась. Люк тоже рассмеялся, счастливо и смущенно, но потом закашлялся. Кристалл излечил его, конечно, но сказывалось то, что Люк долго не был на свежем воздухе.
Принцесса перевела удивленный взгляд с одного на другую, все вспомнила и принялась ощупывать свои ожоги.
— Они исчезли, — недоверчиво пробормотала она. — Исцелились. Как?
— Это все кристалл, Лейя, — снова обретя серьезность, объяснил Люк. — Он исцелил и меня, и тебя, а я даже не осознавал, что он это делает. Все, что Халла подозревала в отношении его, оказалось правдой. Он действительно использует Силу. Кристалл исцелил тебя, Лейя… не я.
— Люк, мы… — Лейя замерла на полуслове, с беспокойством оглядываясь. — А где…
— Там, — Люк показал на яму. — Правда, я так и не услышал его крика при ударе о дно. Вейдеру конец, Лейя, — и все же, произнося эти слова, он не мог бы подписаться под каждым из них.
Беспокойные мысли. продолжали одолевать принцессу.
— А что с Ц-3ПО и Р2Д2?
— Все в порядке, — ответила Халла. — По крайней мере, на мой взгляд выглядели они прекрасно, когда совсем недавно я проверяла краулер — вдруг ваш Повелитель Тьмы установил там ловушку? Они отключены, но целехоньки, насколько я в этом разбираюсь.
Облегченно вздохнув, Люк одной рукой обнял Лейю. И она не отстранилась.
— Бери, — он протянул кристалл Халле. Неуверенно взглянув на Люка, она взяла камень с выражением благоговения на лице. — Почему бы тебе не взять его? Ведь ты отправляешься с нами.
— С вами? — настороженно спросила Халла. — К чему вам старая, утомленная жизнью женщина? Какая от меня польза?
— Вселенная велика и добра ко всем, — успокоил ее Люк. — Мы увезем тебя с Мимбана туда, где ты будешь в безопасности. А потом решай сама. Если попрежнему не захочешь присоединиться к шайке «разбойников», значит, так тому и быть, — он замолчал, задумавшись. — Я знаю одного человека, контрабандиста и пирата, который когда-то рассуждал точно так же, как ты.
— Не сравнивай меня с контрабандистами и не подгоняй, — сварливо ответила она. — Меня и без этого можно убедить… Сила знает, что я нужна тебе, если уж на то пошло. Ну, и куда мы отправимся?
Люк с улыбкой посмотрел на Лейю. И она улыбнулась в ответ.
— На Циркарпус IV, — сказал Люк. — Мы опаздываем на очень важную встречу, которая должна состояться там. С представителями подпольного движения. Мы и из тебя сделаем идеального революционера, Халла.
— Это вряд ли! — фыркнула она.
Все трое покинули храм и направились к краулеру. Сначала Люк включил Р2Д2, потом Ц-3ПО, который тут же испуганно затараторил: — Ох, сэр! Где он? Нам не удалось сбежать от него. Ему были известны все кодовые слова и команды. Я пытался предостеречь вас, но мы не смогли… — он замолчал, удивленно глядя на них. — Почему вы улыбаетесь?
Р2Д2 издал раздраженное «би-бип». Для дроида, специализирующегося на коммуникации, Ц-3ПО иногда соображал, мягко говоря, туго.
— Прошу прощения, сэр, — вежливо продолжал высокий, стройный дроид, — но я, наверно, упустил что-то важное?
— Р2Д2, давай. Нужно убираться отсюда.
Маленький Р2Д2 включил зажигание. Двигатель взревел, Халла развернула мощную машину, которую тут же поглотил туман Мимбана.
— Почему, — раздался слабый, еле слышный голосок дроида, — у меня такое чувство, будто все смеются надо мной?..

Энциклопедия Звездных войн
Осколок кристалла Власти

Энциклопедия составлена по материалам, любезно предоставленным Бобом Витасом

Академия — элитная школа, изначально (во времена Старой Республики и в первых годах правления императора Палпатина) предназначавшаяся для обучения персонала космических кораблей всех уровней и направлений (как военных, так и торговых). Позднее превратилась в Имперский тренировочный армейский центр. Единого местонахождения не имеет, самое крупное отделение находится на Райттале. Основная программа занимает тридцать стандартных месяцев.
Алдераан — планета в центральном секторе. Люди, жившие на Алдераане, считались одними из самых миролюбивых обитателей галактики. Живя в гармонии с окружающим миром, они строили свои города на вершинах обрывистых утесов или на сваях на морском мелководье — чтобы их города не мяли траву и не уничтожали моря. Алдераан непоколебимо поддерживал Старую Республику, и многие из его уроженцев служили в вооруженных силах. Родная планета семьи Органа играла немаловажную роль в галактической политике; и в последние годы Старой Республики семья Органа оказывала сопротивление стремлению верховного канцлера Пал-патина сосредоточить в своих руках все рычаги власти. После установления Нового Порядка Алдераан в числе первых поддержал созданный Альянс за восстановление Республики. Скрытое недовольство правлением Палпатина привело к уничтожению планеты. Гранд Мофф Таркин, захватив в системе Татуина корабль семьи Органа «Быстроходный IV», устроил принцессе Лейе допрос с пристрастием, но не сломил ее. Когда же он попытался под угрозой уничтожения планеты узнать о местонахождении базы Альянса, принцесса солгала ему. Таркин тем не менее отдал приказ на уничтожение. Новое оружие Звезды Смерти превратило Алдераан в бесчисленные обломки незадолго до битвы при Йавине.
Альянс за восстановление Республики — группа планет, объединившаяся в борьбе с Новым Порядком Палпатина. Обычно его именуют просто — Альянс, а имперцы называют народы, входящие в него, повстанцами. На начальных этапах движение сопротивления Новому Порядку было поддержано Мон Мотма и Бэйлом Органа. После нападения имперцев на Мантуин и Горман Альянс стал быстро расти. Лидеры Альянса ясно понимали, что за Империей преимущество в силах и средствах, а потому вначале больше полагались на скрытность и хитрость, одерживая малые победы и подтачивая Империю идейно. После уничтожения Звезды Смерти Альянс превратился в признанную угрозу существования Империи, что ясно понимал Палпатин. Поэтому он бросил почти всю мощь своей военной машины на поиски баз Альянса.
Анкорхад — большой по меркам Татуина город, в котором сосредоточено большое количество ремонтных 1 мастерских, лавок, торгующих сельскохозяйственными принадлежностями, факторий. Расположен в нескольких сотнях километров юго-западнее Мос Айсли. Население составляет около семиста жителей.
Антигравитационный двигатель — планетарная установка космического корабля, которая позволяет преодолеть гравитацию, благодаря чему корабль способен взлетать и осуществлять полеты в атмосфере. Они также называются репульсионными двигателями и используются при внутрисистемных полетах, чтобы воздействие гипердрайва не сказывалось на обитателях планет.
Антиллес Ведж — уроженец планеты Кореллия, Ведж Антиллес провел детство, работая на одной из планет в системе Гус Трета. Его родители Джаггед и Зена владели там заправочной станцией. Ведж, получив, кроме большой суммы денег, хорошую тренировку по пилотированию кораблей различных типов, готовился к поступлению в Академию. Именно тогда заправлявшийся пиратский корабль «Бузззер», под командованием Локи Хаска, стал взлетать, спасаясь от прибывших кораблей Службы безопасности Кореллии. К несчастью, заправочные шланги не были отключены, вылившееся топливо загорелось, и родители Веджа были вынуждены катапультировать заправочный комплекс, чтобы спасти основную станцию. Родители Веджа погибли, сам Ведж вместе с Бустером Терриком отправился за пиратами на корабле «Охотник за головами». Им удалось уничтожить пиратский корабль. До присоединения к Альянсу Ведж занимался различными работами, вплоть до перевозки контрабанды. У повстанцев он продемонстрировал отличные качества летчика-истребителя, и выполнял различные задания, такие как эскортирование транспортов и разведочные полеты, позднее был зачислен в звено Т-65 во время битвы на Йавине.
Антиллес Раймус Колтон — капитан космического флота на службе у семьи Органа, командовал кораблем «Быстроходный IV». Поддерживал Альянс. По словам Ц-3ПО, сам робот-переводчик и Р2Д2 принадлежали капитану Антиллесу до тех пор, пока принцесса Лейя Органа во время захвата Империей «Быстроходного» не заложила в память Р2Д2 украденные планы Звезды Смерти. Капитан Антиллес был убит (задушен) Дартом Вейдером на борту « Быстроходного».
Аркона — двуногие рептилии без чешуи с приплюснутой головой, цвет кожи меняется от темно-коричневого до черного. Живут семьями, которые называются Великие Гнезда, на планете Кона. Излюбленным наркотиком для аркона является обычная соль, пристрастившихся к ней аркона легко узнать по желтым мерцающим глазам.
Астромеханический дроид — маленькие дроиды, созданные для использования на небольших грузовых космических кораблях. Они представляют собой независимый навигационный компьютер, запрограммированный также для ремонта космических кораблей. Лучшие астро-механические дроиды производит компания «Промышленные автоматы», в том числе серии Р2, Р5 и Р7.
Банты — громадные, похожие на земных слонов животные с изогнутыми бивнями. Их можно обнаружить на множестве планет со значительно отличающимися климатическими условиями. Песчаные люди на Татуине используют бант в качестве транспортных средств, причем как на травянистых равнинах, так и в зоне тундры. На большинстве миров банты одомашнены и служат тягловыми животными и даже в качестве боевых. Мясо и шкуры бант высоко ценятся. Происхождение бант неизвестно, каждая планета, на которой они обитают, считает себя их родиной. В неволе большинство бант приучают возить тяжести и выводят для жизни в пустынях.
Бин Эссада — Имперский Мофф, управляющий системой Циркарпус.
Битхи — раса, отличающаяся укрупненным круглым черепом, бледной кожей, большими глазами, лишенными век, и длинными ловкими пальцами. Происхождение их неизвестно. Считается, что битхи не знают таких эмоций, как страх или страсть, и что им не требуется сон. Детей они производят в лабораториях, взяв генетический материал у родителей.
Бот — подручный Граммеля, принадлежащий к неизвестной расе. Постоянно носит плащ с капюшоном и, по слухам, немой.
Вандрелля — огромный всеядный червь розоватого цвета с коричневыми полосами. На голове расположены множество «глаз» и рот. Вандрелла мало изучена, как впрочем и остальной мир Мимбана (Циркарпуса V), поэтому неизвестно, пользуется ли вандрелла зрением как таковым или находит свои жертвы с помощью других органов чувств.
Внешние территории — часть Галактики, в состав которой входят системы Татуина и Рилота. Этот сектор издавна считается самым отдаленным уголком галактической экспансии. Внешние территории находились под управлением Гранд Моффа Таркина с его Звездой Смерти, пока Мофф и его космическая станция не были уничтожены в Битве при Йавине.
Войны клонов — война в последние годы Старой Республики, в которой рыцари-джедаи сотрудничали с вооруженными силами Республики по отражению угрозы Галактике.
Вомпа-песчанка — довольно крупный грызун с планеты Татуин, напоминает очень большого тушканчика.
Вуки — рослые, покрытый шерстью антропоиды с планеты Кашиийк. Известны на всю Галактику своим неистовством в бою. Обитают высоко на деревьях, подальше от хищных растений нижних уровней своих лесов. Лапы их оснащены острыми длинными когтями, с помощью которых вуки лазают. Живородящие млекопитающие, вуки-самки имеют шесть сосцов, которыми выкармливают детенышей. Раса вуки была порабощена Империей, и поэтому вуки не очень расположены к людям. Оби-Ван Кеноби когда-то выдвинул предположение, что вуки имеют мощную связь с Силой, но доказать этого никому не удалось.
Вухер — бармен в кантине в Мос Айсли. Когда-то его бросили на улице родители и он вырос, лелея только одну мечту — убраться подальше от Татуина. Дроидов всех видов ненавидит лютой яростью и не упускает случая продемонстрировать свое к ним отношение. У себя в заведении Вухер установил оборудование для химической лаборатории и активно экспериментирует с новыми коктейлями и напитками.
Гадерффай — традиционное оружие тускенов. Топор с двумя лезвиями, короткой рукоятью и крюком.
Гипердрайв — двигатель космического корабля и все его модули, позволяющие кораблю развивать сверхсветовую скорость и производить прыжок через гиперпространство. Большинству гипердрайвов требуется фузионный генератор. По слухам, гипердрайв изобрела неизвестная раса откуда из-за пределов Галактики. Впервые пришельцы появились в системе Кореллии. Кореллиане изучили секрет гипердрайва и построили собственный двигатель. Спустя некоторое время они продали идею путешествия через пространство другим планетам. Сообщение между мирами стало неизмеримо проще, что и породило огромное сообщество, известное как Старая Республика.
Гранд Мофф — имперский губернатор, представитель Императора в определенном секторе Галактики, как правило считающемся районом повышенного интереса Императора. Под юрисдикцией Гранд Моффа может находиться как один, так и множество секторов.
Граммель — капитан-интендант Имперской армии на Циркарпусе V, известный своими садистскими наклонностями и безжалостностью. Именно он предупредил Эссаду о кристалле кайбурр и присутствии Лейи Органы на планете. Эссада передал эти сведения Дарту Вейдеру, который приказал арестовать принцессу. Нападение на Лейю провалилось, Граммель попытался объяснить все Вейдеру лично, за что и поплатился.
Дантуин — эта планета сыграла заметную роль в долгой истории Республик и Альянса. В древности на ней находился центр обучения джедаев, которым руководил магистр Ордена Водо Сиоск-Баас. При имперском Новом Порядке здесь располагалась база повстанцев, но ее покинули раньше, чем Империя сумела обнаружить местонахождение базы. Планета представляет собой засушливую саванну. У нее два спутника. Средняя продолжительность суток на Дантуине — 25 стандартных часов, а год состоит из 378 местных дней.
Дарклайтер Биггс — друг детства Люка Скайуокера. Он родился на Татуине, семья его была зажиточной, торговала продуктами питания. Отец был готов дать ему все, что тому хотелось, а Биггс старался во всем походить на других парней в Анкорхаде. Однако это не помешало ему подружиться с Люком Скайуокером, когда тот сумел разглядеть в богатеньком мальчике подлинную суть Биггса. Когда положение и богатство отца открыли Биггсу дорогу в Академию, он не смог отказаться. Он попрощался с друзьями и отправился в Академию, которую с отличием окончил. Потом Биггс получил назначение на «Ранд Эклиптик», где служил под командованием капитана Хелиеска в эскадрилье «Уклонисты» вместе с Хобби Кливианом. Оба они наладили контакт с Альянсом и раскрыли Биггсу глаза на злодеяния Империи. После краткой остановки на Татуине, чтобы проститься с Люком и остальными друзьями, Биггс вместе с Хобби и несколькими товарищами при поддержке капитана Хелиеска поднял у Бестина мятеж и ушел в гиперпрыжок, чтобы присоединиться к Альянсу. Перед началом битвы у Йавина Биггс получил назначение пилотом в «красное» звено истребителей Т-65, и на Йавине-IV он перед самым сражением вновь встретился с Люком. При атаке на Звезду Смерти Биггс погиб, прикрывая Люка Скайуокера от имперских ДИ-перехватчиков.
Дарт Вейдер — ближайший помощник и ученик Императора, последний повелитель ситхов. Черные доспехи и дыхательная маска, сконструированные ситхами, выполняют у него роль не только защитной брони, но и системы поддержки жизни, без которой он не может существовать. Дарт Вейдер весьма искушен в древнем искусстве владения Силой и считается одним из величайших воинов в Галактике.
Десантная винтовка Е-11 — лазерная винтовка калибра 9 мм, состоящая на вооружении имперской армии. Позволяет вести огонь очередями, но лишь на малой мощности. Этот тип оружия так широко выпускался, что у Альянса таких винтовок так же много, как у Империи.
Дефлекторное поле — силовое поле, поглощающее или отражающее любые виды энергии. Ставится на кораблях для защиты от выстрелов. Иногда используются термины «дефлекторный щит» и «дефлектор».
Дианога — змееподобное создание с семью щупальцами и единственным стебельчатым глазом. Происхождение ее прослеживается от планеты Водран, большей частью покрытой болотами. Дианога обладает интересной особенностью, помогающей ей скрываться от крупных хищников. Она умеет становиться практически прозрачной. При отсутствии пищи тело дианоги тоже приобретает прозрачность. Также они обладают свойством принимать цвет только что съеденной добычи. Привлеченная запахом отбросов, дианога, также называемая мусорным кальмаром, проникла на космический корабль и, таким образом, мигрировала на другие планеты. Средняя длина дианоги — 5-6 метров, хотя экземпляры в 10 метров не являются чем-то из ряда вон выходящим.
ДИ-истребитель — один из первых кораблей этой серии, разработанный компанией «Сейнар Системc». Длина корпуса 6, 3 метра, досветовая максимальная скорость 100 НГСС, скорость в атмосфере до 1200 км/ч.
Системы, используемые в конструкции корабля: — система наведения «Сейнар Системc T-s8» — ионный генератор «Сейнар Системc 1-а2b» — навигационный модуль «Сейнар Системc N-s6» — двойные ионные двигатели «Сейнар Системc P-s4» — контрольная система «Сейнар Системc F-s3.2» — два ионных маневровочных двигателя «Сейнар Системc P-w401» — две лазерные пушки «Сейнар Системc L-sl» — армированные солнечные панели.
ДИ-опережающий — небольшой истребитель, разработанный Дартом Вейдером перед битвой при Йавине. Во время сражения Вейдер летал на прототипе этого корабля, что спасло ему жизнь, когда была уничтожена Звезда Смерти. Этот прототип именовался «Реванш» В последствии Вейдер улучшил корабль. ДИопрежаюший имеет десять метров в длину и развивает скорость до 145 НГСС.
Системы, используемые в конструкции корабля: — ионный реактор «Сейнар Системc I-s3a» — двойные ионные двигатели «Сейнар Системc P-sx7.4» — система контроля «Сейнар Системc F-s5x» — навигационный компьютер «Сейнар Системc Ns6» — активатор гипердрайва «Сейнар Системc ND9» — четыре лазерные пушки «Сейнар Системc L-s9.3» — две торпедные установки «Сейнар Системc M-g-2» — проектор защитного поля «Новалдекс» — армированные солнечные панели ДИперехватчик — одноместный корабль с несколько модифицированными крыльямибатареями. Их сегменты расположены под углом, чтобы повысить маневренность корабля и уменьшить риск попадания в него вражеских выстрелов. Длина корпуса 9, 6 метров. Максимальная досветовая скорость ПО НГСС. Скорость в атмосфере до 1250 км/ч Системы, используемые в конструкции корабля: — армированные солнечные панели — ионный реактор «Сейнар Системc 1-а3b» — контрольная система «Сейнар Системc F-s4» — система наведения «Сейнар Системc T-s9a» — двойные ионные двигатели «Сейнар Системc P-s5.6» — навигационный модуль «Сейнар Системc N-s6» — четыре лазерные пушки «Сейнар Системc L-s9.3» Дипилл — распространенное лекарство для снятия стресса.
Джабба Десилийк Тиуре — один из самых известных королей преступного мира в Галактике из расы хаттов. Шестьсот лет назад он улетел с родной планеты Нал Хутта и обосновался на Татуине. Как у прочих его соплеменников, у Джаббы массивное, обрюзгшее тело, что делало бы Джаббу относительно легкой мишенью для наемных убийц, если бы не толстая шкура, практически не пробиваемая никаким оружием. Начинал Джабба как вор и контрабандист. Позднее, после смуты в клане Десилийк, он перебрался на Татуин. Джабба нанял Хэна Соло для перевозки груза спайса с Кесселя, но Хэн был вынужден сбросить груз и спасаться бегством от имперских кораблей. Хэн не смог оплатить неустойку, поэтому Джабба назначил цену за его голову.
Джедаи — рыцарский орден хранителей мира и справедливости, основанный во времена создания Старой Республики. Они защищали Республику от любой угрозы, включая Войну Клонов. Их посылали регулировать споры между правительствами планет, так как они всегда поддерживали нейтралитет и были способны обнаружить истину благодаря своей легендарной Силе. Джедаи — хорошо обученные воины, пользующиеся своеобразным оружием — лазерными мечами. Когда сенатор Палпатин решил провозгласить себя императором Галактики, он понял, что джедаи — единственная реальная сила, стоящая между ним и его целью. В результате был уничтожен практически весь орден.
Долг жизни — одно из самых серьезных обязательств у вуки. Если кто-то спасает жизнь вуки, то вуки считает, что он должен выплачивать так называемый «долг жизни», даже если спаситель — непосредственный кровный родственник. Вуки считают, что с момента спасения жизнь вуки принадлежит его спасителю, и, что бы тот ни думал или как бы себя ни вел, вуки обязан охранять и помогать ему. Чубакка имеет такой «долг жизни» Хэну Соло.
Дроиды — любая разновидность автоматов самых различных целей и назначений. Существует пять основных классов: Первый класс — дроиды, запрограммированные на решение физических и математических задач, а также для медицинских целей.
Второй класс — инженеры, техники и механики.
Третий класс — дипломатм, воспитатели, обучающие машины, переводчики, социальные работники (в частности, Ц-3ПО является дроидом третьего класса).
Четвертый класс — силовые структуры.
Пятый класс — слуги и прочие занятия, не требующие интеллектуальной деятельности (работа в шахтах, на заводах, санитария и прочее).
Дроиды серии Р2 — серия астромеханических дроидов, самая популярная из всех выпущенных, поскольку дроиды указанной серии могли сопрягаться с большинством выпускаемых космических кораблей. Серия была запущена приблизительно за пять лет до начала Галактической гражданской войны.
Дуга Кесселя — маршрут длиной в восемнадцать парсеков, которым пользуются контрабандисты, чтобы обойти имперские корабли, охраняющие подходы к Кесселю. Маршрут пролегает возле релятивистского объекта May. Успешные проход по этому маршруту является предметом гордости и зависти среди контрабандистов, которые постоянно устраивают там своеобразные соревнования Трудность заключается в том, что, приближаясь к черной дыре May, пилот уменьшает расстояние, но увеличивает сложность полета. Официальный рекорд принадлежит Хэну Соло и Чубакке на «Тысячелетнем соколе», которые сократили дугу Кесселя до 11,5 парсеков. Бо-Шек заявляет, что побил рекорд, но он шел без полной загрузки.
Затерянный город джедаев — спрятанный под землей город на Йавине IV, был создан столетия назад рыцарями Ордена. Вход в него представлял из себя двухметровую цилиндрическую глыбу зеленого мрамора, спрятанную в ливневых лесах Йавина. Если раскрыть мраморный круг, то обнаружится транспортный узел, позволяющий добраться до города. Точное место входа хранилось джедаями в абсолютном секрете, хотя о существовании самого города было известно многим. В городе расположена Библиотека джедаев, хранилище их преданий и знаний. Чтобы сохранить тайну Города, древние джедаи создали и запрограммировали дроидов — охранять и защищать город.
Звезда Смерти — боевая станция Империи диаметром в 120 километров, разработанная Толом Сивроном и построенная на верфях «Империал Инжениринг» Бевелом Лемелиском. Звезда Смерти стала результатом на запрос Гранд Моффа Таркина о суперкорабле, с помощью которого можно было бы держать в страхе Внешние территории. Основным оружием Звезды Смерти является лазерная пушка, мощности которой хватает, чтобы взорвать целую планету. Изначально проект предназначался для уничтожения мертвых планет с целью облегчения добычи полезных ископаемых. Станция была построена на орбите планеты-тюрьмы Деспейр; по окончанию полного монтажа оружие Звезды Смерти было опробовано на самой планете. Изначальный проект имел некоторые недостатки — в частности, шахты вентиляции реактора выходили прямо в открытый космос, что позволило повстанцам взорвать станцию протонной торпедой.
Интерьер станции составляют 84 уникальных уровня, каждый в 1428 метров в высоту. Каждый уровень в свою очередь разделен на 357 вспомогательных этажа. Вся станция разделена на два полушария по двенадцать зон в каждой. Экипаж станции насчитывает 27 048 офицеров, 774 576 солдат, пилотов и механиков, 378 576 человек обслуживающего персонала, около 400 000 дроидов различных систем, 25 000 имперских гвардейцев. Средний срок службы на станции — около шести лет без отпуска, поэтому станция оборудована всеми возможными увеселительными заведениями.
Станция несет на себе 4 корабля основных классов, 7 200 ДИ-истребителей, 3600 боевых шаттлов класса «эль», 1860 десантных кораблей и 13000 единиц вспомогательного флота и наземных машин, в которые, в частности, входят 1400 танков АТВ, 1400 самоходок ACT, 178 командирских танков, 355 «летающих крепостей», 4 843 тяжелых колесных танка HAVwAS.
— пять воздушных шлюзов (два на полюсах, два на полушариях, один на экваторе) — главный реактор — два мотиватора гипердрайва со 123 автономными генераторами — два основных двигателя — 5 000 лазерных батарей — 5 000 лазерных батарей тяжелой артиллерии — 2 500 лазерных пушек — 2 500 ионных пушек — 768 генераторов луча захвата.
Записывающий стержень — небольшой пластиковый стержень, предназначенный для записи и хранения информации. Способен записывать и видео информацию, но с низким качеством.
«Звездный разрушитель» класса «Империал-1» — крейсер, построенный на верфях Куат, является основным кораблем имперского флота. Он насчитывает 1600 метров в длину и несет на себе 36 810 членов экипажа и 275 канониров. Может перевозить до 1200 солдат. Предельная досветовая скорость — 60 НГСС.
Системы, используемые в конструкции корабля: — генератор защитного поля — 60 легких ионных батарей «Борстель NK-7» — 10 установок луча захвата «Пилон-7» — ионный реактор и двигатели «Сейнар Системc 1-а2b» — 50 тяжелых лазерных батарей «Тэйм Бак ХХ9» — система наведения «ЛеГранд» — сканнеры дальнего радиуса действия «Сейнар системе S-s3» Десантные единицы: — 12 десантных барж — 20 танков АТВ — 30 самоходных орудий ACT Летная палуба: — 3 эскадрильи ДИистребителей — 2 эскадрильи ДИ-перехватчиков — 1 эскадрилья ДИбомбардировгциков Посадочная палуба: — 5 шлюпок — 8 челноков эль-класса — 15 штурмовых транспортов «Звездный разрушитель» класса «Империал-II» — модификация крейсера класса Империал-1, несет на себе всего лишь 36 755 членов экипажа, зато до 300 канониров и почти 10 000 солдат. Длина крейсера 1600 метра. Вооружение практически такое же, как и у его предшественника, отличается только меньшим количеством тяжелых лазерных батарей (50 единиц вместо 60) и легких ионных батарей (20 вместо 60), но и наличием пятидесяти тяжелых лазерных пушек..
Звездные корабли — любой корабль, способный передвигаться в открытом космосе и совершать перелеты от одной планетарной системы к другой. Различают пять классов кораблей: — Основной класс: большие, хорошо вооруженные, используемые как командные пункты во время боевых операций. Самым хорошим примером кораблей основного класса являются «звездные разрушители» и крейсеры «Мои Каламари».
— Корабли огневой поддержки: крупные, маневренные корабли, чье вооружение позволяет им защищать корабли основного класса и выполнять прочие боевые операции. Примером может служить фреат типа «Небьюлон-Би».
— Транспортники: корабли различных размеров, отличающиеся неплохим ходом и грузоподъемностью. Например, кореллианские корветы ЦР90.
— Боевые корабли: небольшие, высокоманевренные, первая линия обороны и нападения. Пилотируются одним или двумя пилотами и для своего размера неплохо вооружены. Примерами могут служить все корабли класса ДИ и истребители «Инком Т-65» «крестокрыл».
— Вспомогательные корабли: заправочные, контейнеровозы, грузовики и прочие не военные корабли.
Империя — название, которое получил режим, установленный сенатором Палпатином, когда он узурпировал власть правителя галактики и ввел свой Новый Порядок. В основу Империи был положен принцип: «Править не силой, а страхом перед силой». Палпатин стал Императором и, чтобы вселить страх, создал громадную военную машину. Для укрепления своего контроля над галактикой Палпатин часто применял Темную сторону Силы.
«Инком Т-65с А2» «крестокрыл» — одноместный истребитель с двумя крыльями, которые, раскрываясь при активации, образуют косой крест. Считается, что это увеличивает маневренность и точность огня. Каждое крыло несет на себе лазерную пушку (то есть общее количество пушек — 4). Вместо навигационного компьютера Т-65 имеет гнездо для подключения астродроида серии Р2. Максимальная досветовая скорость НО НГСС. Скорость полета в атмосфере — до 1050 км/ч.
«Крестокрыл» был сконструирован компанией «Инком» как раз до того, как Император разорвал с ней контракт, посчитав, что фирма работает по заказам Альянса. Неизвестно, было ли так на самом деле, но после потери государственных заказов компания действительно предложила свои услуги Альянсу, одновременно уничтожив сведения о своих машинах в системных базах Империи.
Позднее в конструкцию «крестокрыла» были внесены кое-какие изменения, в частности — замена Р2 встроенным компьютером. В результате получилась модификация Т-65д А1.
Системы, используемые в конструкции корабля: — мотиватор гипердрайва «Инком GBk-585» — ускоритель «Инком MKI» — 4 фузионных двигателя «Инком 4J. 4» (некоторые модели оборудованы двигателями 4L4) — голографическая система наведения In-344-B — 4 лазерные пушки «Тэйм Бак 1X4» (некоторые модели вооружены пушками КХ9) — система слежения «Фабритек ANq 3.6» — сенсорная система «Фабритек АN-5d» — минисенсоры «Фабритек к-блакан» — активатор крыльев — система жизнеобеспечения «Гаке Ревайвл» — катапультирующееся кресло «Гайденхаузер» — ионный реактор «Новалдекс O-4Z» — проектор защитного поля — криогенные батареи — система контроля «Торплекс RqS. I» — фоторецепторы «Тана Ире» — 2x3 установки для запуска протонных торпед «Крупке MG7» — астродроид Р2 Источники трелла — глубокие скважины, ведущие с поверхности Циркарпуса V к разветвленной сети пещер. Считается, что их прорыли трелла много столетий назад.
Йавин — самая крупная планета в системе Йавин — практически непригодный для обитания газовый гигант со множеством спутников. Три из его спутников обитаемы.
Йавин IV — обитаемый спутник планеты Йавин с бурной тропической природой. Когда-то ее населяла раса массасси, которая за четыре тысячи лет до битвы на Эндоре была порабощена Экзаром Куном. По приказу Куна массасси построили огромные храмы в джунглях, чтобы сфокусировать энергию Темной стороны. Во время Великой войны ситхов, Экзар Кун сделал Йавин IV своим последним оплотом, вытянув из массасси жизненную энергию, чтобы сохранить свою душу, несмотря на смерть его тела В результате выброс Великой Силы спровоцировал гигантский лесной пожар. Когда улик Кель-Дрома через несколько лет после воины вернулся на Йавин IV, джунгли все еще не могли возродиться. Жизнь вернулась на луну спустя тысячелетие. Когда Альянс стал строить свою первую главную базу, повстанцы выбрали Йавин IV, так как система расположена вдалеке от основных населенных районов галактики. После уничтожения Алдераана и спасения принцессы Лейи с первой Звезды Смерти, Империя обнаружила месторасположение базы и сделала попытку уничтожить ее. Звено истребителей под командованием Люка Скайуокера сумела взорвать Звезду Смерти до того, как станция выстрелила по луне. Тем не менее, обломки Звезды Смерти обрушились на Йавин IV метеоритным дождем, подожгли леса и опустошили большие пространства луны. Разрушения, конечно, были несколько меньше, чем в предыдущий раз, и практически всем базам удалось уцелеть. Продолжительность дня на Йавине IV равна 24 стандартным часам, продолжительность года — 13, 2 стандартным годам.
Йавы — низкорослые, живущие в пустыне торговцы-старьевщики на планете Татуин. Эти маленькие создания имеют большие светящиеся глаза. Речь йавов трудно понять, так как язык их меняется случайным образом. Известны йавы своей врожденной трусостью. Очень немногие видели, как выглядят йавы без своих плащей цвета глины. Они — коллективные существа: небольшими группами собирают все и вся, что можно перепродать хоть кому-нибудь. Некоторые ксенологи полагают, что йавы имеют неорганическое происхождение. Обычно температура тела у йавов — 46, 7 градусов по Цельсию.
Йюззем — раса гуманоидов с неустановленной планеты; покрыты шерстью, с очень длинными руками, обладают неустойчивым темпераментом, подвержены вспышкам ярости, не очень умны, зато сообразительны. Империя использует их в качестве грубой рабочей силы. Многие антропологи считают йюзземов родственниками вуки с Кашиийка, хотя сами вуки придерживаются иного мнения.
Кал Нкай — аркона, который оставил свое Великое Гнездо после того, как другой клан разорил его. Был отловлен имперскими войсками и отправлен работать на солевые копи, где пристрастился к соли. Зная, что его увлечение обусловлено огромными запасами «наркотика», сбежал и поселился на Татуине. Работает на ферме и довольно часто посещает кантину в Моc Айсли в надежде раздобыть соли. Известен там под прозвищем Золотой глаз — из-за необычного для аркона цвета глаз.
Ками — подружка Люка из Анкорхаде на Татуине. Ее семья управляла на Татуине подземным гидропонным садом и большую часть воды получала с фермы Оуэна Ларса.
Кану — божество, которому поклоняются ковей на Циркарпусе V. Отвечает, в основном, за правосудие. Кану выносит решение, основываясь на результате битвы между двумя воинами, выставленными каждой из сторон. Считается, что побеждает тот, кто представляет правую сторону, так как Кану помог ему.
Касс — адьютант Гранд Моффа Таркина на Звезде Смерти.
Кашиийк — планета, расположенная в секторе Су-митра, практически полностью покрытая джунглями, известная своей смертоносной флорой и фауной. Родной дом расы вуки, хотя некоторые легенды утверждают, что вуки переселились на Кашиийк с другой планеты. На планете четыре основных континента, разделенные океанами, и множество архипелагов. На экваторе — небольшой район пустынь.
Вуки живут в больших городах, расположенных на деревьях, это уберегает их от хищников, обитающих в нижнем ярусе леса. Вуки считают, что их леса делятся на семь уровней, и жизнь на каждом зависит от количества света, проникающего сквозь листву. На нижних уровнях — соответственно первом, втором и третьем — растут фосфоресцирующие растения, обеспечивающие эти уровни собственным светом. Вуки никогда не спускались ниже четвертого уровня.
Период обращения Кашиийка вокруг своей оси составляет 26 стандартных часов, период обращения вокруг солнца — 381 стандартный день. У Кашиийка три спутника.
Кессель — вторая и единственная пригодная для заселения планета в одноименной системе, расположенная далеко на Внешних Территориях. Имеет один спутник. Время обращения вокруг звезды 322 дня. Длительность суток — около 26 стандартных часов. Естественной атмосферы на Кесселе нет, ее пришлось создавать и поддерживать искусственно. В ближайшем тысячелетии Кессель должен быть захвачен и поглощен расположенной неподалеку черной дырой May. На Кесселе имеются огромные запасы спайса. Империя использует Кессель как каторжную колонию, заключенные которой работают на копях. Им приходится добывать спайс практически в абсолютной тьме, чтобы не активировать его. Имперский гарнизон расположен на спутнике Кесселя.
Комменор — планета, расположенная практически на границе Центральных миров вблизи системы Корелл. Торговый пост и космопорт.
Кореллия — планета расположена в системе звезды Корелл. Кроме нее в системе есть еще четыре обитаемые планеты, иногда называемые Пятью братьями. Кореллия часто упоминается как Старший брат. Кореллия — весьма привлекательный мир, фермы и небольшие города расположены среди пологих холмов, полей и лугов. Стоит взглянуть на Золотые пляжи, город Бела Вистал, столицу Коронет, расположенную на берегу моря. В отличие от других больших городов в Коронете много открытых пространств; небольшие здания и торговые залы разделены парками и площадями. Правительство располагается в двенадцатиэтажном Доме Короны, когда-то бывшем резиденцией генерал-губернатора сектора Микамберлекто.
Несмотря на то что три кореллианские расы (люди, селониане и дроллы) свободно перемешаны в Коронете, сосредоточивание основной власти Империи привело к сепаратистским настроениям и возникновению про-человеческих партий вроде Лиги Человека. Под поверхностью планеты находятся обширные сети туннелей, выстроенных тысячи лет назад; в них обитают многие селониане. В нескольких подземных пещерах, датированных дореспубликанской эпохой, недавно начались археологические раскопки. Внутри древнего комплекса обнаружен огромный планетарный пульсатор, с помощью которого планету можно было передвинуть с нынешней орбиты в неизвестном направлении. Когда-то Кореллия управлялась королевской семьей, но через три столетия после того, как Беретонэ-Схэло принес демократические идеи, стала республикой.
Космопорт Моc Айсли — функционирующий по всем стандартам космопорт, состоящий из не слишком большого числа забитых песком посадочных доков. В космопорте также имеется своя кантина.
«Коэнсайр БТЛ-А4» — практически все корабли БТЛ компании «Коэнсайр» носят не слишком романтичное название «костыль» из-за конфигурации фюзеляжа: двойной пульсационныи двигатель расположен позади кокпита. Самые известные разработки — это БТЛ-А4, шестнадцатиметровый одноместный истребитель-бомбардировщик дальнего действия, и БТЛ-СЗ, двухместный истребитель. Оба развивают досветовую скорость до 80 НГСС и до 1000 км/ч в атмосфере — система жизнеобеспечения «Гаке Ревайвл» — астродроид Р2 — ионный реактор «Тиодин O-3R» — 2 лазерные пушки «АрМек SV4» — 2 лазерные пушки «Тэйм Вак КХ5» — система наведения «SI 5S7 Куикскан» — мотиватор гипердрайва «Коэнсайр R300-G» — 2 ионных двигателя «Коэнсайр R200» — криогенные батареи — генератор «Новалдекс» — сенсорная система «Фабритек Ај-5д» — следящий компьютер «Фабритек ANc-2.7» — 2x4 установки для запуска фотонных торпед «Аракид Флекс» Крайт-драконы — крупные рептилии, обитающие на Татуине, желтовато-коричневые по окрасу. Голова край-та увенчана короной из пяти рогов, на хвосте растут длинные шипы. Передвигаются крайты на четырех массивных лапах. Единственный способ убить крайта — это пронзить центральный нервный узел. Убийство крайта входит в ритуал инициации у тускенов.
Кии — йюззем, по глупости подписавший кабальный контракт на работу в имперских копях на Циркарпусе V. Вместе со своим соплеменником Хином устроил беспорядки, был заключен в тюрьму, но сбежал оттуда и отправился в храм Помойемы с Люком и Лейей. Был убит в храме, попробовав померяться силами с Даргом Вейдером.
Ковей — раса низкорослых, покрытых мехом гуманоидов с Циркарпуса V. Считается, что они дальние родственники мимбанитов, но в отличие от тех у ковей мех серый, а не зеленый. Живут под землей в колодцах трелла. Примитивны, но легко обучаются новшествам.
Коммеркан — животное, выращиваемое на мясо.
Кристалл Кайбурр — камень красного цвета, способный усиливать восприимчивость к Великой Силе. Как правило, он помогает вылечивать болезни и даже смертельные ранения. Предполагают, что именно с его помощью жрецы Помойемы производили чудеса с исцелением. В легендах Ордена джедаев можно найти упоминание о том, что лучше всего при создании лазерного меча использовать именно кристаллы кайбурр.
Лазерный меч — традиционное оружие рыцарей-джедаев. Состоит из цилиндрической рукояти, в которой спрятан механизм клинка. Собственно, название «лазерный меч» не совсем точное — клинок меча представляет из себя короткий луч чистой энергии. Считалось, что каждый падаван должен сам сделать себе оружие, что доказывало его готовность. Механизм меча достаточно прост, гораздо сложнее подготовить его детали, хотя говорят, что любой магистр Ордена может создать меч дня за два.
Ларс Оуэн — приемный дядя Люка. Оуэн был младшим братом Оби-Ван Кеноби, и поэтому от него ожидали, что он будет достоин величия своего брата. Такое давление не пришлось Ларсу по вкусу, поэтому он с молодой женой, Беру Вет, отправился на Татуин, где обзавелся влагодобывающей фермой. Когда несколько лет спустя появился Оби-Ван, с просьбой взять на воспитание младенца Люка Скайуокера, Оуэн отказался, но Беру удалось убедить его, что все будет хорошо. Оуэн вырастил Люка как собственного сына, привив мальчику честность и привычку к тяжелой работе. Он сумел удержать Люка в неведении относительно того, кто он на самом деле, потому что чувствовал, что Империя лишь испортит юношу. Оуэн был человеком угрюмым и строгим хозяином, вечно упрекавшим Люка, что тот отлынивает от работы, чтобы повалять дурака с приятелями. Когда Люк на сэкономленные кредиты решил купить флаер, Оуэн отправился с ним, дабы того не обманули. Он также купил Люку «прыгун» Т-16 и вместе с юношей поддерживал его в исправном состоянии. Оуэн был убит отрядом штурмовиков, выслеживавших дроидов Р2Д2 и Ц-3ПО: не найдя на ферме роботов, имперцы уничтожили ее и убили хозяев.
Массасси — народ, обитавший когда-то на Йавине IV. У них была сероватозеленая гладкая кожа и крупные светящиеся глаза. Когда Экзар Кун прибыл на Йавин в поисках предметов, обладающих Темной Силой, массасси находились на примитивной стадии развития (ситхи описывали массасси как дикий народ, происходящий от самих ситхов). Кун поработил их и заставил выстроить храмы — точки средоточения Силы. Во время попытки Куна победить рыцарей-джедаев массасси были уничтожены.
Механик — один из друзей Люка в Анкорхаде на Татуине, он работал наладчиком на Станции Тоше. На Татуине ему принадлежала энергостанция. Позднее Ками вышла за него замуж, и они жили в старом поместье Дарклайтера.
Мимбан — местное название Циркарпуса V.
Моc Айсли — один из главных городов на Татуине, здесь также находится один из основных космопортов планеты. Росту Моc Айсли способствовала близость Татуина к существующим космическим маршрутам, чем не преминули воспользоваться компании космических перевозок и отдельные личности, понявшие выгоды подобного расположения планеты. Во время Галактической гражданской войны Джабба Хатт использовал Моc Айсли в качестве базы своих операций. Однажды Бен Кеноби охарактеризовал Моc Айсли как «… гнусное логово мерзавцев и преступников».
Мотти — имперский адмирал из штаба Таркина. Неприятель Таркина.
Мофф — имперский губернатор, представитель власти в одном из секторов Галактики. Наместники на планетах ответственны перед Моффом. Каждый Мофф содержит небольшую армию для поддержания порядка в секторе.
НГСС — Новая Галактическая Световая единица Скорости — современный стандарт измерения досветовой скорости космических кораблей. 1 НГСС составляет приблизительно 0,85 км/с.
Нетт Терон — контрабандист с Орд Мантелл, присоединился к Альянсу незадолго до битвы при Йавине. Стал одним из лучших летчиков-истребителей Альянса. Ведомый у командира «красного» звена Гарвена Дрейса. Погиб в бою, прикрывая Дрейса.
Ночной ползун — 1. Насекомое на Татуине; 2. Согласно легендам вуки, тварь, обитающая на самом нижнем уровне леса на Кашиийке, высасывающая кровь и душу своих жертв.
Озерный дух — бесформенное, светящееся существо, живущее в подземных озерах на Циркарпусе V. Передвигается при помощи псевдоподий. Достоверно о нем известно лишь то, что оно, находясь под водой, выделяет воздух, так как Люк и Лейя видели пузырьки на поверхности воды, когда Озерный дух проплывал под их импровизированной лодкой.
Отуверг — овощ, из которого часто готовят гарнир к бифштексу из коммеркана.
«Опустошитель» — ударный крейсер серии «звездный разрушитель» класса «Империал-1», долгое время был флагманом флота и личным кораблем Дарта Вейдера до битвы на Йавине. Именно «Опустошитель» взял на абордаж, а затем уничтожил королевскую яхту семьи Органа, на которой принцесса Лейя перевозила чертежи Звезды Смерти. До Вейдера крейсером командовал Тион, уничтоживший на нем базы Альянса на Раллтиире.
Падаван — название, принятое в Ордене джедаев, для обозначения молодых людей, обучающихся Силе при одном из магистров. Во времена Старой Республики все существа, у которых при рождении была обнаружена связь с Силой, отвозились в Храм на Корусканте, где они росли и учились. Они оставались там до тех пор, пока кто-нибудь из магистров не брал их своим палаваном или им не исполнялось тринадцать лет, после чего, если Совет решал, что у ученика не хватает сил и таланта стать рыцарем, их отсылали обратно. Падаванов отличали по коротко остриженным волосам и пряди волос, заплетенной в косичку. Длина косички отмечала время обучения.
Песчаный краулер — громадное неуклюжее сооружение, передвигающееся на четырех гусеницах, песчаный краулер использовался йавами как транспортное средство и склад. Изначально они были кореллианскими грузовиками-рудовозами, привезенными на Татуин первопоселенцами. Колонисты предполагали отыскать под песками пустыни полезные ископаемые, которые должны были обеспечить их как рудой для промышленности, так и будущим благосостоянием. Но Татуин оказался весьма беден рудными ископаемыми, вдобавок обладавшими необычными магнитными характеристиками. Поэтому после разрушения космической станции «Тату-Ш», рудовозы были брошены на произвол судьбы. Они были захвачены различными кланами йавов, которые использовали их для передвижения через пустыню.
Повелитель Тьмы — самые талантливые и сильные из ситхов становятся Повелителями Тьмы; этот титул является неким эквивалентом магистра у рыцарейджедаев. Закон ситхов гласит, что может быть лишь один Повелитель Тьмы. Ранее ритуал посвящения проводился так — кандидата помещали вместе с ядовитыми насекомыми, и он должен был выжить, используя магию ситхов. Шрамы от укусов насекомых оставались как метка на всю жизнь. Впервые ритуал был нарушен Нага Садоу, который самолично провозгласил себя Повелителем после смерти Марки Рагноса. Последним и истинным Повелителем Тьмы считается Дарт Вейдер.
Понда Баба — аккуалиш, напавший на Люка Скайуокера в кантине Моc Айсли. Был известен как средней руки контрабандист, так и не поднявшийся до высших слоев в их сообществе. Какое-то время работал на Йоттеля Мерритта. На планете Труузданн повстречался с доктором Эвазаном. Эти двое решили, что самое время оттягать у Хэна Соло его обычные маршруты для контрабанды, перекупили его права у Джаббы Хатта (о чем Хэн так и не узнал) и явились в кантину поставить в известность Соло. То ли они не знали Хэна в лицо и перепутали с ним Люка, то ли по иной причине, но вместо ссоры с Хэном, они затеяли драку с Люком. На помощь тому пришел Оби-Ван Кеноби, и поле битвы осталось за ним.
Помойема — божество, представляемое в виде крылатого гуманоида с когтями на руках и ногах; у него раскосые глаза, но нет ни рта, ни носа. Практически неизвестна сфера деятельности Помойемы, но считается, что жрецы с его помощью могли врачевать даже самые серьезные ранения и болезни.
Поркинс Йок — уроженец Бестина IV, свободный торговец, настолько рассердившийся на Империю за то, что она захватила его родную планету, что немедленно вступил в Альянс. Он не собирался вылетать в битве при Йавине, но Уэс Янсон слег с лихорадкой, и Поркинс заменил его. Погиб в бою.
Рилот — планета, расположенная во внешних территориях, населенная расой тви'лекков. Планета обращается вокруг своей звезды таким образом, что одна ее сторона все время освещена, а на второй царит ночь. Это сухой, каменистый мир с очень разреженной атмосферой. Залежи рилла, разновидности спайса, известны на всю Галактику.
Родиа — когда-то богатая лесами и живностью планета в системе Тириус, но практически полностью опустошенная своими жителями. На планете построено высокотехнологическое общество.
Родианцы — жители планеты Родиа, гуманоиды с фасеточными глазами, хоботком и подвижными остроконечными ушами. Кожа родианцев обычно зеленая. Они мало отличаются друг от друга, поэтому у остальных народов возникают трудности в общении с ними. Когда разведчики Старой Республики впервые появились на их планете, родианцы встретили их, вооруженные до зубов.
Ромоди — самый старший имперский офицер, служивший на Звезде Смерти под началом Уиллхуфа Таркина. Поддерживал план Вейдера найти и уничтожить основную базу Альянса.
Рососпинники — крупные ящеры, живущие в пустынях Татуина и Бриека, получили свое название из-за пота, который выступает на их шкурах во время отдыха. Похожий на росу пот собирается в чешуйках на их спинах. Большую часть времени рососпинники проводят в одиночестве, но каждый год они собираются на пустошах Юндланда для того, чтобы спариться и отложить яйца. Более проворные и поворотливые, чем банты, рососпинники используются как ездовые животные. Они легко приручаются, но в брачный сезон их все равно надо выпускать на волю. Днем рососпинники весьма активны, но холодными ночами они становятся вялыми и малоподвижными.
Саен — бранное слово на языке ковей, известное Халле; относится к табуированной лексике. Халла посоветовала Люку Скайуокеру воспользоваться им во время ритуального боя с ковей, но солгала, сообщив, что оно означает что-то вроде «сдаюсь».
Светлая сторона Силы — упрощенно говорят, что Сила имеет две стороны, уравновешивающие друг друга, темную и светлую. Изучение светлой стороны требует больше времени и сил, но она не высасывает жизненную энергию из тех, кто учится управлять ей, как это делает темная сторона.
Сенат — орган управления Старой Республики, сохранившийся в Империи. Представлял собой собрание сенаторов с главных планет Старой Республики. Сенат принял большинство законов, укреплявших и сохранявших Республику. В числе его самых видных деятелей — сенаторы Гарм Бел Иблис, Мон Мотма и Бэйл Органа (основатели Альянса за восстановление Республики), Лейя Органа, Палпатин. Когда различные фракции, желавшие низвергнуть Старую Республику, обратились с предложениями к Палпатину, он воспользовался их поддержкой, чтобы воплотить мечту об установлении своего Нового Порядка. Когда Палпатин почувствовал, что Сенат становится помехой его планам, он распустил его. Произошло это незадолго до Битвы при Йавине.
Сила — класс энергетических взаимодействий, существующая во всех формах жизни в галактике. Обычно считается, что есть две стороны Силы — светлая и темная, но это редкостное упрощение. Сила имеет множество «сторон», она связывает все существующее в огромную паутину. Считается, что Сила обусловлена наличием в клетках симбиотических существ — мидихлориан: чем больше, тем лучше контакт с Силой. Тем не менее, одно лишь присутствие мидихлориан не означает полный контроль над Силой, этому нужно напряженно и долго учиться. Совет Ордена джедаев счел, что лучше всего начинать учение в самом раннем возрасте — до полутора лет — и выработал систему для обнаружения детей с высоким содержанием мидихлориана во время их рождения. С разрешения родителей Орден забирает таких детей для обучения. Все, кто старше полутора лет, уже обладают установившемся взглядом на жизнь, определенными физическими способностями, поэтому считаются неспособными завершить обучение и пустой тратой времени. Исторически сложилось, что самыми умелыми в использовании силы являются рыцари-джедаи. Как правило, они пользуются тремя базовыми техниками: контролем (манипуляция внутренней силой субъекта), ощущением (определением проявления Силы во внешнем мире), изменением (воздействием на объекты с помощью Силы). Использование одной из трех техник или любых комбинаций позволяет производить множество действий с помощью Силы.
Система Циркарпус — система, состоящая из четырнадцати планет, пять из которых обитаемы. На Циркапусе V (или Мимбане) расположена секретная база Империи. На Циркапусе XIV — база повстанцев. Поэтому население остальных планет старается не выказывать симпатий ни Альянсу, ни Империи.
Ситхи — древняя раса насекомовидных гуманоидов с черно-красной кожей и венчиком небольших рожек, жившая в удаленном секторе древней галактики. Их общество было разделено на кланы: рабы, воины и маги. Они знали понятие Силы, но склонялись к темной ее стороне и почитали Темных джедаев как богов. Когда Орден обнаружил их, многие из их учений были записаны и вместе с книгами переданы в Библиотеку для изучения.
Орден надеялся найти в них разгадку, как избежать темной стороны. Тем не менее многие джедаи увлеклись этими учениями, найдя в темной стороне свою прелесть. Они восстали против своих учителей, но были еще недостаточно сильны, чтобы победить их. Темные джедаи были изгнаны из Старой Республики и решили скрыться в землях ситхов. В течение тысячелетий они жили среди ситхов, пока настоящих ситхов не осталось совсем мало.
Одним из первых Повелителей Тьмы стал Марка Рагнос, его сменил Нага Садоу. Последним из истинных считается Фридой Надд. Рыцари-джедаи захватили его на Ондероне и заключили там в темницу. Душа Надда переселилась в Экзара Куна, который со временем сам стал Повелителем. С тех пор слово ситх стало обозначать члена Темного братства. Всего ситхов было около пятидесяти, но в междоусобицах они практически уничтожили друг друга.
Остался лишь один повелитель ситхов — Дарт Бэйн. Он дал клятву, что ситхи больше никогда не исчезнут из Галактики, но установил правило, по которому может существовать только один повелитель и один его ученик. Когда учитель уходит, ученик становится повелителем и выбирает собственного ученика. Так было до тех пор, пока Дарт Сидиус не потерял Дарта Маула, убитого Оби-Ван Кеноби в битве на Набу. Десятилетия спустя Император Палпатин провозгласил последним Повелителем ситхов Дарта Вейдера, хотя потомки древних ситхов считают Вейдера своим повелителем и без указов Императора.
Многие древние амулеты, оружие и книги, созданные ситхами, хранятся на различных мирах Галактики, хотя Орден джедаев сделал все возможное, чтобы уничтожить само упоминание о ситхах.
Скайуокер Люк — сын Анакина Скайуокера, усыновленный Оуэном Ларсом и Беру Вет.
Станг — бранное слово на языке аллераанцев.
Соло Хэн — ранние годы жизни Хэна покрыты тайной, хотя почти все источники соглашаются, что он был сиротой. Согласно одному из них, в детстве Хэн стал без своего согласия членом криминального картеля, где впервые встретился с вуки и выучил их язык. Хэн сбежал из картеля и записался в Имперскую Академию. Там он считался одним из лучших и даже обратил на себя внимание сенатора Гарма Бел Иблиса, так как, поспорив с друзьями, написал ему письмо, в котором поднимал вопрос о растущей ксенофобии в Сенате и коррумпированности Старой Республики. С отличием окончив Академию, Хэн начал карьеру офицера Имперского флота и неплохо продвигался вверх по служебной лестнице вплоть до инцидента, когда во время одной из миссий он спас жизнь рабу-вуки по имени Чубакка. Вуки поклялся, что его жизнь отныне принадлежит Хэну и что он всегда будет рядом с ним. Хэна же с позором выставили из армии (сам он предпочитает говорить о дезертирстве). Как бы то ни было, и ему, и вуки пришлось бежать от эмиссаров Империи. Несколько лет Хэн пытался избавиться всяческими способами от Чубакки, который постоянно следовал за ним и поддерживал в любом начинании, даже если считал, что его спаситель поступает неправильно и берется за худшую из работ, какую только мог придумать. В конце концов, Хэн осознал, что вуки выплачивает ему «долг жизни» и что с этим теперь уже ничего не поделать. Поэтому он просто решил считать Чубакку частью своей жизни. Кстати, Хэна наградили вторым кореллианским знаком отличия — за храбрость и спасение вуки. Неизвестно, когда, где и за что он заработал первый орден. Вскоре после знакомства с Чуи, Соло начал карьеру контрабандиста. Он выиграл в сабакк (по некоторым источникам украл) легкий кореллианский грузовой корабль у своего друга и иногда нанимателя Ландо Калриссиана. Хэн и Чуи модифицировали корабль, превратив его в один из самых мощных и быстрых в Галактике. Когда Империя начала набирать силу, Хэн и Чуи перебрались в так называемых Корпоративный сектор, обширную область Галактики, пока еще не тронутую Империей. Хэн был одним из многих пилотов, решившихся на пролет по Дуге Кесселя. Хэн летал по этому маршруту еще много раз, один раз даже с рекордными показателями, хотя этот полет чуть было не стоил ему жизни. В одном из полетов по Дуге Хэн нарвался на имперские корабли и был вынужден бросить груз, принадлежащий Джаббе Хатту. В надежде заработать денег, чтобы выплатить долг Джаббе, Хэн пришел в кантину в Моc Айсли, где познакомился с Оби-Ван Кеноби и Люком Скайуокером. Он подрядился отвезти их на Алдераан, но путешествие вылилось в спасение принцессы Лейи Органы и участие в налете на Звезду Смерти, во время последнего Хэн расстрелял ведомого Дарта Вейдера и подбил корабль самого Вейдера, когда те преследовали истребитель Люка.
Спайс — вещество, настолько редко встречающееся в Галактике и настолько высоко ценящееся, что его запасы и добыча строго контролируются. Основной источник спайса — копи на Кесселе. Спайс, добываемый там, называется глиттерстим. Вторую разновидность спайса — рилл — добывают на Рилоте. Обе разновидности используются в медицине.
Спасательная капсула — любой небольшой космический челнок одноразового использования, используемый для эвакуации с корабля в случае необходимости. Могут быть от трех до пятнадцати метров длиной и могут вмещать в себя от одного до пятидесяти человек. Могут развивать досветовую скорость до 80 НГСС, что позволяет им обогнать корабли преследования.
Капсулы Фаберштейн-Лаго, используемые на кореллианских корветах экипированы следующим образом: — сенсоры широкого радиуса действия Пакс Хустана и маяк; — 4 пиропатрона; — ферро-магниевая керамическая броня.
Стандартное времяисчисление — для унификации времяисчисления на различных планетах используются так называемые «стандартный чао» и «стандартный год», равные соответственно часу и году на Корусканте, центральной планете Галактики. То есть в стандартном часе шестьдесят минут и двадцать четыре часа в стандартном дне. Стандартная неделя насчитывает пять дней, а в стандартном месяце семь недель. Плюс три праздничные недели и три праздничных дня, что в сумме дает год из десяти месяцев — 368 дней.
Стилкрет — сверхтвердый и сверхпрочный строительный материал.
Т-16 «небесный прыгун» — трехкрылый треугольный корабль пяти метров в длину, построенный фирмой «Инком» для планетарных перевозок. По управлению сходен с Т-65 «крестокрылом». Оборудован ионным двигателем Е-16/х и двумя пульсационными двигателями DCJ-45, что позволяет ему развивать крейсерскую скорость в 1200 км/час. Потолок полета 300 км. «Прыгун» вооружен только парализаторами, которые тем не менее можно легко заменить на лазерные и пневматические пушки, защитного поля у него нет.
Тагге — имперский командующий, служил у Таркина на Звезде Смерти штабофицером. Тагге был обеспокоен ростом Альянса и исчезновением чертежей станции, так как был осведомлен о некоторых изъянах конструкции.
Тем не менее, ему не хватило смелости доложить об этом начальству. Прочие офицеры считали Тагге выскочкой. Тагге погиб вместе с экипажем Звезды Смерти.
Таркин Уиллхуф — несмотря на то что сведения о происхождении и ранних годах службы Таркина крайне скудны, известно, что Уиллхуф Таркин сделал блестящую карьеру в Имперском флоте, прежде чем предложил вниманию Императора Палпатина печально известную доктрину «Править страхом». Его продвижение по служебной лестнице происходило без особых взлетов, но и без падений; будучи капитаном, взял на себя инициативу и командовал Бойней на Гормане, за что получил должность Моффа. Вскоре был назначен Гранд Моффом Внешних территорий. Хитрость и коварство Таркина ярко проявились при работе на комплексе May, секретной военной лаборатории, где была сконструирована Звезда Смерти. Палпатин отдал Звезду под его командование в надежде подавить волнения на Внешних территориях. Под влиянием своих амбиций Таркин отказался эвакуировать станцию во время битвы при Йавине и погиб при взрыве Звезды Смерти. В официальном имперском некрологе извещалось о смерти Таркина при катастрофе космического челнока на таллаанских верфях.
Татуин — планета-пустыня, вращающаяся вокруг двойной звезды Внешнего края возле миров Рилотт и Пирокет. Татуин расположен вдалеке от основных галактических маршрутов. Зато он занимает удачное место для контрабандистов и гангстеров всех мастей. Желтые звезды, входящие в состав системы, называются соответственно Тату1 и Тату2. Планета имеет два спутника. Столетиями Татуин был местом орбитальных разборок различных бандитских группировок, так что поверхность планеты буквально завалена обломками древних космических кораблей, погребенных под песками пустыни. Официально Татуин колонизирован несколько сотен лет, зато может похвастаться двумя различными расами аборигенов: надоедливыми, суетливыми йавами и яростными кочевниками тускенами, обычно называемыми Песчаными людьми.
Животная жизнь Татуина крайне скудна. Банты, рососпинники, вомпы, песочные мушки, костежорки, каменные пиявки, дюнные ящеры, песочные змеи, скалмиты, пернатые ящерицы, песочные прыгуны, мивиты, а также сарлакк, которому по слухам, требуется тысяча лет, чтобы переварить свою добычу. Также на Татуине водятся крайт-драконы. Многие охотятся на них, чтобы получить бесценные камни гиззард, известные как драконий жемчуг.
Многие колонисты работают на фермах по добыче влаги (конденсируют воду из воздуха при помощи влагоуловителей), а также разводят фрукты деб-деб и пика.
Темная сторона Силы — принято считать, что у великой Силы существуют две стороны, обычно уравновешивающие друг друга — светлая и темная. Темная сторона более привлекательна, так как обучающийся легко достигает высот в познании ее. Но темная сторона — жестокий учитель, поскольку взамен легкости обучения она требует отказа от прежней личности ученика. Знания и навыки здесь так же передаются от учителя к ученику, но темная сторона требует, чтобы ученик полностью уничтожил своего учителя в доказательство своих способностей.
Токнепил — контрабандист, когда-то работавший вместе с Хэном Соло. Они вдвоем ухитрились однажды заблудиться в двух шагах от собственного корабля. В ответ на традиционную похвальбу Хэна, что кореллиане не могут заблудиться, Чубакка постоянно напоминает ему об этом инциденте.
Трелла — раса разумных существ, когда-то существовавшая на Циркарпусе V, они обладали хорошо развитыми технологиями. Треллы широко пользовались запасами подземных источников, поэтому свои города строили вблизи них или на берегах пещерных озер.
Тускены (Песчаные люди, или народ Песка) — живущие в пустынях Татуина кочевники-мутанты, которые бродят по Юндландским Пустошам. Название тускены, или тускенские разбойники, произошло от поселения Тускен, где впервые произошла стычка между ними и людьми-переселенцами.. Песчаные люди питают глубокую ненависть к человечеству с тех пор, как пустынный бандит Алкхара перебил группу тускенов, которые по-дружески отнеслись к нему. Облачаются они в тяжелые глухие одежды, головы обматывают тряпичными полосами, закрепляя дыхательную маску и защитные очки. Они используют бант как верховых животных, и отряды тускенов едут на них цепочкой, чтобы нельзя было догадаться об их численности по следам. У каждого всадника может быть только один банта. Если животное погибает или умирает, то всадник уходит в пустыню в одиночку. Если духу банты это будет угодно, то всадник подружится с другим бантой. Иначе всаднику суждено погибнут в песках. С другой стороны, если тускен убит или умер, его банту отпускают в пустыню. Хотя по природе песчаные люди агрессивны и склонны к насилию, они твердо придерживаются глубоко укоренившихся обычаев. От юных всадников требуется доказать зрелость, пройдя через различные испытания. Самое суровое испытание на звание мужчины требует выследить и убить крайт-дракона. Поскольку письменности у песчаных людей нет, то наибольшим уважением в тускенском клане пользуется сказитель. Ему известна история жизни каждого члена клана, он знает историю всего клана. От сказителя требуется дословное запоминание, что ликвидирует всякую возможность неверной интерпретации истории или ее искажения. Ученикам сказителей порой приходится куда тяжелее, чем воинам, потому что единственная ошибка в изложении может стоить жизни. От влагоуловительных ферм песчаные люди держатся в стороне, лишь иногда случаются их нападения на самые отдаленные поселения. Отдельные ученые заявляют об органическом происхождении тускенов, но проведенные вскрытия немногих мертвых тел не подтвердили подобную гипотезу — так, в частности, были обнаружены имплантированные, как у киборгов, глаза.
«Тысячелетний сокол» — корабль ИТ-1300, принадлежащий Хэну Соло. По одним источникам Хэн выиграл его у прежнего владельца в сабакк, по другим (в основном по словам этого владельца) — украл, а если и выиграл, то нечестно. Прежний владелец. Ландо Калриссиан, сам выигравший его в карты, понятия не имел, как пилотировать этот корабль, хотя и распознал скрытые в нем возможности. Он нанял Хэна Соло, считавшегося лучшим пилотом среди контрабандистов. После одного совместного рейса на Кессель Ландо пребывал в настроении немного сыграть в сабакк. Но в тот вечер ему не повезло он проиграл практически все свои деньги и на последний кон поставил любой корабль по выбору Хэна. Хэн выбрал «Сокол» — к большому неудовольствию Ландо.
Легкий кореллианский грузовик, модифицированный Хэном и Чубаккой на свой вкус. В частности, они добавили двигатели от списанных имперских кораблей и вооружение. Длина корабля 26, 7 метров. Грузоподъемность — до 100 тонн. Изначально его досветовая скорость была до 65 НГСС, теперь гораздо выше, хотя у Хэна так и не дошли руки сертифицировать все изменения в конструкции. В гиперпространстве «Сокол» летает гораздо быстрее как кораблей своего класса, так и быстроходных кореллианских корветов.
Системы, используемые в конструкции корабля: — генератор защитного поля стасисного типа «Новалдекс» — генератор заднего защитного поля дефлекторного типа KDY — генератор переднего защитного поля дефлекторного типа «Торплекс» — конвертер «Коэнсайр TLB» — конвертер «Инком N21-4» — сенсорный контроль «Фабритек» — сенсорная установка «Фабритек ANy-20» — аварийный генератор «Кореллиан Инжениринг Корпорэйшн» — автоматическая пушка «Тэйм Бак» — 2 спастельные капсулы — бортовой компьютер «Ханкс-Варгель Super-Flow IV» — навигационный компьютер «Торплекс Тандем» — гипердрайв «Кореллиан Инжиниринг Корпорэйшн» — генератор «Сейнар Системc» — крионные резервные батареи — пассивная антенна «Siep-Irol» — постановщик помех «Карбанти» — установка электромагнитных помех «Карбанти-29» — генератор компенсирующего поля « Нордоксикон-3.8» — система жизнеобеспечения «Кореллстанд С-8» — 2x4 ракетные установки «Аракид» — стабилизатор с аллювиальными демпферами «Ион Флюко» — компенсатор «КаприКорп» — навигационный модуль «Микроаксиал HyD» — прожекторы — 2 пушки Ах-108.
Фигрин Д'ан — битх, руководитель оркестра в кантине Моc Айсли, известный под именем Огненный Фигрин. Играет на рожке-клоо. По слухам владеет большими запасами кореллианского спайса, и его легче легкого обыграть в сабакк.
Форнакс — планета, расположенная очень близко к своему солнцу и известная окружающими ее солнечными протуберанцами, так называемыми Пятью огненными кольцами Форнакса.
Халла — жительница Циркарпуса V, способная чувствовать Силу и пользоваться ей. Она часто хвастается, что является чуть ли не магистром, но на самом деле способности ее не велики. Она передала Люку осколки кристалла Кайбурр и втянула его в авантюру по поискам самого кристалла.
Хин — йюззем, со своим приятелем и соплеменником Кии работавший на рудниках на Циркарпусе V. После учиненных ими беспорядков попал в тюрьму, но сбежал оттуда вместе с Люком Скайуокером и Лейей Органой. Помог им добраться до храма Помойемы. Был смертельно ранен Дартом Вейдером, но успел спасти люка перед смертью.
Храм Помойемы — святилище на Циркарпусе V, в котором хранится кристалл Кайбурр. Большая черная пирамида, сложенная из камней вулканического происхождения. В центре его расположена фигура бога Помойемы, в грудь которой вложен кристалл.
Ц-3ПО — этот протокольный робот был собран из разрозненных частей девятилетним Анакином Скайуокером. Существование дроида хранилось в тайне, так как Анакин не хотел, чтобы его хозяин, уотто, отобрал робота. Цифрой "3" в названии дроида Анакин пытался показать, что он третий член их семьи, кроме его самого и его матери. К тому времени, когда Куай-Гон Джинн вызволил Анакина из рабства, Ц-3ПО был почти закончен, недоставало только обшивки и требовались небольшие доделки. После ряда приключений андроид был привлечен к работе в Имперском сенате в качестве переводчика при послах-инопланетянах. В это же время он подружился с астромеханическим дроидом по имени Р2Д2, хотя оба весьма отличались по своим функциям и заложенным программам. Когда сенатор Палпатин начал свой путь к власти, андроид был использован Альянсом для посредничества в заключении различных договоренностей между Альянсом и представителями многочисленных рас. В ходе одной из таких миссий Ц-3ПО оказался на борту «Быстроходного IV», где они с Р2Д2 стали не разлей вода. Когда астродроид бежал на спасательной капсуле, Ц-3ПО последовал за ним, из опасения, что имперцы его попросту переплавят. На Татуине дроиды были захвачены одним из бродячих кланов йавов и проданы Люку Скайуокеру, который стал сорок третьим хозяином Ц-3ПО, до того принадлежавшему дипломатам и строителям космических кораблей. По мере своих сил андроид помогал Люку, а дружба Ц-3ПО с Р2Д2 не претерпела изменений, несмотря на постоянные перебранки, что подчас бывает между старыми друзьями.
Чубакка (уменьшительное имя — Чуи) — вуки родился на Кашиийке примерно в 183 году Республиканской эпохи и вырос, не встречаясь с людьми. Он великолепно владеет навыками рукопашной схватки, которой так славится его раса, также Чуи — талантливый механик. В возрасте восьмидесяти стандартных лет (источники расходятся; одни считают, что ему было пятьдесят, другие — восемьдесят) он покинул родную планету, решив стать пилотом. В течение шестидесяти лет он не отвечал ни перед кем, кроме себя самого, до тех пор, пока Империя не объявила вуки рабами. Чуи был пойман как бродяга и заключен под стражу. Следующие тридцать лет (данные неточны) он провел на различных каторгах и в конце концов за какую-то провинность был приговорен к смертной казни, но был спасен имперским офицером по имени Хэн Соло. Чуи объявил, что отныне его жизнь принадлежит Хэну. Хэн и Чуи сбежали от имперских солдат и занялись контрабандой. Примерно через пятнадцать (данные неточны) лет веселой жизни, Чуи встретил в баре на Татуине двух людей — Оби-Вана Кенноби и Люка Скайуокера, которых отвел к Хэну для заключения контракта на фрахт до Алдераана.
Шиставанены — раса волкоподобных созданий с планеты Увена. Охотники по природе, обычно они великолепны в качестве разведчиков и «охотников за головами». Империя не раз пользовалась услугами шиставаненов, исследуя отдаленные уголки Галактики.